– Ты совсем забыла манеры?! За языком не следишь! Змея! Опустилась на самое дно!

– Я бы не сказала. Как видишь, не утонула и не собираюсь. Так что плаваю…

– Зато как простолюдинка схватилась за работу. Во что ты превращаешь поместье?! Память нашей бабушки!

– Как пафосно… Только в последние три года перед её смертью ты ни разу не навестил старушку, а теперь печёшься о её памяти и чести.

– Да как ты смеешь?!

– А, собственно, почему нет?! Ты в любом случае не дашь мне лицензию!

– Ещё бы! Не женское это дело! Не говоря уже о том, что ты позоришь древнее славное имя! Угомонись и вернись под крыло отца!

– Этого никогда не будет, – холодно отрезала я, понимая, что нужно отсюда уходить. Не договоримся, точнее – наоборот, мы сейчас до такого договоримся…

– Ты позоришь нашу фамилию!

– Я её давно изменила… – поднялась, расправляя складки на бирюзовой юбке. Она мне очень нравилась. Яркий цвет, гладкий, немного даже скользкий материал, приятно струившийся при ходьбе по ногам.

– Ты ещё пожалеешь! – поднялся он, оперевшись руками об массивный стол. Желваки играли на его покрытых алыми пятнами скулах. – Я сделаю всё, чтобы твоя затея погорела, тогда ты приползёшь домой. И будешь как послушная кукла служить на благо семьи, собственно, как тебя и воспитывали, а выродка твоего отдадим на воспитание в деревню, и ты её никогда не увидишь!

– Это мы ещё посмотрим, – холодно блеснув глазами, я развернулась и, как подобает леди, плавно удалилась, вот только дверью хлопнула чересчур резко. Табличка с его именем накренилась, золотая пыль осыпалась, а потом деревяшка и вовсе упала на порог, развалившись. Да уж… зачаровали, так зачаровали!

Кипя негодованием, я выскочила на улицу. Не заметила даже, как пролетела лестницу и высокий холл.

Сипло выдохнув, чуть не оказалась под копытами резво несущихся лошадей, но, вовремя сообразив, что в пылу побега выскочила на дорогу, сделала шаг на тротуар. Лошади со ржанием пронеслись мимо меня, взвивая мою юбку. Прохожие за спиной шептались, но я лишь глубоко вдохнула и щёлкнула зонтиком над головой.

Спокойная улыбка и плавная походка были моим ответом любопытным взглядам. В этом мире у меня нет корней, а потому я могу рассчитывать только на себя. Сразу после попадания я выбрала для себя эту защитную броню – спокойствие и уверенность. Никому на самом деле нет дела до моих чувств, так не стоит ранить себя их безразличием.

«Вдох-выдох», – мысленно уговаривала себя, пока шла по направлению к своей телеге, которую оставила с другой стороны мэрии, велев местному мальчишке сторожить мою старушку. Вот только, не дойдя до неё, я расправила плечи и повернула в противоположную сторону.

– Одна неудача – это ещё ничего не значит! – буркнула я, напоминая себе, что у меня была вторая задача на сегодня. Раз с лицензией не вышло, займусь ею.

На центральной площади, с другой стороны от фонтана, между мастерской портного Дэйвиса и его сыновей и белошвейки Мари Бертэн расположилось агентство по подбору персонала. Единственное в Эсперансе. В него обращались и леди в поисках горничных и экономок, и уважаемые рестораторы в поисках персонала. Был ещё другой вариант – дать своё объявление в вестнике, но он внушал меньшее доверие.

Я решила, что тянуть с поварихой не стоит. Молли стара, да и в поместье найдётся сполна работы ей по силам. Я же, конечно, люблю готовить, но тогда кого-то нужно искать на роль управляющего, а ведь я хочу ещё и с дочкой время проводить…

Колокольчик радостно прозвенел, стоило мне открыть дверь. Пахло утренними цветами и солёным морским прибоем. Я с удовольствием втянула аромат, наслаждаясь.

– Добрый день! Вам назначено? – мелодичный голос юной эльфы привлёк моё внимание. Её волосы были заплетены в косу и собраны короной на голове, а зелёные глаза цвета малахитовой листвы блестели любопытством.

– Добрый день! Нет, но я готова подождать. Мне срочно нужна повариха…

– Конечно, следуйте за мной.

Эльфа привела меня в соседнюю комнату с большим окном, выходящим на площадь.

– Присаживайтесь, а я принесу вам чаю. Как только госпожа Одли освободится, она сразу присоединится к вам.

– Буду признательна, – качнула я головой, но сразу садиться не стала. Здесь расположились чудесный диванчик и несколько кресел, а стены были украшены местными пейзажами, но я устремила свой взор на улицу.

В душе всё ещё кипело. Я отдалённо понимала причины неприязни брата. Ему досталась девчачья магия. Если девушки за такую ценились, то мужчинам приходилось сложнее, но и тут отец нашёл выход и отправил его в боевую академию. В связке с двумя сильными магами он должен был быть их усилителем, но не срослось. Характер не тот, да и магия слаба… Отец проводил ритуалы по забору моей магии и передаче её Оливеру, пока я не забеременела. Так для окружающих Оливер был магом с сильным резервом… А теперь? Похоже, военная карьера ему не светит. Нужно бы узнать у кого-нибудь, что творится в моей психованной семейке. А то, подозреваю, мы ещё не раз столкнёмся. Глупо было с моей стороны надеяться, что мы больше никогда не увидимся… О чём я думала?!

Громкий хлопок дверьми резко вывел меня из медленного течения тревожных мыслей. Что-то происходило в соседней комнате, кто-то не сдерживал эмоции, громко цокая каблуками по полу.

– Я – Мария Риччи! Мой отец, Антонио Риччи, – лучший шеф-повар Эсрепанса! А я – достойная его последовательница, и вы говорите, что для меня нет места в этом дрянном городе? Который, между прочим, основали мои предки! – эмоционально причитала женщина в соседней комнате.

– Вы сами во всём виноваты, Мария, – более тихий женский голос пробовал взять под контроль эмоции собеседницы. Я же, влекомая любопытством, приблизилась к двери.

– Вы пляшете под дудку Анабэль, – брезгливо бросила неизвестная.

– Для вас она «леди Блум», – отрезала собеседница. – Делая выбор, нужно было себя обезопасить, а так… я не знаю, чем вам помочь, Мария. Езжайте в столицу и попытайте удачу там. Здесь ни одно приличное семейство или успевающее заведение вас не возьмёт, – тихо увещевала женщина, мне же приходилось прикладывать усилия, чтобы разобрать её невнятный голос.

– Дио!1 – воскликнула напоследок собеседница и по новой громко хлопнула дверями. На этот раз входными.

Я же, стараясь не шуметь, вернулась к окну.

Яркая брюнетка стремительно удалялась прочь, а вслед ей оборачивались не только мужчины, но и женщины. Восхищение, брезгливость, возмущение и вожделение диким коктейлем настолько ярко бурлили в их глазах, что я поражённо замерла. Мне ещё не встречались люди, вызывающие настолько неконтролируемые эмоции.

– Чем могу вам помочь? – появление за спиной госпожи Одли было внезапным.

Обернувшись к ней, я пылала надеждами.

– Леди Бавардин? – склонила голову к плечу невысокая шатенка. Её холодный препарирующий взгляд внимательно скользил по моей фигурке.

«Не договоримся…» – мысленно констатировала я.

_______________________

Dio – с итальянского переводится как «Бог».

Узкие улочки, выложенные белым камнем, плотно сплетались друг с другом в тугой клубок, которому не было ни конца, ни края. Казалось, переулки сами запутывались в себе, переплетались, вились и снова сплетались.

Софи не сильно любила исторический центр Эсперанса, расположенный на семи холмах. В доставшейся мне памяти я видела, что ей не нравилось гулять здесь пешком, хотя и была-то она тут разок. Девушка искренне возмущалась фантазией отцов-основателей. На континенте большие пространства, и можно было бы создать прекрасный лаконичный город по примеру всех других городов, но нет… они создали нечто уникальное, что несло с собой напоминание об их жаркой страстной родине.

Чуть позже, когда город расширялся, его строили на равнине уже потомки других колонистов: с широкими улицами, в некоторых местах с тротуарами, с парками, с большой мэрией и огромным театром, что расположился почти у самой воды. Там можно было проехать и на телеге, и на карете. Также в нём расположились богатые кварталы, можно было сходить в ресторан и прогуляться по набережной.