Медведь отпустил его. Макс согнулся, пытаясь отдышаться.

— Мы реально это сделали, — сказала Луна, и в её голосе было удивление. — Обвели инструктора.

— План Соколова сработал, — кивнула Вики, спрыгивая с дерева. — Кто бы мог подумать.

— Эй! — возмутился Макс. — Это обидно!

— Это реальность. Ты — физик. Физики не должны придумывать тактические ловушки.

— Ну, технически, тактика — это прикладная теория игр, а теория игр — это математика, так что…

— Заткнись, Соколов, — сказала Хопс, но она улыбалась. — Просто прими комплимент.

— Хорошо. Спасибо.

Они пошли обратно к точке сбора, обмениваясь впечатлениями. Хопс жаловалась на попадание в плечо («Она быстрая, зараза!»), Борис гордился своим рёвом («Видели, как она отпрыгнула?!»), Луна молча улыбалась.

Макс шёл и думал: может, он не так уж бесполезен. Может, его мозги здесь действительно нужны.

Может, он найдёт своё место.

К концу учений выяснилось, что из десяти команд только три смогли «обезвредить» инструкторов.

Команда Макса — Кицунэ.

Команда Арии — Хану.

И команда Сталкера — Раджани. Хотя там было сложнее: Раджани «убила» троих из пяти, прежде чем оставшиеся двое смогли её окружить.

Остальные семь команд проиграли. Некоторые — с разгромным счётом. Команда номер семь была полностью «уничтожена» Кицунэ за четыре минуты.

Раджани собрала всех на плацу для подведения итогов.

Она стояла в центре, всё ещё с пятнами синей краски на шерсти (цвет команды Сталкера). Рядом — Кицунэ в розовых разводах и Хана в зелёных.

— Итоги, — сказала Раджани. — Три команды победили. Семь — проиграли. Процент успеха — тридцать. Это лучше, чем обычно.

По строю пронёсся удивлённый шёпот.

— Обычно побеждает одна команда, — пояснила Кицунэ. — Или ни одной. Три — это рекорд.

— Команды три, пять и один — победители, — продолжила Раджани. — Получаете дополнительный час отдыха в субботу. Проигравшие — дополнительный час тренировок.

Стоны и радостные возгласы.

— Тишина! — рявкнула тигрица. — Хочу отметить особо.

Она посмотрела на Макса.

— Соколов. Выйти из строя.

Макс вышел, чувствуя на себе взгляды всех курсантов.

— Кицунэ доложила, что ты придумал план с ловушкой. Верно?

— Так точно, сэр.

— Объясни свою логику. Всем.

Макс сглотнул. Публичные выступления — не его конёк. Но выбора не было.

— Я… я подумал, сэр, что инструкторы — профессионалы. Они ожидают, что мы будем искать их. Охотиться. Это… стандартная тактика.

— Продолжай.

— Но охотник, который ищет добычу, уязвим. Он сосредоточен на поиске, а не на защите. Поэтому я решил… не искать. А сделать так, чтобы добыча нашла нас.

— Обратить роли, — кивнула Раджани. — Стать охотником, притворяясь жертвой.

— Да, сэр.

— И ты использовал себя как приманку. Почему?

— Потому что я… — Макс замялся, — …самая очевидная жертва, сэр. Безволосый, медленный, не военный. Любой хищник подумал бы, что я — лёгкая добыча.

— И ты был готов рискнуть?

— Команда была рядом, сэр. Я не был в реальной опасности.

— Но ты не знал, сработает ли план.

— Нет, сэр. Но… — он подумал, — …любой план — это гипотеза. А гипотезу нужно проверять экспериментом.

Раджани смотрела на него долго. Очень долго. Её изумрудные глаза словно просвечивали насквозь.

Потом она повернулась к строю:

— Запомните это, курсанты. Соколов — не самый быстрый. Не самый сильный. Не самый меткий. Но он думает. Анализирует. Находит нестандартные решения.

Она снова посмотрела на Макса:

— В поле это важнее мышц. Иногда.

— Спасибо, сэр.

— Не благодари. Вернись в строй.

Макс вернулся. Борис похлопал его по спине (осторожнее, чем обычно), Луна кивнула с уважением.

— Теперь Найтфолл, — продолжила Раджани. — Выйти из строя.

Ария вышла. На её ухе всё ещё было зелёное пятно — Хана успела выстрелить.

— Твоя команда победила Хану. Как?

— Фланговый охват, сэр. Мы разделились на две группы. Одна отвлекала, другая заходила сбоку. Когда Хана сосредоточилась на первой группе, вторая атаковала.

— Классическая тактика. Но эффективная.

— Да, сэр.

— Кто придумал?

— Я, сэр.

Раджани кивнула:

— Хорошо. Ты думаешь как офицер. Это правильно. — Она обвела взглядом обоих — Макса и Арию. — Соколов думает как учёный. Найтфолл — как солдат. Разные подходы, оба работают. Запомните это.

Она махнула рукой:

— Возвращайтесь в строй. Все свободны до ужина. Два часа.

Строй распался. Курсанты разбредались по лагерю — кто-то шёл мыться, кто-то отдыхать, кто-то обсуждать учения.

Макс стоял, пытаясь переварить произошедшее. Его похвалили. При всех. Раджани.

— Соколов.

Он обернулся. Раджани стояла в нескольких метрах, всё ещё в пятнах синей краски.

— Да, сэр?

— Подойди.

Он подошёл. Раджани обошла его по кругу — медленно, оценивающе, как хищник изучает потенциальную добычу.

— Кицунэ сказала, что ты думаешь как лис.

— Она так сказала, сэр.

— Интересно. — Раджани остановилась перед ним. Очень близко. — Обычно физики думают как… ну, как физики. Формулы. Расчёты. Прямые линии. А ты устроил засаду. Использовал обман.

— Обман — это тоже своего рода расчёт, сэр. Просчитать ожидания противника и нарушить их.

— Философия, — Раджани усмехнулась. — Мне нравится.

Она наклонилась чуть ближе. Макс почувствовал её дыхание — тёплое, с ноткой чего-то хищного.

— Знаешь, что ещё мне нравится, Соколов?

— Н-нет, сэр?

— Смелость. Ты вышел на поляну один, зная, что где-то там — охотник. Ты мог получить маркером в лицо. Но ты вышел.

— У меня была команда, сэр. Я знал, что они прикроют.

— Но ты не знал, что план сработает. — Раджани выпрямилась. — Ты рискнул. И выиграл.

— Повезло, сэр.

— Везение — это подготовка, встретившаяся с возможностью. — Она похлопала его по плечу — осторожно, но ощутимо. — Ты был подготовлен. Я это ценю.

— Спасибо, сэр.

Раджани повернулась, чтобы уйти, но остановилась:

— И, Соколов?

— Да, сэр?

— Сегодня вечером, после ужина. Зайди в штаб.

Макс моргнул:

— Сэр?

— У меня есть для тебя… дополнительное задание. — Она улыбнулась — хищно, загадочно. — Посмотрим, справишься ли.

И ушла, оставив Макса в лёгком ступоре.

Борис подбежал:

— Что она сказала?! Что за дополнительное задание?!

— Не знаю.

— Как не знаешь?!

— Она не сказала.

— И ты не спросил?!

— Борис, это Раджани. Её не спрашивают. Её слушают.

Медведь посмотрел в сторону уходящей тигрицы:

— Чувак, ты или в большом фаворе, или в большой беде.

— Все мне это говорят.

— Потому что это правда!

Сталкер подошёл, хлопнул Макса по плечу:

— Соколов. Хорошая работа сегодня.

— Спасибо.

— Но будь осторожен.

— С чем?

— С тигрицами. — Волк понизил голос. — Они непредсказуемы. Особенно когда заинтересованы.

— Заинтересованы?

— Ты ей нравишься. Это очевидно.

— Нравлюсь? В каком смысле?

Сталкер посмотрел на него как на идиота:

— В том смысле, что она обходит тебя кругами, наклоняется близко и приглашает в штаб вечером. — Он вздохнул. — Ты правда не понимаешь?

Макс почувствовал, как краснеет:

— Но она же… капитан. Инструктор.

— И?

— И… это непрофессионально?

— Соколов, — Сталкер покачал головой, — ты гений в тактике и полный идиот в личных отношениях.

— Спасибо за поддержку.

— Не за что. — Волк ушёл, оставив Макса переваривать информацию.

Вечером, после ужина, Макс сидел у барака на брёвнышке и смотрел на закат. Горы окрасились в оранжевый и розовый. Красиво.

Но он думал не о красоте.

Он думал о Раджани. О её словах. О приглашении в штаб.

Что это значит? Дополнительное задание? Какое? Почему именно он?

И почему она так… близко стояла?