— Вот так. Продолжай, — подбадривала меня Аронфэр.

Я затаила дыхание, боясь спугнуть это чудо, и перевела ладонь на вторую кроху. Та тоже сперва лежала неподвижно, но вскоре её шерстка словно ожила, наполняясь прежним сиянием — нежным, переливчатым, будто радуга возвращала свои краски.

Я чуть приоткрыла рот и выдохнула:

— Получилось…

Сердце колотилось где-то в горле, а в груди стало светло и странно легко. Значит, я всё-таки могу. Могу исцелять… не через грубую силу, не через этот вечный хаос, что вырывается наружу, когда я пугаюсь или злюсь. А мягко. Осторожно. Не вредя.

Значит, шанс есть…

Я украдкой глянула на свою ладонь — она уже не светилась, но память об этом золотом сиянии жгла кожу изнутри. Если я найду грань… если сумею держать под контролем — может, из меня получится не только источник проблем и взрывов, но и что-то большее. Не только мазями придётся в будущем приторговывать.

Только как её найти, эту тонкую грань? Где та самая линия между разрушением и лечением?

Аронфэр наблюдала за мной сдержанно, руки сложены на груди. Лёгкий хмурый прищур, будто хотела показать строгость, но в уголках губ играла едва заметная тень улыбки.

— Хорошо, Александра, — произнесла она ровно, но голос звучал мягче, чем обычно. — Ты поняла суть. Не сила в руках, а сила в разуме и сердце.

Я кивнула, ловя каждый взгляд. Сердце снова ёкнуло — ей явно понравилось, что я смогла справиться. Но строгий тон снова взял верх:

— Запомни: эта грань тонка. Её можно легко пересечь, и последствия будут серьёзными. Практика — единственный путь, чтобы не навредить себе и помочь другим.

Я глубоко вздохнула и с трудом сдержала улыбку. Внутри было странное тепло — и от того, что удалось, и от того, что наставница признала мой успех.

— Поняла, — ответила я твёрдо. — Постараюсь.

Аронфэр кивнула и повела меня к следующему вольеру, а я шла с чувством, что впервые магия в моих руках перестала быть угрозой… и могла стать чем-то настоящим.

Мы подошли к следующему вольеру. В нём обитали маленькие фенечки с переливающейся шерсткой, похожие на миниатюрных лисичек с яркими ушами и пушистыми хвостами. Наставница указала на несколько особей, которые выглядели вяло и держались в стороне. Пока остальные активно ели, играли и прыгали по веткам, те просто взирали на них заплаканными глазками.

Ну кто же так делает? У меня сердце сжимается от жалости к этим всем животным.

— Твоя задача…

— Я уже поняла, — перебила наставницу и уверенно шагнула за калитку.

— Не бойся использовать магию. Сосредоточься на их дыхании, энергии, теле, — последовали указания спокойным тоном.

Я наклонилась к первым фенечкам, осторожно положив руку над их маленькими телами. Сразу почувствовала слабое сопротивление, словно животные сами проверяли мою силу. Но я постаралась сосредоточиться и вспомнить, как делала это с радужными мышками.

Глубоко вдохнула и направила энергию — мягко, бережно. Чувство, что могу навредить, было сильным, но внутреннее тепло росло, и маленьким лисам становилось лучше.

А после завершения моих манипуляций, будто в благодарности, они попрыгали вокруг меня и двинулись к остальным. Ну может, не зря я в прошлом мечтала быть ветеринаром!

Следующие вольеры — крошечные львята, разноцветные крылатые лягушата и мини-дракончики с блестящей чешуёй. Каждого я пробовала исцелять постепенно, не спеша. Пока не наступил момент, когда занятие подошло к концу.

Аронфэр подняла взгляд, удовлетворённо кивнула:

— Практикуйся! Можешь даже приходить сюда отдельно, смотритель питомника покажет тебе тех, кого нужно подлечить. А на сегодня всё, желаю хорошо провести выходной!

Я едва успела открыть рот, чтобы ответить, как за спиной раздался знакомый голос:

— С радостью помогу тебе с практикой, снежинка.

Я зыркнула через плечо — Илар стоял с самодовольной ухмылкой, руки сложены на груди.

— И что это значит? — бросила я, сжимая кулаки. Такое чувство, что меня застал врасплох.

— Я как друг обязан помочь, — добавил он, и в его тоне сквозила почти невозмутимая серьёзность, что делало его слова ещё более раздражающими.

Я только глубоко выдохнула и промолчала, понимая, что если этот нахал что-то задумал, то его не остановить.

Меня безбожно схватили и потащили на выход из питомника. Наставница лишь улыбнулась, глядя, как боевик ловко меня подхватил. Видимо, уже вся академия в курсе нашего спора, и спасать меня от подобных поползновений никто не собирается. Что они могут? Разве что развести руками: мол, проиграл — пусть исполняет наказание. Но я-то в курсе, что этот дракон специально слился!

— Мы почти пришли, так что отпусти! — я в который раз дёрнулась, но, конечно же, безрезультатно. Илар тащил меня на руках, как мешок с мукой, только ухмылялся при этом так, будто исполнял святой долг.

— Даже не думай, снежинка. Ты и так устала, а я человек добрый. Несу куда надо.

— Добрый? — фыркнула я. — Да ты больше похож на похитителя.

Я ведь хотела ещё раз заглянуть к жеребцу — убедиться, не привиделось ли мне… точнее, не послышалось ли. А тут этот нарисовался из ниоткуда, будто следил из-за угла, чтобы выскочить в самый неподходящий момент.

Илар наклонил голову ближе к моему уху, и голос вдруг стал серьёзным:

— Я говорил без шуток. Я помогу тебе.

Я моргнула.

— С чего вдруг?

— Потому что понял, — спокойно ответил он. — У тебя не выходит ни с манекенами, ни с людьми. А вот с этими зверьками получилось. Значит, тебе нужно живое, но не опасное. Так вот… — он выдержал паузу, — я готов стать твоей… мышкой.

Ну точно следил!

Я поперхнулась от смеха.

— Мышкой? Серьёзно? Да ты не мышь, ты скорее… хищная ящерица. С зубами и когтями.

— Отлично, — совершенно невозмутимо согласился Илар. — Пусть я буду твоей ящерицей. Всё равно выдержу. Любую боль, любое воздействие. Проверишь на мне — и не придётся бояться, что кого-то поранишь.

Я уставилась на него, уже не зная, смеяться или злиться. Слишком уж уверенно звучал.

— А если я… ну, не рассчитаю силу?

— Тогда я всё равно выживу, — пожал он плечами, даже не замедлив шаг. — Ты забываешь, с кем разговариваешь.

Как самоуверенно! И самое ужасное — в его словах была логика.

— Ладно, — выдохнула я. — Но только завтра. Сегодня хватит тесного контакта. Ты своё отработал, носильщик.

— Носильщик? — усмехнулся он.

— Именно. Считай, что можешь быть свободен, дружище.

Как раз в этот момент мы дошли до дверей общежития. Илар аккуратно поставил меня на ноги, не отпуская сразу, будто проверяя, не свалюсь ли. Я сердито одёрнула юбку и фыркнула:

— Спасибо.

Он только наклонил голову и снова ухмыльнулся:

— До завтра, снежинка. Но если что — ты знаешь, где меня найти.

И, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл. А я осталась стоять у двери, почему-то чувствуя, что завтра меня ждёт не просто тренировка, а нечто гораздо более сложное.

Правда не долго я стояла, а быстро взяла себя в руки и потопала к себе. Поднялась на этаж, ноги гудели от насыщенного дня (всему виной забег с боевиками), но сонливо-тихая атмосфера тут же сменилась оживлённым щебетом. Из-за приоткрытой двери доносился смех. Узнала сразу — Брина. Следом — голос Лори. А ещё… Обина? И, кажется, Роналия.

Я остановилась, прислушалась. Девочки весело обсуждали, что их пригласили после ужина на посиделки в пятьсот третью. Хм… идея неплохая. В неформальной обстановке можно и поближе познакомиться, и расслабиться, а то пока все только парами да по парам.

Мелькнула ещё одна мысль — совсем рядом ведь пятьсот вторая, а там живёт Кейл. Можно бы зайти, для предлога спросить соль или сахар. Чушь, конечно, зато шанс ещё раз попасться ему на глаза.

Жаль, что делить комнату он вынужден с Иларом… Но мы же вроде как выяснили: теперь просто друзья. Надеюсь, этот золотой ящер не решит мешать. Тем более завтра мне ещё предстоит проверить на нём свою магию. Подопытный дракон, ха! Не каждый день такие встречаются!