Мне же нравились узенькие улочки, правда, плестись в жаркий полдень на вершину холма приятного было мало. Белёные дома тянулись вдоль дороги к вершине. В некоторых местах дорога была настолько тесной, что казалось, будто если я прислонюсь к одной стене и вытяну руку, – обязательно дотянусь до соседнего дома.
В этих местах не было секретов. Хозяйки открывали окно, вывешивая бельё сушиться под жарким солнцем и с лёгкостью могли заглянуть в соседний дом, откуда им с радостью помашут и передадут порцию панини1 или сладких пастичини2.
Жили здесь на самом деле не бедняки, у этих людей в большинстве своём была хорошая репутация. Именно из-за неё я и пришла сюда.
Они свято хранили традиции и семейные рецепты. Изумительно выделывали кожу и создавали чудные ремни, сумки, обувь. У многих мастеров, что жили здесь, были лавочки на центральной набережной или на площади. Быть в Эсперансе и не прикупить изделия из кожи было моветоном. А ещё повара с этих холмов работали в лучших ресторанах нашего городка, их семейные рецепты приводили всех в восторг.
В основном эти дома населяли жители с фамилиями: Бьянки, Коломбо, Моретти, Марино, Эспозито и… Риччи.
Именно здесь должен быть дом Марии Риччи.
Мальчишки, гоняющиеся друг за другом у подножия, сказали, что мне нужен этот белый холм. До других холмов мэр пока не добрался со своей идеей выкрасить всё в белый и голубой.
Зонт и шляпка не помогали, пот катился градом по лбу, стекал по щекам до самой шеи, а белая блуза предательским образом липла к спине. Я уже почти склонилась к точке зрения Софи, не помогали даже малиновые бугенвиллии, что, радуя глаз, росли здесь буквально на камнях и пышно увивали стены.
– Кто вы? И что вам здесь нужно? – как только я прислонилась к стене, чтобы перевести дыхание, и вытащила кружевной платок, чтобы промокнуть пот, сверху раздался знакомый женский голос. Запрокинув голову, я встретилась с карими глазами знойной брюнетки.
Придерживая шляпку, я озадаченно посмотрела вниз холма, а потом вновь вернулась к ней взглядом.
– Мария Риччи? – спросила я, не сомневаясь в ответе. Больно яркая и дерзкая красота смотрела на меня. Именно такая женщина может привлечь внимание целого города, да и голос был знаком.
Но смущало меня не это, а то, что девушку определённо предупредили, что её ищут. Но как? Малышня меня не обгоняла… Значит, есть другой путь! И почему мне кажется, что он намного легче?!
– Слушаю! Что вы хотели? – ещё больше хмурясь, она низко наклонилась из окна.
– Может, поговорим в доме? – облизнув губы, я с надеждой взглянула на неё. Пить хотелось жутко.
– Это ещё зачем?! Говорите или проваливайте!
– Дио! Мария, разве я тебя этому учила?! – из дома донёсся ещё один женский голос, а из другого окна выглянула ещё одна женщина.
Они были бы похожи, как две капли воды, если бы не разница в возрасте. Их разделяло лет тридцать… «Мать», – сделала я вывод.
– О, синьора! Заходите! – поманила она рукой, а я в растерянности ещё раз осмотрелась. В этом месте не было двери, а окна, из которых они выглядывали, расположились чуть выше. Словно это был уже второй этаж…
– Катарина! – громогласно прокричала пожилая женщина, отчего я испуганно вздрогнула.
– Ну что тебе, Бьянка? – моментально распахнулось окно в доме чуть дальше по проходу. Казалось, что женщина только и ждала, когда её позовут.
– Пусти синьору! Видишь, к нам настоящая леди пожаловала, а эти оболтусы её не по той дороге отправили! – продолжала орать Бьянка, отчего в ухе начало закладывать.
– Манаджиа! Конечно, леди, пойдёмте! – женщина исчезла в окне и через минуту щёлкнула голубая дверь, отворяясь.
Переглянувшись с Марией, я поспешила войти. Мой будущий повар хмурился, недовольно сверля мою спину взглядом и не догадываясь, какое упёртое счастье на неё свалилось. Но я сейчас отдышусь и это ей докажу! Главное – сойтись в цене!
Раньше это было два здания, но при стечении неизвестных мне обстоятельств узкую улочку между домами заложили, оставив только ту дверь, через которую я вошла. Здесь не было темно. Солнце ярко светило сверху, впереди маячила светлая улочка с пышной зеленью, отчего я ещё раз убедилась: другая дорога была!
Женщина, что встретила меня, была лет пятидесяти, с тёмными кудрями густых волос, собранных во внушительный пучок. Она бросала на меня открытые любопытные взгляды, но задать напрямую вопрос, что висел на кончике языка, не решалась. И вот, когда она уже набрала побольше воздуха в лёгкие, и мне показалось, что я уже слышу её сочную быструю речь… Распахнулась ещё одна дверь. Бьянка, оттирая руки о передник и широко улыбаясь, рассматривала меня.
До моего прихода она явно работала с тестом. Мука на переднике громко намекала на это.
– Леди, мы так рады! Проходите!
И вот я опять иду по небольшому проходу, что привёл меня во внутренний садик. Оказалось, дом был построен по принципу колодца. Я удивлённо рассматривала изящные деревянные перила и лестницу, множество пышных кустов, вьющихся лиан, а самое главное – специй. Яркий запах базилика витал в воздухе.
– Что вам нужно? – Мария опиралась руками на перила, стояла на втором этаже и недовольно сверлила меня взглядом.
– Дио, Бьянка! Твоя дочь совсем ничего не знает о гостеприимстве?! – взвилась Катарина, что, оказывается, шла вслед за нами. Теперь она с укором смотрела на Марию, но та только выше вскидывала голову.
– Мария, принеси лимонад синь… леди! – велела мать, недовольно качая головой.
Женщина явно хотела назвать меня синьорой, как это было принято на их исторической родине. Я не обиделась, смысл был тот же. Материк открыли в своё время англичане, и по большей части именно их колонисты составляли основу населения, но были и другие представители. Когда-то в Эсперанс прибыло двенадцать итальянских кораблей, которые и основали этот город. Правда, вскоре всё изменилось. Выросла туманная стена, а среди людей появились маги. История этого мира так походила на историю моего старого и в то же время так разительно отличалась. Здесь был другой путь развития, и, пожалуй, он начал идти иначе задолго до открытия этого материка. Взять хотя бы тот факт, что эльфы и драконы здесь уже когда-то жили…
Присев за небольшой столик, я улыбнулась женщинам, что не спускали с меня жадных глаз.
Мария с шумом поставила кувшин и стакан передо мной, а после, не спуская с меня тяжёлого взгляда, налила напиток.
Под прицелом трёх пар требовательных взглядов могло показаться, что напиток мне не пойдёт, но нет… Кусочки клубники и листики базилика вызывали интерес, не говоря уже о жажде, что требовала залпом опрокинуть в себя живительную влагу, но вместо этого я медленно сделала пару глотков.
– Меня зовут леди Софи Баваро, не уделите мне время наедине? – вскинула я взгляд на Марию, а наши заинтересованные свидетельницы сделали вид, что им срочно нужно на кухню.
– Всё равно будут подслушивать, – констатировала девушка, садясь за стол напротив меня.
Она была старше, чем я. Около тридцати лет. С оливковой гладкой кожей, крупными, но очень красивыми чертами лица. Карие глаза были словно подведены, настолько плотно росли чёрные длинные ресницы. Смоляные брови вразлёт, скулы словно вылеплены умелой рукой мастера. А губы… наверняка считались в её облике самыми греховными: пухлые, алые. Хотя я была готовить спорить, что на ней не было и грамма косметики. Таким, как она, это ни к чему.
– Мне нужен повар, – закончив осмотр, констатировала я. Предполагаемые проблемы Марии мне казались ясными, и для меня были не такими принципиальными, как для других достопочтимых леди.
– И?.. – протянула она, в свою очередь пробегая по мне взглядом.
– Я слышала, что вы ищете именно эту работу.
– У меня уже есть предложение… – с кухни послышался неприкрытый кашель, – но за пятьдесят шиллингов я рассмотрю ваше.
– Никто не даст вам такую сумму в этом городе, да и в столице тоже, госпожа Риччи, – взглянув на неё, я всем своим видом показывала, будто знаю о её делах больше, чем на самом деле. – Я дам вам двадцать, вместе с проживанием и питанием.
