– Кто там?

– Лекарь Уайт. Боюсь, что, если мы правы, может быть уже нет никакой разницы, спалят ли его в огне или придётся убить как нечисть. Сколько прошло времени, как Броуди дал ему ту злосчастную монету? Недели две?

– Верно.

– Тогда следует надеяться, что он очень-очень слабый маг.

– Почему?

– Потому что такой опыт может сработать только с магически одарённой сущностью. Когда извращаются энергетические каналы, их связь с источником исчезает, оставляя после себя лишь жажду.

Сжав пальцы, я выглянула в окно. Деревня приближалась, но при этом время, казалось, непозволительно медленно тянется.

– Что же так медленно?! – возмутилась я, стукнув от досады кулаком по сидению. Калеб тут же ухватил мою ладонь, переплетя наши пальцы.

– Я с тобой. Мы в любом случае не допустим, чтобы с ним что-то случилось! – веско произнёс мужчина. Больше от него не последовало никаких обещаний, но мне хватило этого и той уверенной и спокойной силы, что от него исходила. Казалось, он непоколебим, и ничто этого не изменит.

– Мне нужно успеть. Они меня послушают, я же знаю их уже столько лет…

– Софи, помни, что толпа – это не личность. И если каждый в отдельности будет казаться разумным и воспитанным, то в толпе… он с лёгкостью теряет даже крохи человечности. Будь к этому готова.

– Это же деревенские! Мои деревенские!.. – прошептала я, отказываясь принимать это за истину.

Когда карета начала тормозить, он уже был готов выйти, но дождался полной остановки, чтобы помочь выбраться мне. Я же, подхватив юбки, стремительно ринулась к толпе местных жителей, что собрались перед домом старосты. Они ещё не обратили на меня внимания, гудя негодованием и новыми открытиями. Казалось, что чуть ли не каждый пришёл сюда.

Расталкивая тесно стоящих деревенских, я слышала, как за мной замолкает толпа.

– Пустите! Дайте пройти! – словно корабль, я шла сквозь суровое море.

Люди затихали, потому мне стал отчётливо слышен возмущённый голос Леи:

– Да вы с ума посходили! Полоумные! Нельзя творить что вздумается!

– Лейка, угомонись! Я здесь староста!

– У которого от страха случился приступ слабоумия! Что скажете, когда леди вернётся?!

– Тьфу на тебя! Глянь на него! Хочешь, чтобы он не только зверей грыз, но и кого-то из наших? Может, готова пожертвовать братишкой или сестрёнкой?!

– Не-ет, – тряхнула она рыжими косами, – но, может, леди дождёмся?! Вон у Бетти глубокий погреб, давайте его там запрём!

– Ишь, чего захотела, мои запасы портить! – возмутилась та самая Бетти .

– Хватит! Мы свободные люди! И вольны поступать по своему усмотрению! Мальчишку надо сжечь! Пока он не заразил никого этой чёрной напастью! – постановил староста.

– Леди не понравится… – буркнула Лея.

– Верно! Мне не нравится! Не нравится, что вы с лёгкостью готовы стать убийцами!

Вырвавшись из толпы, я опустила юбки и пошла спокойно, желая сохранить от любопытных глаз, что при этом моё сердце громко стучит от волнения чуть ли не в самом горле.

– Леди Софи, да что вы такое говорите?! Гляньте сами на него! Разве можно допустить, чтобы этот монстр среди наших детей шлялся?! – возмутился староста, поведя рукой в сторону свежевкопанного столба, к которому был привязан цепями Джимми. Вязкая тишина сгустилась над нами. Деревенские, замерев, ждали, не спеша переговариваться и ловя каждое моё слово и движение. Хруст земли под ногами, ржание лошадей и полёт надоедливой мухи слышались особенно звонко.

– Он не монстр! – парировала я, ещё не успев толком рассмотреть паренька.

То, что я видела, мне не нравилось: одежда была порвана, парень сидел на земле, сгорбившись. Низко опустив голову, он прятал за кудрями свои глаза.

– Джимми, как ты? Посмотри на меня! – двигаясь медленно, чтобы не напугать, я желала к нему прикоснуться, как-то ободрить.

– Не трогайте его, леди! Кинется ещё… – предостерёг староста.

– Помогите нам, – вместе с тем раздался голос Оливии, что стояла рядом.

– Я всегда считала, что жители этой деревни – благородные люди. Не по рождению, но душой. Честные, знающие толк в людях. Готовые оказать поддержку и понять…

– Так и есть, леди, но что тут понимать? Вы и сами видели его дела! Видели и наняли ребят, чтобы обезопасить своих гостей…

– Верно, но у всего есть причины. Ты действительно думаешь, что этот испуганный мальчик хочет напасть по своей воле?!

Джимми, слыша меня, опасливо дёрнул головой, отчего я смогла рассмотреть чёрные сосуды на его шее. А вот глаза у него были по-прежнему человеческие. Испуганные, с маленькой каплей надежды…

– Никто не знает, что творится в его чёрной душе!

– Вы думаете, он таким родился? Нет! Его сделал таким злой человек…

– Да? И как же?! – полюбопытствовал староста.

– Вот так, – аккуратно потянув за шнурок, я вытащила злосчастную монету, блеснувшую на солнце. Джимми было дёрнулся от моего прикосновения, но сдержался, стоически замерев.

Народ зашептался.

– А если вы ошибаетесь? – уже не так категорично проговорил староста.

– На этот случай со мной приехали действительно знающие люди. Лорд Уайт, к примеру, главный лекарь нашего королевства. Да и… искатель Джонс уже здесь примелькался, вы, кажется, ему верите, а ведь он – сильный маг. Пусть они осмотрят парня и помогут. В конце концов, спалить – дело не хитрое, – кинула я взгляд в сторону подготовленных сухих веток, – а вот как потом с этим жить, когда будете знать, что ребёнок умер по вашей вине. Из-за вашего страха…

– Пусть посмотрят!

– Верно! Пусть разбираются маги! – донеслись возгласы из толпы.

Лекарь больше ждать не стал и ринулся к Джимми. Парень потемнел, и глаза его заволокла тьма, вот только мужчина не зря ел свой хлеб. Лёгкое касание пальцев, и мальчишка был без сознания.

– А ну отвязывай, олух! Не видишь что ли, господину лекарю неудобно! – возмутилась Лея, отвешивая подзатыльник своему старшему брату, но тот не спешил, глядя на старосту и ожидая его реакцию.

– Я гарантирую, что Джимми не навредит вам, – проговорила я, желая склонить его чашу сомнений.

– И как же, леди?

Вскинув взгляд на дракона, я вернула его старосте, холодно улыбнувшись.

– Если он и вправду не имеет шанса на спасение, то мальчик умрёт. А теперь отвяжите его! Мы его забираем! – дожидаться ответа и очередных сомнений от старосты я не стала. Калеб с ласковой улыбкой шепнул заклинание, и цепь, что сдерживала мальчика у столба, оплавилась в паре звеньев, что позволило лекарю с лёгкостью поднять его в воздухе и понести к карете. Народ молча расступился.

Последующая ночь могла стать роковой, но Калеб, выезжая из столицы, прихватил с собой ещё парочку верных ему драконов. Они сновали с вечера около поместья, оберегая наш покой. Именно это позволило выловить двух сговорившихся дядь, что мечтали избавиться от племянничков.

Джимми был в анабиозе, в который его погрузил лекарь Уайт. Для этого ритуала он с удовольствием воспользовался моей энергией. Мужчина с большим восторгом крутился около мальчишки, впервые столкнувшись с такой сложной ситуацией, и, решив, что его магия может ещё пригодиться в процессе, прибегнул к моей. Хотя мне показалось, что ему просто хотелось попробовать, судя по восторгу, горевшему в его глазах. Я же после этого была без сил и, прихватив дочь, направилась спать. Лекарь Уайт собирался ехать в столицу, но, чтобы не рисковать, заночевал в поместье. Именно потому, когда в дом привели скрученного лорда и его подельников, дракон решил по доброте душевной оказать им первую помощь. Как-никак, драконы особо не осторожничали и, хватая злоумышленников, что пытались пробраться в дом, использовали магию и кулаки с зажатыми кинжалами. Потому капля крови лорда быстро дала лекарю ответ на вопрос об их истинных мотивах.

Кровь не врёт, и она с особой точностью, как выяснилось, подтвердила предположения Калеба. Мужчины провернули всё настолько тихо, что ни я, ни Лея, ни пара наших постояльцев и не заподозрили, какие страсти кипят в ночи. И только утром, проснувшись, я с усталым шоком узнала о случившемся.