На обзывательство глазами сверкает.

— Кого-то ты мне напоминаешь…

На Женьку очень похож, но что-то есть, как будто Сашино… Но нет… Не Сашино… Саша по-другому смотрит — открыто, глаза в глаза, а этот — набычившись, напористо, колюче. Того и гляди опять вскочит и бросится мать свою защищать.

Снова что-то проскальзывает в его мимике еле уловимое… Что же, что же?

Беру свечу и приближаюсь к волчонку, чтобы получше его рассмотреть.

— Да не может быть… — от удивления рот раскрываю. — Да, Михрютка, это бы объяснило, почему Саша вообще с ней… Грехи замаливает… Ну-ну, поздно уже…

Из дневника Виктории Новиковой:

“14 июня 2003 г.

Вчера я была у Саши в гостях.

Я позвонила на домашний, и он предложил встретиться у него дома.

Сам позвал!

Мамочки! Он такой бешеный в сексе! Ненасытный! Что он только со мной не делал! И в рот, и анально… Только целоваться он не любит. Ну ничего… Полюбит. Еще на руках меня будет носить…”

“26 июня 2003 г.

Саша вчера сам позвонил.

Я ему не звонила после первой встречи, решила выждать чего бы мне это ни стоило, и он позвонил! Сам!

Снова предложил провести вместе вечер.

Все прошло отлично. Правда потом дернул меня черт за язык. Я спросила, каково ему было в тюрьме.

Саша ответил: “Херово было, прикинь?”

Потом встал, оделся и ушел курить…”

“2 июля 2003 г.

Вчера опять была у любимого.

С одеждой пока не вышло. У него не так много вещей. В идеале бы надо нижнее белье, но, боюсь, заметит пропажу… Он очень внимательный ко всему, но при этом холоден со мной. Секс только сзади или орально… Целовать себя не дает. Может, он после тюрьмы таким стал. Надеюсь, получится его отогреть. Я хоть что для него. В огонь и в воду… Ждала столько… У меня и парней-то толком не было. Так, два недоразумения, им до Сашеньки как до Китая раком.

Принесла новое полотенце, оставила в его комнате, сделала присушку. Как раз на растущую Луну. Хоть бы был результат! Ведь и напоить его не напоишь. Он не покупает спиртное. Самой, что ли, нести выпивку… Но на месячные надо изловчиться и обязательно попробовать…”

“7 июля 2003 г.

Саша прежний. Три недели прошло, а он не то, чтобы не увлечен, он попросту безразличен. Он меня использует… Между нами только секс. А когда пытаюсь просто поговорить с ним, он закрывается и дает понять, что мне пора.

Презервативы тут же завязывает и несет в ведро. А у меня как раз овуляция была сегодня… Обидно!

Ну ничего… Я сделала дубликат ключей от его квартиры. Есть и другие способы… Мы обязательно будем вместе…

Сегодня попробую остаться с ним на всю ночь…”

“11 июля 2003 г.

Мы поругались.

Вчера я принесла вино, чтобы через пару дней, когда месячные начнутся, ничего не вызывало подозрений. Еще надеялась, что он выпьет, расслабится, станет ласковее со мной. Хоть что-то о себе расскажет, обнимет, даст поцеловать, потому что кроме секса мы больше ничем не занимаемся. Он даже не пускает меня в свою постель.

В последний раз получилось остаться на ночь, но утром Саша дал понять, что ему это не нравится. От завтрака отказался. Обидно. Я себя не на помойке так-то нашла!

Сегодня нарочно села на его кровать, хотела, чтобы все случилось в постели, но Саша расположился на диване и позвал меня.

У нас был оральный секс и снова сзади, а потом он меня выгнал. Разозлился из-за того, что я предложила жить вместе… Я знаю, что сама виновата, не нужно было торопиться и унижать его мужское достоинство. Но я же помочь хотела! Папу можно было попросить взять Сашу к себе в фирму. Пластиковые окна устанавливать — все лучше, чем двор мести. Я же хотела как лучше! Неужели он не понимает?!..

Успокаиваю себя, что это временные трудности.

Мы будем вместе. Мы обязательно будем вместе…”

“18 июля 2003 г.

Сегодня видела моего Сашеньку с Женькой Андриановой. У подъезда своего стояли, о чем-то разговаривали… Андрианова мне, конечно, не соперница, но мне не нравится, что они общаются. Женька — мать-одиночка, может и сообразить бестолочь, какой мужчина у нее под боком. И Андрианова похорошела после родов. Вдруг он ей увлечется… Я не могу этого допустить…”

Без даты:

“Сашенька, любимый, вернись ко мне. У меня сердце кровью истекает. Уже все заметили, как я похудела и изменилась. А как не измениться? Без тебя мне никак — ни на этом свете, ни на том. Одного тебя вижу… Люблю тебя до смерти… Тебя одного...”

Без даты:

“Как раб Божий Александр нe может жить и быть без тени своей, так раб Божий Александр нe может и без тоски пo мне, Божьей рабе Виктории. Ходи, запинайся, oт тоски задыхайся. Как Солнце идет по небу, так и ты иди по всякой дороге ко мне, Божьей рабе Виктории. Слово мое крепко и лепко. Аминь".

“27 июля 2003 г.

Наконец-то решилась побывать у Саши дома. Переживала, что не так посчитала смены его матери, и она дома окажется, или вдруг Саша сам вернется домой, или кто-нибудь из соседей выйдет, пока дверь открываю.

Обошлось. Дома никого не было. Удалось раздобыть его футболку и эспандер. Новую футболку брать побоялась, в шкафу поношенную нашла, а эспандер — в ящике стола. Отнесу все на кладбище…”

30 июля 2003 г.

“Футболку и эспандер Сашеньки положила на могилу бабушки. Сеструха говорила, что она раньше занималась приворотами. Я и тетрадки ее нашла с заговорами. Может, так вернее будет. Попросила о помощи. Прочитала все, как надо… Надеюсь, получится…”

“21 августа 2003 г.

Ничего не писала много дней.

Всё достало. Всех ненавижу.

Мать снова пожаловалась отцу, что я с ней грубо говорила. А как еще с ней разговаривать, если она тупая как пробка! Как отец вообще на ней женился?!

А у меня итак весь день наперекосяк.

Сегодня снова видела их вместе. С собакой гуляли. Мой Саша тащил на шее Женькиного ублюдка и держал ее за руку. Между ними точно что-то есть…”

“24 августа 2003 г.

Вчера вечером ходила к Сашиному дому. Света в окнах не было. Я поднялась. Послушала у двери. Тихо. А за Женькиной дверью собака как залает, я чуть заикой не стала… Испугалась, спустилась. До темноты сидела у другого подъезда. Свет у Саши так и не загорелся. Он даже на балкон ни разу покурить не вышел. Снова поднялась. Послушала. Открыла дверь ключом. Никого. Даже собаки нет.

Ремонт сделал. Кровать заправлена. Личных вещей нет.

Он не просто её трахает, он живёт у нее… Ненавижу тварь! Ненавижу!..”

“ 26 августа 2003 г.

Меня уволили. Вернее, вынудили написать по собственному.

Региональный менеджер нагнула за то, что я оформила кредит на какую-то тетку, которую сын привел, чтобы купить ноутбук.

Кредит одобрили.

Но через несколько дней тетка подняла бучу. Кто-то из родственников чухнул, какая будет переплата. В прокуратуру накатали жалобу.

Выяснилось, что это никакой не сын, а очередной схематозник. “Мы вам деньги сейчас — вы берете нам товар в кредит”.

Никто тетку насильно кредит брать не заставлял, но встряла я. Начальница верещала в трубку, а, я, что, молчать не буду! Все ей высказала! И про поездки их корпоративные на отдых, за которые мы, обычные менеджеры, платим, и про то, что сами пусть лучше за собой следят, когда кредиты одобряют! А ещё престижный банк! Бардака у самих!