Не потому, что я наслаждалась чужими страданиями.

По крайней мере, не всегда.

Просто после нескольких дней, в течение которых только я постоянно обнаруживала неприятные сюрпризы, было приятно увидеть, как нервничает кто-то ещё.

— Ты обещал рассказать, зачем Морвейнам нужна женщина из моего рода.

Мы ехали в поместье лорда Харроу. За окном экипажа тянулись мокрые поля, дорога ещё не успела высохнуть после ночного ливня, поэтому двигались медленно.

Каэль сидел напротив.

— Обещал рассказать всё, что знаю.

— Тогда рассказывай.

— Не уверен, что правильно понимаю слова Элеоноры.

— Начало великолепное.

Он проигнорировал.

— Печать Врат всегда создавалась двумя кровными линиями. Мужчина или женщина из нашего дома и Хранитель из вашего. Со временем выяснилось, что самая стабильная связь возникает, если эти двое соединены не только магическим договором.

— Браком.

— Да.

Я посмотрела на кольцо.

— Поэтому оно брачное.

— Именно.

Вот так.

Без трагедии.

Без великого пророчества.

Всё оказалось довольно практично: древние маги обнаружили, что супружеская связь удерживает магическую дверь между мирами лучше обычного контракта.

Очень романтично.

— То есть предки фактически женились ради обслуживания Врат?

— Не все.

— Но некоторые?

— Да.

— Ужас.

Каэль приподнял бровь.

— Женщина, купившая мужа за три серебряные монеты, осуждает браки по расчёту?

Я отвернулась к окну.

Спорить было бессмысленно.

Лорд Харроу встретил нас лично.

Его поместье оказалось достаточно большим, чтобы я несколько раз мысленно оценила стоимость одной лишь мебели и окончательно возненавидела богатых людей.

Стоило назвать фамилию Вейл, как выражение лица хозяина изменилось.

— Элеонора?

— Моя бабушка.

Его взгляд сразу опустился на кольцо.

— Понятно.

— Мне — пока нет.

Он впервые улыбнулся.

— Тогда идёмте.

Нас провели в закрытую библиотеку.

Харроу подошёл к стене, нажал на едва заметный символ, и одна из книжных секций отъехала в сторону.

За ней находился сейф.

Из него он достал книгу.

Серую.

Тяжёлую.

Покрытую материалом, похожим на застывший пепел.

— Элеонора оставила её мне тридцать восемь лет назад.

Я уже перестала реагировать на подобные сроки.

— И что приказала сделать?

— Передать следующей женщине Вейл, которая придёт сюда с кольцом Морвейнов.

Каэль хмыкнул.

— Элеонора любила планировать.

— Элеонора любила не доверять никому, — поправил Харроу. — Особенно вам.

— Эта тема сегодня чрезвычайно популярна.

Книга не открылась ни у Харроу, ни у Каэля.

Зато стоило моему кольцу коснуться обложки, как по серой поверхности побежали золотые линии.

Книга раскрылась.

На первой странице были изображены две фигуры внутри переплетённых кругов.

Под рисунком шёл древний текст.

Я разобрала начало:

— «Пока двое разделены временем…»

Дальше символы становились слишком сложными.

Каэль склонился ближе.

— «…печать остаётся смертной. Пока двое становятся равны временем — союз неразрушим».

— Что значит «равны временем»?

Он помолчал.

— Я предполагаю.

— Уже прогресс. Вчера ты обычно просто молчал.

Дверь библиотеки открылась.

На пороге появился высокий темноволосый мужчина в строгом синем камзоле.

— Надеюсь, вы ещё не перевели всё без меня.

— Магистр Ренар Восс, — представил его Харроу. — Специалист по древним языкам.

— Лучший? — спросил Каэль.

Ренар посмотрел на него.

— В человеческом мире.

— Тогда допустимо.

Я вздохнула.

— Не обращайте внимания. У него тяжёлое детство длиной восемьсот лет.

Ренар рассмеялся.

Каэль — нет.

Мне сразу стало немного веселее.

Следующие два часа прошли значительно продуктивнее.

Мы нашли описание первых Хранителей, схему печати и несколько упоминаний того самого «равенства времени».

Ренар водил пальцем по строкам, время от времени сверяясь со словарём.

— Здесь говорится об изменении природы смертного супруга.

Я подняла голову.

— В каком смысле?

— В довольно буквальном. После определённого обряда человеческая сторона перестаёт стареть.

Я перевела взгляд на Каэля.

Он очень заинтересованно рассматривал книжную полку.

— Ты знал?

— Предполагал.

— Насколько уверенно?

— Процентов на девяносто.

— Это называется «знал».

Ренар прятал улыбку.

— Что ещё происходит после обряда?

— Сила возрастает, тело становится устойчивее к болезням, повреждения восстанавливаются быстрее. Полное бессмертие… — он задумался. — Вероятно, нет. Но продолжительность жизни становится сопоставимой с высшим демоном.

— И внешне я тоже не буду стареть?

— Судя по тексту — нет.

Я немного подумала.

— Отлично.

Каэль наконец посмотрел на меня.

— Отлично?

— А что?

— Ничего.

— Ты ожидал, что я испугаюсь?

— Большинство людей испытывают некоторые чувства, когда узнают о возможности жить тысячи лет.

— Я испытываю. Мне нравится.

Ренар засмеялся.

Даже Харроу улыбнулся.

Я пожала плечами.

— Не понимаю проблемы. Не стареть, не болеть, сохранить магию. Где плохая часть?

— Вечность долгая, — заметил Каэль.

— Если надоест, буду раздражать тебя.

— Вот этого я и боялся.

Тема была исчерпана.

По крайней мере для меня.

Куда больше меня заинтересовало другое.

— Когда проводится этот обряд?

Ренар перевернул страницу.

— После окончательного закрепления брачной связи.

Я почувствовала, как Каэль рядом слегка изменил позу.

Вот теперь стало интересно.

— А это…

— Мы обсудим позже, — быстро сказал он.

Я улыбнулась.

— Обязательно.

Харроу предложил остаться на вечерний приём.

Отказываться я не стала. Среди гостей ожидались коллекционеры, а мне всё ещё нужно было спасать лавку.

Перед вечером мне прислали платье цвета тёмного вина.

Оно было значительно дороже всего моего гардероба и сидело так хорошо, что я решила временно простить ему слишком открытые плечи.

Каэль ждал у лестницы.

Когда увидел меня, не сказал ничего.

Я спустилась ещё на две ступени.

— Что?

Он продолжал смотреть.

— Неужели у тебя закончились слова?

— Нет. Выбираю приличные.

— И?

— Ты красивая.

Всего два слова.

Без ухмылки.

И почему-то именно они смутили сильнее всех его предыдущих непристойностей.

Я поправила юбку.

— Ты тоже ничего.

— Ничего?

— Не привыкай к комплиментам.

Он усмехнулся и предложил руку.

Я приняла.

В самом низу лестницы кольцо вдруг стало горячим.

Я остановилась.

— Что?

— Камень.

Красный минерал светился.

Не ярко.

Но сильнее обычного.

Каэль нахмурился.

Мы вернулись в библиотеку.

Книга Пепельного Дома лежала на столе там, где мы её оставили.

Теперь она была открыта.

Хотя дверь запирали.

Я подошла ближе.

Утром этой страницы мы не видели.

На ней находился рисунок кольца.

Под ним — всего несколько строк.

Каэль прочитал первую и резко замолчал.

— Что там?

— Ничего.

Я посмотрела на него.

— Мы ведь буквально вчера договорились больше так не делать.

Он выдохнул.

И перевёл:

— «Когда камень оживает до назначенного срока, союз требует завершения раньше положенного времени».

Я посмотрела на собственную руку.

— Насколько раньше?

Страница сама перевернулась.

На следующей была нарисована луна.

И три маленьких чёрных круга.

Мы не успели разобраться с книгой до начала приёма.