Я вздохнул.

— Ты же не собираешься все упрощать, правда?

Я убрал меч в ножны и порылся в карманах куртки. Моя сигнализация о запрещенной магии сработала, когда я уже выходил из квартиры, так что я взял с собой только самый минимум: пузырек с медными опилками и пару странных предметов. Но что это? Я достал еще один пузырек. О, теперь я могу использовать драконий песок.

Я высыпал на ладонь небольшую горку. Еще немного поковырялся в трубках холодильника, и снова поковырялся. Когда похожие на пальцы лапы загадочника обхватили стенку холодильника, я крикнул:

— Фуоко! — и сильно ударил по гранулам.

Огонь вырвался из моей ладони, окутав загадочника темно-красным шлейфом, который окутал холодильник. Существо с криком отпрянуло, ужасный, пронзительный звук, словно воздух с силой втягивался сквозь влажные лоскуты плоти. Я попятился, спасаясь от обжигающего глаза жара, и стал ждать. Мгновение спустя загадочник, пошатываясь, появился из-за холодильника с другой стороны.

— Не принимай это близко к сердцу, малыш — сказал я, направляя на него свою трость — Просто выполняю свою работу.

Я окружил загадочника световым куполом. На этот раз я вложил в заклинание больше энергии, сжав купол, как кулак, и увеличив давление, кое-что новое, над чем я работал. Загадочник дернулся и начал местами выпирать. В последнем припадке он описал круг, хлеща хвостом, прежде чем рассеяться в облаке слизи.

Одной дырой в нашем мире стало меньше. Одним существом, которому здесь не место.

— Аллилуйя — пробормотал я.

Пока я осматривал полотенце, которым остановила кровотечение, в коридоре послышались голоса. Я обернулся в тот самый момент, когда из вращающейся двери появилась Герт. Они с мужем все еще спорили, но когда она подняла глаза, то остановилась, и у нее отвисла челюсть.

— Мортон, иди сюда! Посмотри на нашу кухню!

По общему признанию, кухня выглядела как место взрыва небольшой бомбы: сломанные дверцы шкафчиков, разбросанные и разбитые тарелки, обгоревший холодильник. Однако самым важным было отсутствие человеческой крови, а еще лучше, отсутствие человеческого тела. Я уже собирался указать на это, когда Морти подошел к ней.

— Это какая-то шутка? Сначала входная дверь, теперь это?

— Извините?

Герт всплеснула руками.

— И он еще называет себя экспертом!

— Я здесь, ты знаешь — сказал я Герт, которая прошмыгнула мимо меня.

— Он что, не знает, что все это стоит денег? — Морти поплелся за ней — Как, он сказал, его зовут?

— Эдгар какой-то — рассеянно ответила Герт.

— Что ж, если он думает, что может и дальше вмешиваться в наши дела, то у него на уме кое-что другое — решил Морти.

Чувак, я действительно был готов к новому уровню волшебства.

Пока Морти и Герт возились с повреждениями, я обратился к книге заклинаний, которая вызвала у меня проблемы. Используя медные опилки, я создал вокруг книги магический круг, затем посыпал её черную обложку драконьим песком. Я замкнул круг и прошептал:

— Фуоко.

С шипением разгорался управляемый огонь, поглощая том. Через тридцать секунд он превратился бы в пепел, после чего огонь благополучно погас бы сам, но я не мог ждать. Взглянув на часы, я понял, чего я боялся. Я опаздывал, а это было важное дело: свидание с моей коллегой Кэролайн Рид.

Я был почти у разрушенной входной двери, когда Герт закричала.

— Он поджег стол, Морти! Он пытается спалить нашу квартиру!

Я покачал головой.

— Да, всегда пожалуйста.

Я чуть не забыл оставить чаевые лифтеру, прежде чем поспешить в переполненный вестибюль. К счастью, до указанного адреса было всего несколько минут езды на такси от дома Морти и Герт, но я все равно опоздал на двадцать минут. Не страшно для меня, но ужасно в сложившихся обстоятельствах. Это должно было стать нашим с Кэролайн первым свиданием. Мы решили, что это будет пробное свидание или, скорее, она решила. Кэролайн скептически отнеслась ко всей этой идее. Когда я поднялся на цыпочки и оглядел официальную толпу, у меня возникло неприятное чувство, что я только что дал ей достаточно поводов.

— Не напрягайся — произнес голос у моего уха.

Я обернулся и увидел женщину, которую почти не узнал. её золотистые волосы, обычно уложенные волнами, были выпрямлены и разделены пробором на лбу, а затем собраны в элегантный узел на затылке. её платье было не менее потрясающим. Кружево на её плечах переходило в лиловый лиф, который на талии открывался изящными стильными складками, завершая платье длиной до пола.

Мое шатание не было спектаклем.

— Ух ты!

Кэролайн шагнула вперед и поцеловала меня в щеку.

— Вы отлично выглядите, профессор — Аромат её надушенной кожи заставил комнату задрожать. Я опустил трость и ответил на поцелуй.

— Послушай, извини, я...

— Что это? — перебила она. её сине-зеленые глаза изучали то место на моей шее, куда меня ударил загадочник. Рана перестала кровоточить, и по дороге я применил к ней исцеляющую магию, но, судя по внимательному взгляду Кэролайн, она, должно быть, все еще выглядела сердитой.

— О, ошибка при бритье — сказал я, изобразив смущенный смешок.

— Хорошая попытка, Эверсон, но это не от "Джиллетта".

— Вообще-то, опасная бритва. Ничего общего с оригиналом, пока она не решит разрезать тебя на части. Я не смог остановить кровотечение из раны, поэтому и опоздал. Мне очень жаль. Я должен был позвонить.

Ложь поверх лжи. Отличный способ завязать отношения.

— Я просто рада, что у тебя все получилось — Кэролайн перестала внимательно рассматривать рану и взяла меня за руку. Вместе мы оглядели толпу сверхбогатых людей — Я всегда чувствую себя как рыба, вытащенная из воды, когда вижу такие вещи.

— Я думал, это твои люди — поддразнил я.

— По доверенности — ответила она — Но если мне придется выслушивать, как еще один человек жалуется на налоговое бремя владения вторым домом в Хэмптоне или, не дай Бог, итальянской виллой, я разорву себе барабанные перепонки ложечкой для икры.

— Ой.

Я взял с подноса проходившего мимо человека два бокала с шампанским и протянул один Кэролайн. С улыбкой, от которой у нее расслабились плечи, она чокнулась со мной бокалом, и мы пригубили. Местом проведения был пентхаус богатого нью-йоркского застройщика, а мероприятие было посвящено сбору средств для мэра Лоудера или "Баджа", для большинства жителей Нью-Йорка, который собирался переизбираться осенью. Кэролайн не принадлежала ни к состоятельным, ни к политическим кругам. её отец работал адвокатом в мэрии, и она была здесь сегодня вечером в его отсутствие хотя, вероятно, также для того, чтобы освежить свои контакты. Я предположил, что это связано с тем, что она является выдающимся экспертом по городским делам.

Когда я оглянулся, она допила шампанское и передала бокал официанту в белой куртке. Казалось, она собралась с духом, прежде чем повернуться ко мне лицом.

— Секрет общения — советовала она — в том, чтобы постоянно двигаться, как будто у тебя есть какое-то место, куда ты твердо намерен попасть.

Я проследил за её взглядом, направленным на галерею второго этажа.

— Если мы сможем подняться наверх, там есть балкон с потрясающим видом на Центральный парк. Мы выйдем, чтобы перевести дух.

— Звучит как план.

И тогда я решил, что расскажу ей правду о том, кто я такой. Я не мог продолжать скрывать вторую половину своей жизни. Нет, здесь не на что смотреть. Была большая вероятность, что она отвергнет правду, отвергнет меня, но я не собирался больше лгать ей.

— Готов? — спросила она, когда я отставил свой бокал.

Мое сердце билось, как барабан.

— Давай пообщаемся.

Кэролайн кивнула и направилась к толпе. Я последовал за ней, положив руку ей на поясницу. Несмотря на её только что высказанное нежелание изображать светскую львицу, Кэролайн была прирожденной леди. её лицо сияло, когда она обменивалась приветствиями и поцелуями, поворачивалась, чтобы представить меня, пожимала руки женщинам, шутила с мужчинами, заканчивала разговор туманными обещаниями скоро увидеться, а затем переходила к следующей группе.