Дмитрий вздохнул. Я видел, как в его голове борются страх и надежд. Страх перед неизвестным, перед ответственностью. И надежда — на то, что его сын открыл в себе великий дар и что род может действительно начать возрождаться. Что Серебровы снова смогут стать великими целителями, как несколько поколений назад.

— А если что-то пойдёт не так? — наконец тихо спросил он.

— Я буду осторожен. И работать будем вместе, чтобы ты в случае чего мог вмешаться, — ответил я.

Само собой, Дмитрий вряд ли чем-то поможет. Но если я дам ему иллюзию контроля, это его успокоит.

Он долго молчал, а затем поднял руки, будто сдаваясь.

— Ладно. Попробуем. Если ты и правда открыл какую-то новую методику, её необходимо опробовать. Судя по тому, что я видел сегодня… Это может стать прорывом в целительстве!

— Договорились, — я улыбнулся.

На следующий день я продолжил практиковаться с Пустотой. После утренней тренировки уединился в саду, тренируясь направлять и контролировать энергию. Когда почувствовал, что устал, принялся за другое дело.

Питомец, что теперь жил внутри меня, тоже требовал времени.

Я призвал Шёпота, пытаясь заставить его выполнять хотя бы простейшие команды. Получалось пока не очень.

— Шёпот, принеси тот камень, — мысленно приказал я, указывая на небольшой булыжник.

Дух завис у меня над плечом, потом переместился к камню и вселился в него. Камень дёрнулся, подпрыгнул, проскакал пару метров в сторону пруда и с глухим плеском утонул.

— Ой! Не удержал! Зато как он весело плюхнулся, — прозвучал в голове довольный голос.

В таком духе протекала вся наша дрессировка. Шёпот коверкал большинство моих приказов или выполнял их по-своему. Единственное, что он делал беспрекословно — это обращал что-либо в ничто.

Чем дольше я с ним возился, тем больше меня начали посещать странные мысли. Дерзкое своеволие Шёпота, его неугомонная энергия, постоянно ищущая выхода… Он очень напоминал меня самого. Таким же непослушным и неугомонным я был в детстве, до того, как жизнь закалила меня, научив дисциплине.

Мысль была одновременно тревожной и забавной. Неужели Рагнар, создавая Шёпота, скопировал часть моей натуры?

Мои размышления прервал звук подъехавшей к усадьбе машины. Это был не универсал отца и не грузовик поставщика. Перед крыльцом остановился чёрный внедорожник, который я сразу же узнал.

Из машины вышел высокий молодой человек в гвардейском мундире. Артур Строгов.

Я отозвал резвящегося среди кустов Шёпота и направился навстречу гостю. Артур подошёл ко мне, невозмутимо кивнул и протянул руку.

— Доброе утро, Юрий Дмитриевич.

— Доброе, Артур Гордеевич. Не ждал вашего визита, — ответил я, пожимая ему руку.

— Я приехал, чтобы извиниться от себя и от лица всего рода. Моё стремление унизить вас в поединке было недостойным поступком, — признался наследник рода Строговых, глядя мне в глаза.

Я удивлённо приподнял брови. Извинения звучали искренне, но с какого хрена он вообще решил их принести?

— Благодарю вас, барон. Извинения приняты, — кивнул я.

— Рад слышать. Помимо этого, я хотел сказать… если вам или кому-то из вашего рода понадобится помощь… можете обращаться ко мне, — делая паузы, слегка напряжённо произнес Строгов.

А вот это уже совсем неожиданно. Строговы решили со мной подружиться? Почему?

Возможно, они догадались, что опухоль Артура исчезла не просто так. Решили, что я специально его излечил, продемонстрировав тем самым силу и благородство. И подумали, что извиниться и наладить отношения с нашим родом будет выгоднее, чем враждовать.

В любом случае отказываться от возможного союзника было бы глупо. Строговы — известный богатый род, к тому же боевой. Дружба с ними может многое нам дать.

— Я ценю это, ваше благородие. В знак того, что между нами больше нет никаких обид, примите моё приглашение. Приезжайте к нам всей семьёй на ужин. Допустим, на следующей неделе — дату и время я сообщу вам позже, — предложил я.

Артур выглядел слегка ошарашенным, но затем кивнул.

— Спасибо за приглашение. Я обязательно передам отцу. Думаю, он будет рад. Всего доброго, — Строгов кивнул ещё раз, повернулся и ушёл к своей машине.

Я остался в саду, глядя ему вслед. Интересно закончился наш конфликт с их родом… Сначала Борис извинился перед Светой, даже подарил ей цветы и пообещал защищать. Теперь Артур приехал, чтобы лично принести извинения и предложил помощь.

Вот бы все конфликты так заканчивались…

Через несколько дней приехала та самая «незапланированная» проверка. Я разбирал новую партию трав в лаборатории, когда снаружи донесся звук работы магического мотора. Выглянув в окно, я увидел припаркованный у главного входа служебный автомобиль с имперским гербом на двери. Из машины вышел щеголеватый мужчина в очках с толстыми линзами и кожаным портфелем в руке.

Я достал смартфон, включил камеру и вышел встречать гостя.

— Добрый день! Чем могу помочь? — спросил я, подходя.

Мужчина оценивающе осмотрел меня сверху донизу и спросил:

— Юрий Дмитриевич, полагаю? Инспектор Симонов с проверкой. На основании поступившей информации о возможном нарушении регламента производства тонизирующих эликсиров.

— Добро пожаловать, инспектор. Можете приступать. Все документы у нас в порядке, производство лицензировано. Лаборатория находится там, — ответил я спокойно, продолжая снимать.

Инспектор недобро глянул на телефон у меня в руке.

— А это зачем?

— Для протокола. Имперский Кодекс, статья двадцать четыре, пункт семь, разрешает видеофиксацию процесса проверки для предотвращения возможных злоупотреблений с обеих сторон. К тому же вы находитесь во владениях моего рода, и здесь я имею право снимать что угодно, — подробно ответил я, пресекая любые возражения.

Симонов скривил губы, но промолчал и направился к нашему амбару.

Последующие два часа были адом. Инспектор оказался невероятно дотошным и проверял всё: сертификаты на каждую травинку, журналы приготовления, где мы скрупулёзно фиксировали температуру и время настаивания, лицензию отца, даже уровень чистоты дистиллированной воды.

Он ходил по лаборатории, водил пальцем по полкам в поисках пыли, заглядывал в каждый шкаф. Выискивал малейший повод для придирки.

Наконец осмотр был закончен. Казалось, Симонов не нашёл ничего серьёзного. Но затем открыл свой портфель и извлёк оттуда небольшой кристалл-анализатор.

— Для контроля качества требуется произвести выборочную проверку состава, — заявил инспектор.

Это была ловушка, и я это понимал. Но запретить не мог. Я лишь продолжил снимать.

Инспектор вскрыл случайную банку «Бодреца» из готовой партии и капнул эликсир на кристалл. Тот замерцал, проецируя над собой сложную спектрограмму. Прошло несколько секунд, и она вспыхнула тревожным красным цветом.

Симонов торжествующе улыбнулся.

— Вот! Обнаружены следы оксида сквернолиста! Сильнодействующий аллерген, запрещённый к применению в магических эликсирах, — заявил он.

Внутри меня всё сжалось от злости. Это был обман, причём настолько топорный, что даже противно стало. Кристалл явно был заранее подготовлен для того, чтобы «найти» запрещённую примесь, которой в нашем эликсире быть не могло.

— Это ложь. Мы не используем названный вами компонент. Проверьте другие банки, — потребовал я.

— Обязательно проверим, но уже в лаборатории. Мы провели контрольную закупку в нескольких аптеках, барон, и во всём убедимся.

— Надеюсь, контрольная закупка была проведена по всем правилам. Вы сняли на камеру процесс приобретения, сохранили чеки, и мы сможем сверить номера партий, — скрипнул зубами я.

Симонов коварно улыбнулся

— Конечно. А пока что на основании выявленного нарушения… Продукция под маркой «Бодрец» будет официально запрещена к продаже. Все имеющиеся партии подлежат немедленному изъятию, а на ваш род будет наложен штраф!

Российская империя, усадьба рода Серебровых