Я мрачно киваю, осознавая, что он прав.

— Скорее всего, они захотят решить вопрос кардинально. Поэтому, большинство владык либо отвергнет саму идею мирного сосуществования, либо займёт выжидательную позицию. И, если за мир выступит хотя бы один-два владыки, это будет настоящим чудом.

От этих слов меня накрывает волна отчаяния. Неужели нет никакой возможности изменить ситуацию? Неужели всё обречено на бесконечный цикл насилия и ненависти?

— Разве нельзя что-то сделать? — спрашиваю я, чувствуя, как в голосе появляется нотка безысходности, — Дело даже не в моем обещании, а в том, что продолжать сражаться друг с другом просто неразумно!

Виррал смотрит на меня долгим взглядом, и затем его голос звучит неожиданно мягко:

— Если бы нельзя было что-то сделать, я бы не пригласил тебя сюда.

Пока в груди разливается тепло, меня захлестывает стыд. Как после всего случившегося я могла забыть о том, что Виррал не тот, кого можно заставить сдаться так просто.

— Мы можем начать с малого, — продолжает он, — Понемногу подготовим почву для перемен. И моя академия — хороший плацдарм для этого. В отличие от других, она независима и не подчиняется напрямую ни одному из драконьих владык. Более того, она охраняет единственные врата в мир гримов.

Он делает паузу, словно давая мне время осмыслить сказанное или желая подогреть интерес к дальнейшим словам.

— Я готов предоставить убежище и место в академии тем гримам, которые скрываются в нашем мире и действительно хотят мира. Однако, на первое время они должны будут сохранять человеческий облик и носить специальные метки, чтобы их в любой момент можно было отличить от людей. Это будет своеобразной мерой безопасности для всех нас.

— Опять же, это лишь на первое время, — добавляет Дариус, — В будущем, в мы можем изменить это правило. А в зависимости от успехов этих учеников и ситуации в мире, мы будем постепенно склонять на свою сторону тех владык, которые готовы к диалогу. И первым на очереди у нас стоит Даррек.

Что? Даррек?

Я с сомнением смотрю на сурового ректора. Что-то, судя по его высказываниям, он не сильно то готов сближаться с гримами.

Однако, Даррек поднимает бровь и, чуть прищурившись, цедит сквозь плотно сжатые зубы:

— Если к тому времени не произойдет ничего катастрофического, я подумаю над тем, чтобы поддержать этот бредовый план. А до тех пор, я буду держать его в тайне и наблюдать со всем со стороны.

Это неожиданное признание заставляет меня выдохнуть с облегчением. Пусть ситуация непростая, но, похоже, что наметилось какое-никакое решение многовековой проблемы.

— К сожалению, — разводит руками Виррал, — Это пока всё, что мы можем предложить. Разве что амнистию для тех, кто служил Рэйвену. Но на некоторое время им придется смириться с тем, что за ними будут ходить маги охраны. И, если им покажется, что те что-то замышляют, они либо будут заточены в кристалл забвения, либо отправятся обратно в мир гримов.

При воспоминании о магах охраны, которые тенью ходили за Агнессулой, у меня замирает сердце. Однако, я даже не успеваю ничего сказать, как Виррал, глядя на меня, улыбается краешком губ и добавляет:

— Насчет своей подруги можешь не переживать, я распорядился отозвать следящих за ней магов. Можешь сказать ей, что она свободна. В рамках академии, конечно. Выпускать ее, как и кого-либо из гримов за пределы академии пока слишком опрометчиво. Надеюсь, такой вариант подойдет?

Я буквально не верю своим ушам, когда Виррал говорит, что Агнессулу больше не будут преследовать маги охраны. Могу ли я реально вздохнуть с облегчением? Услышать это — как снять огромный груз с плеч. Агнессула сможет жить и учиться здесь, ничего не боясь.

Чувствую, как радость разливается по всему телу.

— Думаю, что да, — с улыбкой отзываюсь я, — Хотя, мне следует сначала поговорить об этом с Агнессулой. Но, в любом случае, это намного лучше, чем ничего. Спасибо… вам, — сбиваюсь я, не зная допустимо ли общаться с Вирралом на “ты” при посторонних.

А вдруг, он скрывает ото всех нашу связь? В любом случае, это лишний повод о том, чтобы поговорить с ним о наших отношениях с глазу на глаз.

Услышав мою благодарность, Виррал отрывисто кивает, улыбаясь той спокойной и уверенной улыбкой, вид которой каждый раз вселяет в меня решимость и веру в собственные силы, а также заставляет чувствовать себя в безопасности.

— Ну, а во-вторых, — продолжает Виррал, и в его голосе слышится серьёзная нотка, — Мы хотели бы поговорить о твоих родителях.

Я нервно сглатываю, чувствуя как на меня наваливается одновременно и восторг от долгожданной новости и тревога от того, что я могу услышать совсем не то, что хотела бы. Что, если Виррал скажет, что помочь им невозможно и мне нужно смириться с тем, что я их больше никогда не увижу?

— Мы… мы же можем их спасти? — облизав пересохшие губы, спрашиваю я.

Виррал смотрит на меня долгим взглядом, не отводя глаза в сторону. После чего, он выдыхает и говорит:

— Можем, но это будет не просто.

Я облегченно выдыхаю. Для меня совершенно не важно насколько это будет сложно. Если есть хоть один крошечный шанс — для меня этого уже будет достаточно. После стольких лет одиночества, после того видения, когда я впервый раз повстречалась со своей мамой, я готова на все, лишь бы освободить своих родителей.

— Прежде всего, я хотел бы еще раз извиниться за то, что скрыл от тебя твое же видение о маме, — роняет Виррал, — До того, как подарить тебе надежду, я хотел найти как можно больше информации по Колыбели Драконов, чтобы понять как туда попасть. Однако, только благодаря Дариусу это стало по-настоящему возможно.

— То есть, вы знаете как туда добраться? — с горящими от восторга глазами я поворачиваюсь к отцу Виррала.

— Скажем так… — он выглядит смущенно, — …не без помощи сведений, которые удалось найти Вирралу, у меня есть кое какие мысли на этот счет.

Мое сердце моментально взмывает ввысь.

— Это значит, мы можем отправиться туда и найти их? — не в силах скрыть волнение, спрашиваю я, стискивая кулаки.

— Можем, — кивает Виррал, но его взгляд внезапно становится убийственно серьезным, — Но есть одно условие.

Я напрягаюсь, чувствуя, как внутри всё замирает в ожидании.

— Ты должна в совершенстве овладеть своим даром телепортации.

— Всего то? — удивляюсь я, — Да без проблем! Тем более, я уже давно хотела этим заняться! Могу начать обучение хоть сейчас. Сделаю все что нужно.

Но почему-то мой энтузиазм оказывается встречен на редкость хмурыми лицами. И один только Даррек, все это время молча наблюдавший за разговором, недовольно бросает мне:

— Как я уже сказал, ты слишком наивна, девчонка. Если бы это было так просто, как ты думаешь, магия перемещения не была бы настолько редкой.

— Как говорила моя воспитательница, не попробуешь — не узнаешь! — бросаю я на него возмущенный взгляд.

Виррал тоже кидает на Даррека недовольный взгляд, в котором читается строгость учителя по отношению к ученику.

— Даррек, пожалуйста, не стоит. Твои методы тут не помогут.

Даррек недовольно цыкает, кривится, но замолкает.

А вот Виррал поворачивается ко мне, его голос звучит намного мягче.

— Виктория, я не отказываюсь от своего обещания помочь в поиске и спасении твоих родителей. Но пойми, даже по тем обрывкам информации, что нам удалось найти, выходит, что Колыбель — это очень опасное место. Там обитают силы, которые могут погубить тебя в одно мгновение, если ты окажется к этому не готова. Так что, до тех пор, пока я не буду уверен, что ты полностью владеешь своим даром, я не смогу взять на себя такую ответственность. Это слишком опасно.

Мое сердце падает, а на меня накатывает неприятная горечь. Я с самого начала понимала, что это будет непросто и все же, готовая к этому, я надеялась, что мы отправимся в самое ближайшее время.

— И сколько времени уйдет на мою подготовку? — осторожно спрашиваю я, пытаясь сохранить спокойствие.