Северин повернул голову.

— Начинаю замечать закономерность.

— Я тоже.

— Потом будете разбираться с педагогическими ошибками, — вмешалась я. — Что он может сделать с Сердцем?

Никто не ответил сразу.

Очень плохой признак.

Каэль подошёл к пустому пьедесталу.

— Оно хранит силу правящей линии Морвейнов. В том числе мою.

— Достаточно, чтобы открыть Врата без тебя?

— Не полностью.

— Что ему ещё нужно?

Северин посмотрел на печать в моей руке.

— Хранитель.

Я сжала серебряную лису.

— Печать у меня.

— Поэтому он не сможет завершить ритуал.

— Но начать?

— Да.

Плохо.

— Насколько далеко?

Эзраэль ответил:

— Достаточно, чтобы разрушить границы вокруг Врат. Если процесс продолжится несколько часов, проходы начнут открываться стихийно в разных местах обоих миров.

Я вспомнила трещины, из которых появлялись твари.

— То есть нам всё равно придётся идти за ним.

Каэль вздохнул.

— Да.

Я повернулась.

Он встретил мой взгляд и добавил:

— И да, я знаю, что ты идёшь со мной.

Это было неожиданно.

— Не будешь спорить?

— Буду. Внутренне. Очень громко.

— Прогресс.

— Не привыкай.

Он взял мою руку и внимательно осмотрел ладонь, которой я ловила печать в храме. Ещё полчаса назад кожа была содрана почти до крови. Теперь не осталось даже следа.

Каэль нахмурился.

— Что?

— Ничего.

— Ты опять делаешь это лицо.

— Какое?

— Будто проверяешь, на месте ли я вся.

— На месте?

Я осмотрела себя.

— Вроде да.

— Очень смешно.

В его раздражении чувствовалось облегчение, и теперь через связь скрыть это было невозможно.

Я поднялась на носки и коротко поцеловала его.

— Я в порядке.

— Пока.

— Вот именно поэтому мы найдём Аркейна раньше, чем он это изменит.

Северин позвал нас в верхний зал.

К тому моменту там уже лежала раскрытая Книга Пепельного Дома. Ренар успел вернуться из своих исследований и окружил её десятком листов с переводами.

— Кажется, я знаю, куда он направился.

— Сегодня это лучшая новость, — сказала я.

Ренар развернул старую карту.

В Нижнем мире было семь крупных домов, связанных с первоначальной печатью. Их крепости располагались далеко друг от друга, но линии, проведённые между ними, сходились в одной точке под столицей.

— Колодец Семи, — сказал Северин.

— Что это?

— Место, где заключили первый договор между домами. Задолго до появления нынешних Врат.

Эзраэль наклонился над картой.

— Аркейн может использовать Сердце там как замену представителю Морвейнов.

Ренар кивнул.

— А собственная кровь даст ему ключ своего дома.

— Это два из семи, — сказала я.

— Не совсем.

Ренар перевернул лист.

На нём были нарисованы семь кресел вокруг глубокого круглого провала.

— Судя по тексту, ритуалу не нужны сами главы домов. Достаточно крови каждого рода.

Лилит, стоявшая возле окна, тихо выругалась.

— У Аркейна годами был доступ к совету.

Я посмотрела на неё.

— Хочешь сказать, он мог собрать кровь остальных заранее?

— Волос, кровь, личные вещи. При должной подготовке — да.

Северин сразу подозвал стражника.

— Проверить всех глав домов. Немедленно.

Ответ пришёл быстрее, чем хотелось.

Двое находились во дворце и были живы.

Третий несколько дней назад уехал.

Четвёртый не отвечал на связь.

Глава пятого дома заболел утром и никого не принимал.

С каждым новым сообщением становилось очевиднее: Аркейн готовился значительно дольше, чем мы.

— А моя кровь? — спросила я.

Все посмотрели на меня.

— У него её нет.

Каэль нахмурился.

— Люди в лавке могли получить.

— Они меня не ранили.

— На аукционе?

Я вспомнила момент активации кольца.

Капля крови.

На чёрном металле.

И неприятный холод прошёл по спине.

— Кольцо.

Эзраэль покачал головой.

— После заключения договора твоя кровь стала частью артефакта. Аркейн не мог получить её, не имея самого кольца.

— Которое теперь во мне.

— Именно.

Хоть одна хорошая новость.

— Значит, седьмой ключ всё ещё я.

— Да, — сказал Северин. — И пока ты не войдёшь в Колодец, полный ритуал невозможен.

Каэль посмотрел на меня.

Я сразу поняла.

— Нет.

— Я ничего не сказал.

— Ты подумал, что если я останусь здесь, всё решено.

— Это действительно приходило мне в голову.

— Аркейн сможет разрушать границу, даже не открыв Врата окончательно.

Северин кивнул.

— К сожалению, да. И чем дольше работает Сердце, тем больше силы он получит.

— Значит, мы идём.

Каэль провёл рукой по лицу.

— Ты хотя бы знаешь, насколько мне не нравится, что это разумно?

— Догадываюсь.

Он посмотрел на меня и неожиданно улыбнулся.

— Раньше я думал, что самое сложное в браке — делить власть.

— Оказалось?

— Позволять жене участвовать в смертельно опасных планах, потому что она объективно необходима.

— Теперь уже не смертельно.

— Это совсем не помогает.

Колодец Семи находился далеко под городом.

Не под дворцом — ещё глубже.

Старинный подъёмник доставил нас на уровень, о существовании которого не знал даже Каэль. Дальше пришлось идти пешком по тоннелю, где стены были покрыты знаками всех семи домов.

Чем ближе мы подходили, тем сильнее ощущала Врата.

Они словно дышали где-то впереди.

На этот раз не кольцо вело меня.

Моё собственное тело знало путь.

— Ненавижу это ощущение, — пробормотала я.

Каэль шёл рядом.

— Какое?

— Будто внутри меня компас, который указывает на конец света.

— Удобно в путешествиях.

— Обязательно всё превращать в шутку?

— Нет. Только то, что пугает.

Я посмотрела на него.

Он заметил.

— Что?

— Ничего.

— Не начинай быть понимающей. Мне не нравится.

— Хорошо. Ты идиот.

— Спасибо.

Стало легче.

Впереди показался свет.

Мы замедлили шаг.

Северин поднял руку, останавливая остальных.

Колодец оказался огромным круглым залом.

В центре уходила вниз бездонная шахта, из которой поднимался белый туман. Вокруг стояли семь каменных кресел.

На шести уже кто-то сидел.

Сначала я решила, что люди мертвы.

Потом заметила движение.

Некоторые дышали.

Другие находились без сознания.

Мужчины и женщины разных возрастов, каждый привязанный к своему креслу серебряными цепями. От их запястий по полу шли тонкие красные дорожки к центру.

Кровь.

На седьмом кресле никого не было.

Над его спинкой была вырезана серебряная лиса.

Мой знак.

Каэль встал передо мной.

Аркейн появился на противоположной стороне Колодца.

В одной руке он держал Сердце Морвейнов.

В другой — белый осколок.

— Я уже начал думать, что вы не придёте.

— Ты специально оставил седьмое место, — сказал Каэль.

— Конечно.

Аркейн улыбнулся мне.

— Остальные дома можно заставить.

Его взгляд остановился на серебряной лисе.

— Но последний Хранитель должен сесть добровольно.

Я посмотрела на пустое кресло.

— И зачем мне это делать?

Аркейн улыбнулся шире.

— Потому что через несколько минут тебе придётся выбирать: сесть самой или смотреть, как я открою шесть Врат из семи и позволю двум мирам разорвать друг друга без всякого контроля.

Первый символ на краю Колодца вспыхнул.

Следом второй.

А потом третий.

Три символа горели одновременно.

Красный свет медленно стекал по камню к центру Колодца, и с каждым мгновением белый туман в глубине становился плотнее.

Я чувствовала, как пространство вокруг нас меняется.