Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

На коврике за дверью, внимательно вслушивался в слова хозяина, стараясь запомнить незнакомые выражения, хрупкий невысокий юноша, новый ученик известного магистра. Лохматый и оборванный, с чумазым лицом, покрытым тщательно втертыми пятнами грязи, он был похож на переодетую девушку.

Подросток держал на руках крупного пушистого зверька, в котором внимательный взгляд сразу же опознал бы редкого в этих краях хиджистанского симаха — Азарис, беглая хиджистанская принцесса, нашла у мага надежное укрытие.

Сиртанне невероятно повезло. Нафс сумел вытащить из темницы всех троих, и, угадав желание хозяйки, доставил ее как можно ближе к ученому магу. При переносе хиджистанцы очень удачно приземлились в огромную лужу — размазанная по лицу и одежде грязь не оставляла возможности опознать путешественников. Стянув картуз — климат в Зиртане, на юге, был намного теплее хиджистанского — девушка обрывком веревки стянула копну кудрей в длинный хвост и чуть прикрыла капюшоном плаща. Студенты академии редко носили короткие стрижки — волосы считались средоточием магической силы.

В Зиртане тоже было всего лишь раннее утро, но как же отличалось оно от привычного ленивого пробуждения ее родного города! С первого взгляда Зиртан поразил девушку шумом, светом, живостью красок и кипением городской жизни. По сравнению с сытым, но полусонным Хиджистаном, краем лесов и болот, академгородок казался живущим по законам собственного, ускоренного в несколько раз времени.

Веселая студенческая сутолока и бурная торговля на узких улочках университетского города не прекращались ни днем, ни ночью. Громкая болтовня, споры и потасовки пестрых группок молодежи в разноцветных мантиях, толчея на улицах, толпы спешащих подмастерьев, бакалавров и магистров, шпиль главного здания Академии и разноцветные башни корпусов университета на левом берегу речки Леи, делившей город на две части: богатую: обывательскую, торговую — и учебную, студенческую — придавали городу неповторимое очарование.

Азарис, единственная наследница хиджистанского престола, с детства не раз сопровождала отца в дипломатических и деловых поездках и побывала не только в соседнем с родным владением Гарбане. Она видела немало далеких земель, но в Зиртан попала впервые. Сейчас девушка хорошо понимала друзей, не вернувшихся домой после окончания учебы. Но даже в Зиртане Азарис не собиралась задерживаться надолго — ей нужно было как можно скорее найти своего суженого.

Трое беглецов, озираясь по стронам, стояли на пустынной улице.

— И где же…? — девушка не успела закончить обращенный к Нафс вопрос, услышав шум голосов.

Последние гуляки возвращались из кабаков домой. Группа горланящих студиозусов, поддерживая под руки, провожала преподавателя. Визгливым женским голосом кто-то, невидимый Азарис, доругивался с упившимся магистром:

— Да кому ты такой сдался? Полжизни прожил, а ничего, кроме магии и кучи бутылок, не нажил. Ни жены, ни слуги, даже ученика не завел!

— Да ты, да я…, - заплетающимся языком пробормотал магистр, от возмущения остановившись и даже попытавшись выпрямиться. — Да я сам никогда не хотел, да я ученика в любой момент… Эй ты, сопляк, — палец Ай-Вана волею судьбы ткнул в сторону стоявшей у дороги сиртанны. — Хочешь быть учеником мага?

— Да, — не задумываясь, брякнула принцесса.

В протянутой руке мага появился клочок пергамента. Ай-ван приложил к листку ладонь, потом протянул девушке.

— Магический контракт. Большой палец приложи, — заметив недоумение подростка, объяснил он. — Можешь считать себя принятым.

Утром, проспавшись, старший магистр долго матерился, но разрывать магический контракт не стал. Ай-Ван даже позволил услужливому мальчишке поселить в полуразвалившемся сарае полоумного брата. Не отказался маг приютить и зверька, отличного охотника, сильно уменьшившего поголовье обнаглевших крыс.

— Эй, ты, ленивый п…к! Кончай б…! — грубо окликнул зазевавшегося юнца спешно готовивший новый опыт Ай-Ван. — Помой пробирки и марш в подвал за серой и смолой!

Девушка немедленно бросилась выполнять приказ. Место ученика сталго для нее большой удачей.

Сейчас Азарис с нетерпением ждала, чем же закончатся поиски учителя, пытавшегося вычислить место, где произойдет очередной пробой в параллельный мир, и добраться до наглого пришельца, взявшего обыкновение являться старшему магистру после принятия больших доз чернолесской косорыловки.

Теперь Аурелу снилось махровое средневековье, а может быть, даже и фэнтэзи.

Уставленная колбами и пробирками невероятно захламленная комнатушка чем-то напоминала лабораторию управленческих научников, но отличалась от нее присутствием огромного количества пустых бутылок, похоже из-под спиртного, в беспорядке разбросанных на полу среди кучек другого бытового мусора. В мусоре лениво копошилась парочка непуганых крыс, разыскивавших остатки съестного. Почти такое же количество бутылок стояло на полках, столах и стульях впермешку с колбами, пробирками и каким-то тряпьем.

— Крепко пьет мужик, — констатировал Аурел, с неприязнью вспоминая Мустяцу. Хозяин берлоги явно нашел бы в Джоне брата по разуму.

Для бомжатника в комнате было слишком много не сданной посуды. «Лаборатория» скорее напоминала жилище мага.

— По всей вероятности, Черного, — решил Бром. Жилье Белого мага просто не могло так выглядеть, иначе десятки прочитанных полковником книг были бы не фэнтези, а откровенной ложью.

В камине у правой стены горел огонь. Над ним висел большой котел, в котором кипела и булькала какая-то густая жижа. Напротив, под большим пыльным зеркалом, высилась скособоченная стопка тяжелых фолиантов, истертых и мятых, с торчащими в разные стороны рваными страницами. Рядом с книгами, упершись взглядом в зеркало, стоял, спиной к Аурелу, коренастый мужик, чуть выше среднего роста, в грязной, испещренной сальными пятнами и прожженой химическими реактивами короткой мантии неопределенного цвета. Засаленные, иссиня черные, как у индейца, длинные волосы, по вполне современной моде были небрежно связаны в растрепанный длинный «конский хвост» обрывком чего-то очень похожего на бельевую веревку. Мужик, как будто почувствовав чужой взгляд, обернулся. Оказалось, что мантия была натянута на длинную бесформенную рубаху. Тоже грязно-черную. Однако!

— Хламида! — это не очень понятное слово казалось подходящим определнием незнакомого одеяния. Из-под хламиды неожиданно выглядывали едва прикрывавшие колени обтягивающие бриджи, с оборванными, грязными до черноты кружевными завязочками, удивительно не подходившими ко всему грубоватому облику хозяина комнаты.

Аурел, не удержавшись, громко хмыкнул. Маг, как будто и в самом деле услышав смешок, повернулся и устремил на полковника свирепый раздраженный взгляд сверкающих в темноте, как у кошки, черных глаз. Распухшую, с большого бодуна физиономию расцвечивал желто-зелеными красками поставленный кем-то под левым глазом здоровенный фингал. Колдун был довольно молод или просто казался таковым — Бром не дал бы ему больше тридцати, хотя отлично знал — из книжек — что маги редко выглядят на свой возраст. Однако испитая рожа и синяк, по мнению Брома, скорее свидетельствовали об относительной молодости — магу явно не хватало солидности.

Глядя Аурелу прямо в глаза, пьянчуга довольно долго молчал.

— Ничего интересного, зачем показывают, не понятно, — побывавший в пророческом галактическом сне полковник испытывал теперь некоторое разочарование, как зритель скучного немого кино. Хотелось попросить, чтобы дали звук. Его просьбу как будто кто-то услышал. Маг шевельнулся, словно почувствовав направленный на него взгляд Аурела. Лицо его исказилось злобой.

— Подглядываешь? Опять ты…! — с ненавистью произнес он. — Чего ты ко мне привязался? Что тебе надо? Оставь меня, наконец, в покое. А не то…. - маг грубо выругался, — …, пожалеешь!

— Здорово загнул! — услышав отборный мат, с уважением покачал головой Аурел. — Ты там полегче! — предупредил он разбушевавшегося магистра, — не то сам по морде схлопочешь!

41
{"b":"278474","o":1}