Я же стояла у края площадки, где обычно собиралась наша команда, и всеми силами делала вид, что просто отдыхаю.

Ага. «Отдыхаю».

На самом деле я высматривала одного конкретного дракона так, словно пыталась прожечь взглядом дыру в пространстве, откуда он теоретически мог появиться. Сердце так билось, что я всерьёз боялась: сейчас выскочит наружу, помашет лапкой и убежит обратно во дворец.

— Снежинка… — протянул над ухом знакомый голос. Я вздрогнула.

Ну конечно. Илар. Когда я уже привыкну, что он умеет подкрадываться, как кот, которому забыли выдать завтрак?

— Ты так отвлекаешься, что я уже мысленно пишу рапорт, — продолжил он с притворной строгостью. — Представляешь? «Целитель команды отвлеклась, получила травму, команда лишилась боевой единицы…» И, внимание, главный вопрос: кто нас лечить будет?

Я открыла рот, чтобы что-то язвительное ответить, но замерла. Воздух словно дрогнул. Шум полигона стал тише, фоновые разговоры растворились.

Он шёл.

Кейл.

Высокий, спокойный, будто и не носился месяц между дворцом и академией. На нём была новая форма — чёрно-золотая, подчёркивающая плечи и талию так, что я на мгновение забыла, как дышать. На груди сиял герб рода — теперь, без проклятия, яркий, живой. Он — живой.

Его глаза нашли меня почти сразу.

Илар ещё что-то говорил за спиной, но я уже не слышала ни слова. Всё вокруг сузилось до одной точки — к нему. К его шагам. К тому, как уголки его губ едва заметно приподнялись… почти неуловимо.

Но для меня — более чем достаточно.

Он шёл ко мне. И в груди, кажется, поселилась маленькая молния, которая яростно требовала: ну же, давай, ещё шаг, ещё…

Шёл уверенно, спокойно, будто всё это время ничем другим не занимался, кроме как репетировал эффектное возвращение. Его взгляд был прикован к моему лицу, настолько открыто и пристально, что у меня в желудке поселились все бабочки академии, включая тех, что должны были вымереть сто лет назад.

Ещё шаг. Ещё полшага.

И — вот он, почти рядом. Я вдохнула, готовясь услышать первое слово, увидеть ту самую улыбку, которая месяц преследовала меня в снах.

Но он, не отводя взгляда от меня, вдруг слегка повернул голову и произнёс ровным, удивительно дипломатичным голосом:

— Тренер. Рад вернуться.

Если бы по моему сердцу можно было провести экскурсию — экскурсанты бы сейчас увидели, как оно скукожилось и сползло в район пяток.

Конечно… обучение… конечно, тренировки важнее… конечно, он сейчас просто… меня проигнорил?

— Лорд Кейл, — бодро ответил Ювин, складывая руки за спиной. Всё шуточки. Ведь в академии статусы опускаются, а тут — «лорд». Ха! — Мы рады вашему возвращению в команду. Не будем терять времени: сегодня нужно наверстать многое.

Ну замечательно. Идите, наверстывайте. Тренируйтесь. Отрабатывайте прыжки, полёты, заклинания — что хотите…

Я почувствовала, как улыбка, ещё недавно расцветавшая на лице, плавно и медленно умирает, как цветок под снегом.

Кейл шагнул мимо. Сердце тоже решило шагнуть куда-то мимо.

Но в тот момент, когда он уже почти прошёл, его рука едва заметно скользнула вдоль моего локтя, а дыхание коснулось мочки уха:

— Я скучал.

Это было сказано так тихо, что я бы не услышала, если бы не ловила каждый его жест, каждый звук.

Щёки обожгло пламенем. Я мгновенно распрямилась, как солдат на утреннем построении, а по губам сама собой расползлась глуповатая, счастливая улыбка, которую невозможно было стереть.

И, разумеется, именно в этот момент раздалось суровое:

— Тебе, Снежина, что, особенное приглашение нужно?

Ювин смотрел на меня так, будто я сейчас не стою, а лежу на траве в виде размазни.

— Н-нет… я уже… иду, — прохрипела я, пытаясь унять улыбку, но она будто приросла к лицу.

А что это к одним — «лорд», а другим — даже «леди» зажал?

Кейл шёл впереди, широким уверенным шагом, а я плелась следом. Но стоило вспомнить, как прозвучали его два слова — и всё вокруг улетало на задний план.

«Я скучал».

Тренировка продолжилась, и я, как настоящая «боевая единица», торчала сбоку и делала вид, что наблюдаю за общим процессом.

На самом деле — ну да, конечно. Я пялилась исключительно на одного дракона.

Кейл двигался по площадке так, будто месяц отсутствия только сделал его сильнее. Ловцы всегда тренировались по своей «особой» программе — больше скорости, больше высоты, больше безумных рывков, на которые даже смотреть страшно. А я… я лишь наблюдала. Целительнице туда не влезть — нам своё расписано.

Зато рядом постоянно маячил Илар. Как истинный капитан — взгляд цепкий, движения выверенные, всё видит, всё успевает. Раз, другой — и он превращал ошибки противников в шанс для нашей команды взять дополнительные очки. Настоящая хищная грация. И, конечно же, постоянно комментировал мои попытки не смотреть на Кейла.

— Если ещё немного вытянешь шею, будет казаться, что ты сама пытаешься взлететь, — сообщил он, когда я снова поймала себя на том, что слежу за каждым движением Кейла, будто он вот-вот растворится.

Но самое странное произошло позже.

Парни, наши драконы, между упражнениями о чём-то оживлённо заговорили. Смеялись, показывали что-то в воздухе руками… И Кейл — мой Кейл — стоял среди них, будто возвращался в этот мир впервые. Расслабленный. Открытый. Он улыбался — не той маленькой, едва заметной тенью на губах, а по-настоящему.

И я зависла. Просто застыла на месте.

Он может быть таким? Солнечным, живым, простым? Кажется, я знала его куда хуже, чем думала.

Мой внутренний монолог отключился, когда Илар вдруг коротко рявкнул:

— Лекси, вниз!

Меня дёрнули в сторону — резко, почти больно. В следующее же мгновение там, где я только что стояла, со вспышкой ударил огненный шар. От него по земле разошлась рябь тепла.

От этого сердце не просто упало — оно провалилось куда-то в пяточную бездну.

— Ты в порядке? — Илар держал меня за плечи, хмурясь так, будто собирался лично расплавить виновника.

— Я… да… вроде… — выдавила я.

— Ты «вроде» чуть не поджарилась, — процедил он, и, хотя хотел улыбнуться, получилось плохо.

Ювин подлетел почти сразу.

— Илар, тебя задело. Видел, как тебя отбросило. Иди в целительское крыло. Немедленно.

— Тренер, всё нормально, — отмахнулся Илар, но сделал это слишком резко, слишком уверенно. Значит — врёт.

— Отлично, — бросил Ювин. — Александра, сопроводишь. Проследи, чтобы он хотя бы дошёл до лежака.

Кажется, меня ещё не отпустило, и мысли в голове метались как безумные. Я кивнула, хотя горло стянуло в узел вины.

Когда мы вышли за пределы полигона, я попыталась заговорить первой:

— Илар, прости. Я отвлеклась, я… если бы не ты…

Он молчал. Просто шёл. Челюсть напряжена, шаги ровные, глаза вперёд. Молчание длилось мучительно долго, и я уже начала паниковать: он злится. Реально злится. Он предупреждал меня быть внимательной, а я… смотрела. На Кейла. Отлично, просто отлично. Совсем на меня не похоже.

Но потом его шаг сбился. Буквально на долю секунды — но я успела заметить.

Он остановился, медленно опёрся ладонью о стену и глубоко втянул воздух. И это был не просто «устал». Это был — «держусь из последних сил».

— Так. Сядь. Сейчас же, — приказала я, хватая его за предплечье и направляя к широкому подоконнику.

— Лекси… — начал было он, но я уже толкнула его в сидячее положение.

— Футболку. Снять.

— Снежинка…

— Не спорь.

Он вздохнул — раздражённо, обречённо — но послушался. Ткань прошуршала, оголяя мускулистую грудь, и мне понадобилась вся сила духа, чтобы смотреть именно на травму, а не… ну, всё остальное.

Под рёбрами расплывался глубокий тёмный след удара. Ох. Он явно получил куда сильнее, чем показалось снаружи.

Я провела пальцами по краю гематомы — осторожно, почти невесомо. Побоялась задеть обугленные края открытой раны и закусила губу, представляя, какую боль подобное повреждение вызывает. Вот же терпила! Дурак! Ещё храбрился.