У меня на сайте есть сборник рецептов из моих книг. Из этой истории там появится несколько рецептов. Гаспачо уже там))

– Смотри, как у меня красиво! Нравится?! – воскликнула Лили, излишне резко дёргая ложкой. Я с тревогой отследила траекторию полёта клубничного варенья и с облегчением выдохнула, когда оно приземлилось на пол, а не на белоснежную новую скатерть соседнего стола.

Мы выставили на террасу, выходящую в сторону заповедного леса, пару столов. Нужно будет потом ещё приобрести парочку меньшего размера; место позволяло, да и вид здесь был чудесен.

Сегодня я, с легкой руки Молли, решила вернуться к приличиям и сама завтракала на террасе. Старушка с утра расстаралась; запах свежего хлеба был чудесен. Лили, конечно же, была со мной. Вот только хоть она у меня девочка и умная, но всё же ребёнок. И небольших происшествий, наподобие полёта варенья, нам не избежать. Хорошо, что пока гостей не было. Полианна, что прислуживала, расторопно вытерла пятно и отошла в тень, пока я с умилением рассматривала улыбающийся тост.

Дочка постаралась и аккуратно выложила глазки, улыбку и даже носик с помощью масла и варенья и теперь нетерпеливо смотрела на меня, ожидая похвалы.

– Чего-то не хватает, – широко улыбнувшись, я посыпала верхний край тёртым сахаром.

– Ну ма-ам, – недовольно пропела она, потом, улыбнувшись, и сама потянулась за сахаром.

– Добавим причёски… – подмигнула ей, – теперь превосходно! У тебя талант, моя прелесть! – похвалила я, наблюдая, как она аккуратно откусила кусочек и с удовольствием зажмурилась.

Завтрак был прост: тосты, яйца, свежие фрукты, сыр, сок и кофе. Практически всё было домашним, выращенным в поместье, только кофе мы покупали. Я ещё в прошлой жизни любила этот горький напиток и здесь отдавала ему предпочтение. Держа в руках обжигающую маленькую чашечку, я с удовольствием вдыхала аромат, а после терялась взглядом поверх её краёв.

Мне повезло, что в своё время один из кораблей поселенцев привёз с собой саженцы этого растения. Чудо! И ещё большее чудо, что они здесь прижились. Климат ведь явно не подходящий.

Сейчас терраса находилась в тени, солнце ярко жарило с другой стороны поместья. Дом храбро защищал нас от его активных лучей, позволяя хоть чуть-чуть, но полюбоваться яркой зеленью, пением птиц и полётом жужжащих насекомых, что стремительно перелетали с цветка на цветок. Миниатюрные колибри отважно махали крылышками около самодельных кормушек, что мы сделали с Лили и с любовью расставили по обе стороны от дорожки, ведущей в глубь сада.

Стремительные энергичные шаги разбили в дребезги моё умиротворённое настроение.

– Надо же, а завтрак здесь подают вовремя! – вместо приветствия саркастически протянул Мартин и тут же замер, подавившись воздухом. Он определённо желал сказать что-то ещё, но остановил свой порыв. – Маленькая леди, доброе утро! – приветливо склонился в поклоне перед Лили.

Девчонка с интересом впилась в него своими голубыми глазками, её зрачки удивлённо расширились, а губки выдохнули поражённое «о». Настоящих джентльменов она видела не часто, скорее только на страницах книг, которые я ей читала. Ведь в нашей семье это – вымирающий вид. Недолго думая, она спрыгнула со своего стула со ступенькой, сделанного специально для неё, и протянула мужчине ручку.

– Меня зовут Лили Баваро! – игриво протянула дочка, отчего я вместе с Мартином удивлённо вскинула брови. У некоторых девочек флирт в крови.

– Очень приятно, я – лорд Уайт! Никогда не видел столь прелестной девочки, – беззастенчиво льстил он, припадая к липким пальчикам, – да к тому же обладательницы таких сладких ручек. Должен признаться, что клубника – моя любимая ягода, – подмигнул он ей.

Лили покраснела, понимая, что плохо отёрла ручку о салфетку, но её настроение не испортилось.

– И моя! – радостно подалась она вперёд. – Я помогала маме её собирать, – заговорщически добавила она, – правда, больше в животик…

– Умница! – бархатно рассмеялся он, на что я поражённо вскинула голову. – Леди Баваро, доброе утро! – повернулся ко мне, светски поклонившись и добавив в голос приличную порцию льда.

– Доброе утро, лорд Уайт, – настороженно проговорила я, протягивая руку и получая свой номинальный поцелуй.

– Я могу присесть за тот столик? – указал он взглядом на соседний. Похоже, дочь сотворила чудо, вернув этому наглому типу идеальные манеры.

– Конечно, – благосклонно кивнула я, наблюдая, как он снова разворачивается к забравшейся на стул Лили.

– Приятного аппетита, леди, – вновь галантно поклонился он и покинул нас.

Аппетит испортился, а от умиротворения не осталось и следа, я то и дело ловила на себе его задумчивые взгляды, что скользили от меня к дочери.

Прятать её я не желала. Но столь консервативное общество могло её не принять, и я этого боялась, как и того, что репутация падшей женщины отобьёт желание посещать моё поместье. Но она – моя дочь… Я не хотела, чтобы девочка думала, что я её скрываю или стесняюсь. Ужасный-ужасный мир!

Основываясь на опыте прошлой жизни, где также было время, когда люди не поощряли детей вне брака, мне бы следовало отдать её в пансионат и уехать в другой город, где я могла бы притвориться вдовой… Но ничего из этого мне не подходило. Уехать я не могла, денег не было, да и не бросать же стариков?! А отдать в пансионат и прекратить с ней общение… никогда! Глупость живёт в чужих умах, будем её искоренять!

К тому же в глазах общества я и так пала, превратив поместье в гостиницу; работать в моих кругах было не принято. Тем более таким плебейским способом. Так может, наличие дочери ничего и не изменит?!

– Я всё съела, можно пойти поиграть с Пэдди во дворе? – поинтересовалась она. – Заодно проверю Лапочку, Ягодку, Пусистика и Хвостика…

– Конечно, иди! – улыбнулась я ей, вспоминая небольшой зверинец, что проживал в нашем поместье с её лёгкой руки и доброго сердца. – Поли, попроси Донни присмотреть за ней, – обратилась я к девушке, что с умилением наблюдала, как Лили слезает со стула и оправляет рюши на своём голубом платьишке.

Оно было из последнего заказа бабушки. Тогда было ей большое, но теперь – впору. Порой мне казалось, что старушка не промахнулась с мерками, отданными портнихе, а сделала это специально. Прошёл почти год с её смерти, а она до сих пор помогает нам и дарит подарки правнучке.

– Может, лучше Джимми? – поинтересовалась горничная, прекрасно зная, что брат ещё не нашёл своё место. Донни же в это время кормил лошадей.

– Донни, – тяжело посмотрела я на неё, не желая дальше продолжать беседу, а всё потому, что утром я уже встречалась с её активным братиком. Из всех домочадцев только он подходил для той небольшой авантюры, что я задумала. Его даже уговаривать не пришлось, он понял меня с полуслова.

Девушка больше не спорила и поспешила удалиться. Хотя в её глазах я успела прочитать удивление и обиду. Люди быстро привыкают к хорошему и не ждут подвоха.

– У вас чудесная дочь! – проговорил Мартин, отчего я искоса бросила на него оценивающий взгляд. Нет, не глумится…

– Благодарю, – потупила взор, надеясь на его такт и в дальнейшем.

Время, казалось, замерло, стало похожим на тягучий сладкий сироп, в котором я увязла, как обычная муха. Не знаю, удержал бы он своё мнение при себе, или яд проступил бы наружу, но чета Сингх спасла меня от этого опыта.

– Доброе утро! – радостно пропела Джессика сразу мне и своему брату. – Какой чудесный день! – кажется, вся радость и энтузиазм в семье достались именно ей. Её супруг же по большей части был молчалив, хотя на его лице всегда играла приятная улыбка. Он был так же позитивен, как и она, просто не спешил делиться этим с миром.

На девушке было чудное малахитовое платье с изящно вышитыми по краям бордовыми розами и бутонами. Юбка с лёгкостью вилась около её ног, создавая немного игривое легкомысленное настроение.

– Ну что, ворчун, оттаял? – нисколько не стесняясь моего присутствия, обратилась она к брату, после того как Себастьян помог ей занять стул. Девушка не страдала отсутствием аппетита и радостно потянулась за свежей булочкой. Я же хоть и прислушивалась к их разговору, делала вид, что это вовсе меня не касается. Искоса наблюдая, как Полли, успевшая вернуться с горячим кофейником и холодным графином, стала наливать свежий сок в её стакан, а также – кофе для Себастьяна.