— Я жду, — сказала я.

Каэль поднялся.

Ко мне не подошёл. Видимо, за короткое время совместной жизни всё-таки успел понять: если я слишком спокойно разговариваю, лучше убрать подальше хрупкие предметы.

— Элеонора сама отдала его мне.

Я крепче сжала металл.

— Когда?

— За три дня до смерти.

Некоторое время в комнате было слышно только дождь.

Он шёл с самого вечера, барабанил по крыше гостиницы и затягивал окна серебристыми потоками. В другое время этот шум действовал бы успокаивающе.

Сейчас хотелось разбить стекло.

— Ты был рядом с ней?

— Да.

— Разговаривал?

— Да.

— Знал, что она умирает?

На этот раз Каэль кивнул.

Я отвернулась и положила медальон на стол.

Больше всего меня раздражало даже не то, что он снова что-то скрыл. Я уже почти привыкла к тому, что у демона восемьсот лет биографии и семьсот девяносто девять из них он пока не собирается обсуждать.

Но бабушка была моей.

Моей семьёй.

И Каэль вдруг оказался частью той её жизни, о которой я ничего не знала.

— Почему ты ничего не сказал?

— Потому что сначала не понимал, кем ты ей приходишься.

Я резко обернулась.

— Ты появился в её доме.

— Я появился там, куда меня перенесло кольцо. Если бы ты активировала его посреди поля, я появился бы посреди поля.

— Ты знал моё имя.

— Кольцо сообщает владельцу связи некоторые сведения после активации. Имя, возраст, тип магии. Иногда физическое состояние.

— Очень удобно.

— Мне тоже так казалось, пока оно не сообщило, что моя жена весит меньше моего меча и почти не умеет пользоваться собственным даром.

Я прищурилась.

— Ты сейчас решил сменить тему?

— Попытался.

— Не получилось.

— Я заметил.

Я скрестила руки.

— Тогда объясни другое. Ты говорил, что ждал меня.

Вот теперь он замолчал дольше.

Мне совсем не понравилось его лицо.

— Каэль.

— Я ждал не тебя лично.

Это почему-то оказалось неприятнее, чем должно было.

Мы были знакомы меньше недели. Я не могла серьёзно рассчитывать, что высший демон восемьсот лет сидел внутри кольца исключительно в надежде однажды встретить Аделину Вейл.

И всё же где-то внутри неприятно кольнуло.

— Продолжай.

— Я ждал женщину твоего рода.

— То есть подошла бы любая Вейл?

— Для пробуждения кольца — возможно. Для договора — нет.

Он подошёл к столу и остановился напротив.

— Артефакт не заключает союз с любой женщиной нужной крови. Он должен принять обе стороны.

Я посмотрела на кольцо.

Красный камень в тусклом свете камина казался почти чёрным.

— Значит, оно выбрало меня?

— Нас.

Мне не понравилось, как прозвучало это короткое слово.

Слишком правильно.

Я решила вернуться к теме, которая была безопаснее.

— Расскажи о бабушке.

Каэль опёрся ладонями о спинку стула.

— Род Вейл очень давно связан с Нижним миром.

— Насколько давно?

— Несколько столетий.

— И что именно делали мои предки? Покупали демонов на распродажах?

— Это твоя личная инновация.

Я едва удержалась от улыбки.

— Серьёзно.

— Они были Хранителями.

— Чего?

— Врат.

Он произнёс это так, будто я должна была сразу всё понять.

Я ждала.

Каэль вздохнул.

— Между мирами существуют переходы. Большинство давно разрушены или запечатаны. Но некоторые ещё действуют. Через них нельзя просто пройти, как через дверь, но если снять защиту, можно провести армию.

— Демоническую?

— Любую.

Это уже звучало значительно хуже.

— И моя семья охраняла такой переход?

— Одну сторону печати. Вторую удерживал мой род.

Теперь я вспомнила портрет в бабушкином кабинете.

Она — молодая, почти такая же, какой была на старых семейных фотографиях.

И мужчина с золотыми глазами рядом.

— Твой брат.

— Да.

— Он был связан с бабушкой?

Каэль немного поморщился.

— Не так, как ты сейчас подумала.

— Я ничего не подумала.

— Ты очень выразительно ничего не думаешь.

— Каэль.

— Она была Хранителем. Он представлял наш дом. Их силы удерживали печать.

— А что случилось потом?

— Восемьсот лет назад я исчез. Мой брат ещё некоторое время поддерживал связь с вашим родом. Потом произошло несколько войн, границы между мирами закрылись окончательно, и связь оборвалась.

— Но бабушка продолжала охранять Врата.

— Да.

Я посмотрела на старый медальон.

— Поэтому она прожила больше двухсот лет?

— Отчасти. Магия Хранителя замедляет старение. Пока человек связан с печатью, его жизнь может длиться значительно дольше обычной человеческой.

— Значит, бабушка не была бессмертной.

— Нет.

— А ты?

— Почти.

— Очень содержательный ответ.

Он пожал плечами.

— Я не старею. Болезни мне почти не вредят. Большинство ран затягиваются. Но при большом желании меня можно убить.

Я задумалась.

— Полезная информация.

Каэль насторожился.

— Почему ты сказала это таким тоном?

— Просто собираю факты.

— Аделина.

— Что?

— Иногда рядом с тобой мне впервые за восемьсот лет становится тревожно.

— Прекрасно. Значит, брак развивается.

Уголок его рта дёрнулся.

Но я не позволила ему снова уйти от разговора.

— Что сказала бабушка, когда отдала медальон?

Его взгляд стал серьёзным.

— Она попросила сохранить его. И однажды передать Аделине Вейл.

Я не сразу вдохнула.

— Она назвала меня?

— Да.

— Значит, знала, что всё это может коснуться меня.

— Думаю, да.

— И что ещё сказала?

Каэль отвернулся к окну.

Так.

Вот здесь определённо было что-то ещё.

— Каэль.

— Она сказала: если кольцо выберет тебя, я не имею права принимать решения за тебя.

Я вспомнила записку из кабинета:

Никому не доверяй полностью. Особенно тому, кто был внутри.

Очень в бабушкином стиле.

— Всё?

— Почти.

Я ждала.

Каэль вздохнул.

— Ещё она сказала, что, если я посмею сделать что-то без твоего согласия, она найдёт способ вернуться из мира мёртвых и лично вырвет мне рога.

Я смотрела на него несколько секунд.

А потом не выдержала и рассмеялась.

По-настоящему.

Впервые за этот вечер.

— Вот теперь верю.

— Я тоже поверил.

— У тебя вообще есть рога?

— Иногда.

Я сразу перестала смеяться.

Каэль заметил.

— Что?

— Ничего.

— Ты покраснела.

— От огня.

— Конечно.

— Продолжим про бабушку.

— Как скажешь.

Я взяла медальон.

Внутри него что-то щёлкнуло.

Я нахмурилась.

— Раньше он так не делал.

— Открой.

— Не получается.

Каэль протянул руку.

— Дай.

— Бабушка сказала тебе ничего не решать за меня.

— Я хочу открыть медальон, а не заключить новый брачный договор.

Я всё-таки отдала.

Он провёл пальцем по краю.

Серебро вспыхнуло.

Крышка раскрылась.

Раньше внутри находился маленький портрет бабушки.

Теперь под ним обнаружился сложенный вчетверо клочок бумаги.

Я достала его.

Почерк был знакомым.

«Если ты читаешь это вместе с Морвейном, значит, он всё-таки научился делать хотя бы что-нибудь полезное.»

Каэль шумно выдохнул.

Я улыбнулась и продолжила.

Следующая строчка заставила улыбку исчезнуть.

«Аделина, не позволяй ему рассказать тебе только половину правды. Спроси, зачем Морвейнам всегда была нужна именно женщина из нашего рода.»

Я подняла глаза.

Каэль уже не улыбался.

— Ну?

Он медленно произнёс:

— Полагаю, спать сегодня мы не будем.

Утром Каэль выглядел человеком, который очень хотел бы вернуться в кольцо.

Мне это нравилось.