– Что вы?! Я – могила! – заверила она и вздрогнула, услышав звук колокольчика из комнаты леди Бассет. – Помяни… – еле расслышала я, когда Лея направилась к ней.

Я же в поисках утешения пошла, к своему удивлению, в лес.

Был закат. Лес казался тёмной неприступной крепостью, когда я шла вдоль его границ. Мне впервые не было страшно. Дома сегодня было гораздо опаснее. Это наталкивало на мысль, что мне нужен управляющий или хотя бы… вышибала. Кто-нибудь большой, накачанный, при виде кого у постояльцев душа будет уходить в пятки, и желание пакостить пропадёт само собой. Или, может, объявится какой гость… к примеру – искатель, что сможет удержать в узде зарвавшегося лорда… В голове сам собой нарисовался образ Калеба, но тут же растаял. Пустое! Стоит рассчитывать на себя, мужчина мне в спасители не нанимался.

А потому надо бы держать ухо востро.

– Мамочка! – радостный крик Лили заставил вынырнуть из тревожащих размышлений.

– Звёздочка! – раскрыла я для неё объятия, приседая.

– А мы с Молли за травами ходили, – радостно показала она свою маленькую корзинку, полную пучков свежей травы. Рядом мельтешил подросший Пэдди, радостно подпрыгивая около моих ног.

– Умничка моя! – поцеловала её в сладкие щёчки, вызвав у той радостный смех.

Старушка стояла поодаль, довольно опираясь на палку и давая нам возможность вдоволь наобниматься. Её глаза светились покоем, а ещё были непривычно блёклы. Краски жизни постепенно покидали её. Эта мысль, словно то самое зёрнышко, что перевешивает чашу весов, упало в мою душу, отчего я крепче стиснула дочь, пряча в её светлых волосах набежавшие слёзы.

– Я люблю тебя, моя малышка!

– И я тебя, – погладила она меня по спине своей маленькой ладошкой.

– Молли, вы сегодня славно потрудились! – похвалила я женщину, когда, взявшись с малышкой за руку, подошла к женщине.

– А то… будет вам зимой от меня толк, – прихрамывая, начала медленно двигаться к поместью она.

– От тебя всегда был и есть толк! – с запальчивой горячностью проговорила я.

– Баботька! – воскликнув, Лили вырвала свою ладонь и помчалась догонять. Её коса была растрёпана, а платье – давно измазано соком свежей зелени и землёй. Дочь походила на деревенского ребёнка, но никак не на леди, зато какая она была счастливая…

– Ох, леди… время-то идёт. Нет во мне уж той силы, что раньше. И с каждым днём закат моей жизни становится всё ближе. Пока могу, стараюсь приносить пользу. Я рада, что дом полон людей. Теперь есть, кому о вас заботиться.

Мы шли медленно. Я старательно подстраивалась под шаркающий шаг, в то время как Лили унеслась прочь. Я видела, как она оббежала здание и скрылась во внутреннем дворе. Даже когда я была занята разговором, сердце и материнский взор тщательно отслеживали перемещение ребёнка.

– Теперь ты можешь достойно отдохнуть, – взглянула я на старушку.

– Уже скоро, леди Софи, – её слова заставляли сердце тревожно сжиматься, – прошу вас, не выгоняйте Донни. Он парень смышлёный и рукастый, правда, немного ленивый.

– Молли, ты что?! Я давала повод считать, что им недовольна?!

– Всё может случиться. Мой старик тоже не вечен, – шмыгнула она носом. – Донни – единственное, что осталось мне от дочери. Я ведь тоже когда была молода считала, что проживу жизнь по-другому, и в старости меня окружат внуки, а вот оно как вышло. Ушли мои дети раньше меня, а так ведь не должно быть… Где-то я провинилась…

– Ты ни в чём не виновата! Просто так бывает... Жизнь несправедлива, – говоря это, я чувствовала, что её слова находили во мне отклик. Странный, забытый, но до боли понятный.

Заходя на кухню, я понимала, что полна решимости, испуг исчез. У меня нет права на страх, от меня зависит столько людей, а потому лорду ничего не остаётся, как быть паинькой.

Бобби сидел на кухне и рьяно жевал пирог, а Мария стояла с половником напротив и внимательно следила за ним.

– Мария, что в пироге? – озадаченно проговорила я, в то время как парень резко подскочил с полным ртом, кланяясь, но пирог из руки не выпустил.

– Зелень, – констатировала она.

– А мне показалось – яд… Ты так внимательно за ним наблюдаешь.

Бобби замер, стрельнул взглядом в повариху, а после проглотил то, чем успел набить рот.

– Дио! Его Лея позвала, вот я теперь думаю, не придётся ли нам самим его защищать…

– Чего это?! – обиделся он. – Я вон какой сильный, – показал руки, где действительно бугрились не особо крупные мышцы.

Если быть честным, то парень был ещё юн, и потому организм не давал ему в полной мере набрать массу, которая бы устроила придирчивый взгляд поварихи, да и воинствующей активной энергии в нём не наблюдалась, хотя он, как и любой из семьи Рорк, обладал выдающимися данными: рост, ширина плеч… Пару лет, и это всё обрастёт витыми мышцами. Хотя он и сейчас, если что, сможет накостылять нашему постояльцу, вот только нужна ли мне такая головная боль?!

– Позвольте узнать, от чего нас надо защищать? – с прищуром прошлась я ещё раз по нему взглядом.

– Ну, как бы… это… Лейка сказала, у вас постоялец шибко буйный…

– Блудный… вернее, – хмыкнула Мария.

– Так. Понятно, – оборвала их я. – Прошу о постояльцах так не выражаться, – твёрдо посмотрела на девушку, что, пожав плечами, принялась нарезать свежие овощи к ужину, – я это не приемлю!

– Так это… мне деньги не нужны. Я тут посижу тихонечко. Как он протрезвеет, то уйду.

– Не надо бесплатно. Помнится, ты хотел, чтобы я дала тебе работу? У меня есть к тебе предложение, пойдём в кабинет.

На пороге я бросила взгляд через плечо. Джимми скользнул на кухню, чтобы напиться воды. Парень был бледен, пил жадно, отчего я озадаченно нахмурилась – неужто перегрелся?

– Красавица, доброе утро! Составишь мне компанию?! – остановил меня радостный мужской голос. Новый постоялец протрезвел, но от заигрывания в голосе не избавился, как и от скользкого взгляда, который, казалось, проникал через все слои моей одежды.

Попивая кофе на террасе, лорд оставался глух к тому, чтобы любоваться встающим из-за леса солнцем и ожидать появления главной нашей достопримечательности – единорогов. Хуже того – сидел спиной к лесу, оттого смог вовремя заметить, как я пошла на кухню.

«Словно хищник в засаде, – мелькнула мысль у меня в голове, от которой я поспешила отмахнуться: – Глупости! Он и забыл, что вчера со мной встречался, ведь был пьян в стельку. Просто для него это стандартное обращение ко всем женщинам», – стараясь скрыть возмущение, что поднялось в моей душе, я медленно приблизилась к его столику, отмечая, что Полли стояла около стены ни жива, ни мертва. С широко распахнутыми оленьими глазами она прижимала серебряный поднос к животу в защитном жесте.

– Доброе утро, лорд Герберт! Я – Софи Баваро, хозяйка этой гостиницы. Чем могу помочь?

– Как всё, однако, серьёзно, – протянул он, не вставая, – мне скучно! Развейте мою скуку и составьте мне компанию за завтраком, прекрасная Софи, – широко улыбнулся лорд, сверкая белоснежными зубами. Неужели такое поведение кого-то очаровывает?

– Мне жаль, но у меня совсем нет времени. Моих распоряжений ждут на кухне, – скрипя зубами, я старалась сохранять спокойствие. Интересно, где наш Бобби? – К тому же прошу вас обращаться ко мне соответствующе моему рождению.

– Неужели это интереснее, чем я? – обиженно надул он губы, пропуская моё замечание мимо ушей.

– Нисколько, но явно необходимее. Кстати, лорд Герберт, мне жаль вам напоминать, но в нашей гостинице оплата идёт наперёд. А также нам необходимо знать, сколько дней вы у нас проведёте.

– Да?.. А это не может подождать? Тема денег за столом – это так вульгарно. После завтрака я вас найду, – недовольно поморщился он, отчего уже я мысленно скривилась. Ещё чего не хватало! Обращаться ко мне таким тоном для него не вульгарно, а вопрос денег – вульгарно?!

– Боюсь, я должна отбыть в Эсперанс, а управляющий у меня в отпуске. Так что я предпочла бы закрыть этот вопрос сейчас, – твёрдо проговорила, желая быть уверенной, что мы терпим этого мерзкого типа не просто так.