— Каждая команда получает сектор леса, — объяснила Раджани. — В вашем секторе прячется один из инструкторов. Найдите его. Обезвредьте. Вопросы?

Сталкер поднял лапу:

— Сэр, какой инструктор в каком секторе?

— Не скажу, — Раджани оскалилась. — Это часть испытания. Может быть, в вашем секторе буду я. Может — Кицунэ. Может — Хана. Адаптируйтесь.

— А правила боя?

— Правила простые: не калечить, не убивать по-настоящему. Всё остальное — можно. Засады, ловушки, обманные манёвры. Победит тот, кто умнее.

Кицунэ добавила, помахивая хвостом:

— И помните, котятки: мы — профессионалы. Мы охотимся уже много лет. Вы — новички. Шансы не в вашу пользу.

— Спасибо за мотивацию, — буркнул Борис.

— Всегда пожалуйста, мишка.

Раджани хлопнула в ладоши:

— Получайте снаряжение. Маркеры, рации, карты секторов. Начало через тридцать минут. Разойтись!

Команда номер три собралась у края плаца. Макс разложил карту на пне.

— Наш сектор — северо-западный угол леса, — сказал он, изучая топографию. — Холмистая местность, густой подлесок, ручей вот здесь.

— Много укрытий, — заметила Луна, глядя на карту. — Хорошо для засады.

— Для их засады или нашей? — спросил Борис.

— Для любой.

Хопс подпрыгивала на месте, разминаясь:

— Кто, по-вашему, в нашем секторе?

— Не знаю, — Макс покачал головой. — Раджани, Кицунэ или Хана. Все опасны.

— Раджани — сила и скорость, — сказала Вики, проверяя свой маркер. — Кицунэ — хитрость. Хана — выживание и следопытство.

— То есть нам конец в любом случае, — резюмировал Борис.

— Не обязательно.

Все посмотрели на Макса.

— У тебя есть план? — спросила Луна.

— Может быть. — Макс сложил карту. — Слушайте. Инструкторы ждут, что мы будем искать их. Правильно?

— Ну да.

— Они устроят засаду. Спрячутся, будут ждать, пока мы пройдём мимо, и перестреляют нас одного за другим. Это классическая тактика хищника.

— И что ты предлагаешь?

— Не искать.

Пауза.

— Не искать? — Борис нахмурился. — Но задание…

— Задание — обезвредить инструктора. Не сказано, что мы должны его искать. — Макс улыбнулся. — Мы можем его выманить.

Луна прищурилась:

— Продолжай.

— Приманка. Кто-то один выходит на открытое место. Притворяется лёгкой мишенью — заблудился, отстал от группы, не знает, что делать. Инструктор видит, не устоит, выйдет из укрытия. А мы — в засаде.

— Обратить их тактику против них, — кивнула Луна. — Неплохо. Но рискованно.

— Приманка получит маркером в морду, — согласилась Хопс.

— Поэтому приманкой буду я.

Тишина.

— Ты? — Вики подняла бровь. — Почему?

— Потому что я самый медленный и самый заметный. Безволосый физик, который не умеет стрелять и бегать. Идеальная жертва. Они подумают, что я лёгкая добыча, расслабятся.

— Или ты идиот, который хочет быть героем, — заметила Хопс.

— Или это, — согласился Макс. — Но у кого-то есть план лучше?

Команда переглянулась.

— Нет? Тогда работаем. Вот план…

Они углубились в лес. Макс шёл впереди, остальные — позади, на расстоянии. Держались тихо, переговаривались жестами.

Лес был густым, полным укрытий. Пахло хвоей, влажной землёй и прелыми листьями. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев косыми лучами, создавая пятна света и тени.

Идеальное место для засады.

Макс чувствовал себя… странно. Он шёл по лесу, зная, что где-то там прячется профессиональный охотник, который хочет «убить» его. Пусть и краской.

Его сердце колотилось. Ладони потели. Каждый звук — хруст ветки, шелест листьев, крик птицы — заставлял вздрагивать.

Так вот каково быть добычей.

Они дошли до поляны — небольшой, метров двадцать в диаметре, окружённой густым кустарником. Идеальное место.

— Здесь, — прошептал Макс.

Команда кивнула и растворилась в зарослях. Луна — слева, бесшумная как призрак. Борис — справа, за толстым дубом (который едва скрывал его тушу). Хопс — сзади, готовая к прыжку. Вики — выше, на ветке дерева, с маркером наготове.

Макс вышел на поляну.

Один.

Он огляделся, делая вид, что ищет что-то на земле. Нагнулся. Почесал затылок. Повертел карту туда-сюда (вверх ногами, для правдоподобности).

— Чёрт, — сказал он вслух. — Где они все?

Изображал растерянного идиота.

Это было несложно. Он чувствовал себя растерянным идиотом.

Прошла минута.

Две.

Три.

Ничего.

Макс начал нервничать. Вдруг не сработает? Вдруг инструктор не клюнет? Вдруг он слишком очевиден?

Вдруг это вообще не их сектор, и инструктора здесь нет?

Он уже хотел подать сигнал к отступлению, когда услышал голос:

— Ну-ну, голенький хитрец.

Макс обернулся.

Кицунэ стояла у края поляны, словно материализовалась из воздуха. Рыжая шерсть, зелёные глаза, хвост игриво покачивается. Маркер в лапе направлен прямо на него.

— Что ты тут делаешь один? — промурлыкала она, медленно приближаясь. — Заблудился?

— Можно и так сказать, сэр, — Макс изобразил испуг. Не особо сложно было — сердце и так колотилось.

— Как мило. — Кицунэ улыбнулась, показывая белые клыки. — Твоя команда бросила тебя? Какая жалость.

— Я… я отстал, сэр. Искал дорогу…

— Конечно, искал. — Она была уже в десяти метрах. — Бедный маленький физик. Потерялся в большом страшном лесу.

Пять метров.

— Жаль, что игра для тебя закончена, — Кицунэ подняла маркер. — Прощай, котёнок.

— СЕЙЧАС!

Борис вылетел из кустов с рёвом, который было слышно, наверное, в соседнем секторе. Двести килограмм разъярённого медведя — это впечатляет, даже когда знаешь, что он на твоей стороне.

Кицунэ среагировала мгновенно — отпрыгнула, уклоняясь, развернулась…

…и получила маркером в спину от Хопс, выпрыгнувшей сзади.

Розовая краска расплылась по рыжей шерсти.

— Попались! — крикнула крольчиха.

Но Кицунэ была быстрой. Даже с розовым пятном на спине она успела выстрелить — маркер попал Хопс в плечо.

— Чёрт!

— Взаимно, пушистик!

Луна выскочила слева, целясь. Вики выстрелила сверху.

Два попадания — в грудь и бедро.

Кицунэ замерла, вся в розовой краске, и…

…засмеялась.

Звонко, искренне, запрокинув голову.

— Ловушка! — она села на траву, не переставая смеяться. — Вы устроили мне ловушку! Соколов!

Макс подошёл, тяжело дыша:

— Да, сэр?

— Это была твоя идея?

— Да, сэр.

Кицунэ поднялась, отряхивая с шерсти листья и траву (краска не отряхивалась, но она пыталась).

— Первая команда за два года, которая меня обвела. — Она подошла к нему, глядя в глаза. — Два года, Соколов. Двадцать четыре потока курсантов. И ни один не додумался.

— Э… спасибо?

— Это комплимент. От лисы лису — высшая похвала. — Она ткнула его пальцем в грудь, оставляя розовый отпечаток. — Ты думаешь не как солдат. Ты думаешь как тактик. Как хитрец.

— Я просто… попытался представить, чего вы ожидаете, и сделать наоборот.

— Именно! — Кицунэ просияла. — Это и есть тактика! Предвидеть ожидания противника и нарушить их!

Она повернулась к остальным:

— Вся команда — молодцы. Координация отличная. Выполнение — чистое. Хопс, ты могла бы не орать, когда прыгала, но в целом хорошо. Луна — безупречная скрытность. Вики — отличный выстрел сверху. Борис…

Медведь напрягся.

— …ты очень, очень громкий. Но это сработало как отвлечение. Так что плюс.

Борис выдохнул с облегчением.

— А теперь, — Кицунэ похлопала себя по испачканным бокам, — мне нужно помыться. Раджани будет в восторге, когда увидит.

Она пошла прочь, помахивая хвостом. На прощание обернулась:

— Соколов!

— Да, сэр?

— Я тебя запомню. — Она подмигнула. — Хитрый голенький физик. Редкость.

И исчезла в лесу.

Борис сгрёб Макса в объятия:

— Мы победили! МЫ ПОБЕДИЛИ!

— Борис… рёбра… кислород…

— Ой, прости!