— Александра Викторовна, Эдуард Владимирович ждёт вас в своём кабинете, — будничным тоном сообщил управляющий.

— С каких пор подобные поручения стали вашей работой? Где же помощник Эдуарда Владимировича? — намекнула я на Алексея, который был очень даже симпатичным молодым человеком.

«Да, и вчера мы неплохо провели время», — добавила уже мысленно. Алексей понравился мне сразу, как только получил должность и стал часто появляться в доме отчима. Сначала он пытался отшучиваться или отказывать, ссылаясь на загруженность, но если уж мне кто-то понравился — выбора у него просто нет.

— Алексея утром уволили, — безразлично ответили мне, на что я лишь пожала плечами.

В принципе, ничего нового. Все, кем я каким-то образом заинтересовывалась, просто исчезали, срочно уезжали за границу или были уволены. Отчим словно коршун следил за моей жизнью и старался… увы, не заботиться, а скорее оградить себя от ненужных сплетен и скандалов. Вот такая жизнь у бизнесменов, которые хотят построить ещё и политическую карьеру. Хуже всего — их окружению. А ещё хуже — детям из первого брака их спутниц.

Я, конечно, всегда желала счастья маме и, когда она сказала, что в её жизни появился мужчина, то обрадовалась. Но как-то быстро у них всё закрутилось. Через месяц мы уже переехали к нему, где и сыграли свадьбу. Размеры дома позволяли, как и прилагающаяся территория. В огромном саду расположился шатёр и арка с множеством цветов. Красивая выездная церемония — и вот моя мама сменила фамилию со Снежиной на Миронову.

Отчим ещё пытался уговорить меня позволить удочерить себя, но я осталась дочерью своего отца, который не заслужил, чтобы его забывали. Он нас не бросил, а трагически и, я бы даже сказала, героически погиб на спасательной операции. Он был пожарным и для меня навсегда останется героем.

Мама вскоре после свадьбы забеременела, и отчим отстал с этим удочерением. И всё казалось бы хорошо: богатый отчим, шикарный дом, множество открывающихся перспектив, но… Я совершенно случайно узнала после выпуска из школы, что мой отец погиб на пожаре завода, принадлежавшего отчиму. Казалось, едва построенный мир оказался карточным и разлетелся с одним порывом ветра. А хуже всего был удар от единственного близкого человека — мама знала. Наш скандал привёл к тому, что у неё начались преждевременные роды, и зла я ей или ребёнку не желала, но… как уж вышло. Деньги Эдуарда, конечно, спасли их, а вот я получила ярлык проблемного ребёнка.

Что осталось делать в таком случае? Конечно же, соответствовать. Транжирила деньги отчима, отрывалась с новыми богатенькими друзьями, которых встретила в универе. Ходила на вечеринки, тусовки, посещала клубы, везде замечая приставленных людей отчима. А чтобы меньше времени проводить в доме, записалась на все возможные курсы: плавание, борьбу, танцы, рисование, в том числе и конный спорт. Последний больше всего мне нравился, ведь лошади не разговаривали и всегда дарили мне умиротворение и радость. В их компании мне нравилось куда больше, чем в окружении «семьи».

Только вот в последнее время меня начало посещать плохое предчувствие. Такое чувство, что отчим что-то задумал. Не замуж же он решил меня отдать за какого-то сына своего друга? Хотя такое вполне вероятно, если судить по постоянным встречам в доме, на которых я мимоходом замечала этих самых папаш с их чадами. Что-то мне это не нравится!

— Я опаздываю на уроки верховой езды, — ответила спокойно, застёгивая молнию на кожаной куртке.

— Эдуард Владимирович ждёт в своём кабинете, — повторил управляющий, даже бровью не поведя, и просто ушёл.

Гр-р-р… И чего ему не спится так рано? На часах и семи нет, а отчим уже соизволил вызвать меня «на ковёр».

Спустя пятнадцать минут я вылетела из кабинета отчима, громко хлопнув дверью, а потом, проигнорировав мать, повторила то же самое со входной. Села в свою машину и не менее эффектно покинула территорию Миронова.

— Игорь Чернов? Серьёзно? Он правда думает, что я выйду замуж по указке за сына его друга и партнёра⁈ — буквально кричала, перекрикивая громкую музыку в салоне.

Проехав полпути, заметила, что охрана отчима следует за мной по шоссе. Видимо, он боялся, что, пылающая праведным гневом, я могу и к Черновым заявиться, но мне этого не требовалось.

Игоря я знала давно, ещё с первого курса в универе, и то, что он учился на юридическом. Пересекались, общались и даже как-то целовались. Дальше дело не дошло, потому что я успела заметить его гнильцу внутри. За красивой внешностью прятался мерзкий человечишка, которому обидеть, опозорить или, чего похуже, — было просто раз плюнуть. А ещё этот козёл часто появлялся в конном клубе. Так что я могу высказать всё, что думаю, уже второй в жизни раз, и прямо там.

Блондина с ледяным серым взглядом я заметила почти сразу и направилась прямиком в его сторону. Мне всегда больше нравились плохие парни, но «плохие» — это далеко от «садистов». А Игорь именно таким был, если заметить его обращение с жеребцом Ураганом. Не единожды замечала, как он использовал кнут к благородному животному, от чего мой негатив к парню лишь рос.

Заметил он меня почти сразу и широко заулыбался, даже не подозревая, что его ждёт. Не сбавляя шага, я пролетела через газон и влепила ему пощёчину, которая вмиг стёрла улыбку с его лица. Серые глаза сузились, превращаясь в щёлочки, а губы исказились в другой улыбке. Назвала бы её пугающей, но вот только я не из тех, кого легко запугать.

— Видимо, тебя папочка обрадовал новостью с утра пораньше, — понял причину моей агрессии парень.

— Даже думать забудь, что получишь меня, чёртов придурок.

На языке крутились слова куда красноречивее, описывающие моё к нему отношение, но я решила сдержаться.

— Я думал, что ты — неженка, а на деле получается стервозная девица. Любишь пожёстче, сладкая моя невес… — договорить ему не позволил мой удар в челюсть. Из уголка губы парня сразу выступила кровь и начала катиться тоненьким ручейком к подбородку.

— Ах ты, стерва! — взвыл он, схватив меня за запястье. Замахнулся, но, судя по взгляду, заметил мою охрану вдали и опустил руку. — Твоим воспитанием займусь после свадьбы, — более мягким тоном заявил и чмокнул руку, которую удерживал.

Я поспешно вырвала её, и благо он не сопротивлялся, а то коленка так и чесалась сделать его инвалидом. Развернулась по направлению конюшен и заметила, что работник клуба уже ведёт мою Блэк, полностью готовую к прогулке. Взлетела в седло и пришпорила кобылу, а она, будто только этого и ждала, сорвалась с места, поднимая клубы пыли по направлению парка.

Парк — это слишком скромное название той территории, которую клуб оградил для конных прогулок. Это как маленький лес с ручьями, тропинками, небольшими полянами и даже смотровой горкой, с вершины которой открывается чудесный вид на город. Именно добравшись к ней, я поняла, что немного остыла, и решила посидеть на поваленном дереве, глядя вдаль.

Была бы жива бабушка по отцовской линии, я бы точно сбежала сейчас к ней и забыла бы про все эти проблемы. Но увы, она покинула этот мир вслед за ним.

Неожиданно за кустом неподалёку что-то вспыхнуло, а Блэк нервно заржала. Успокоить лошадь не удалось никакими словами. Кобыла встала на дыбы, а потом и вовсе умчалась по тропе. Что же её так испугало?

Я взяла первую попавшуюся под руку палку и двинулась к кусту. Свечение становилось всё ярче и ярче. Казалось, что в земле появилась какая-то воронка… ну или, если уж совсем поддаться в мистику, то портал с золотым пламенем, пляшущим вокруг.

Нога моя неожиданно поскользнулась на ещё влажной от росы траве, и меня понесло прямиком в этот портал. Мой тихий вскрик — и наступила темнота. Вот и всё, что я успела запомнить, перед тем как в него провалиться.

— Какого чёрта? — взвизгнула я, упав прямиком в лужу. Ещё и с такой кучей грязи, что начала паниковать: как бы меня не засосало полностью в эту трясину. — И как это вообще понимать? — быстро оглянувшись, поняла, что нахожусь в каком-то странном месте, а именно — среди поля на обычной просёлочной дороге.