— Арианна говорила то же самое.

— В этом она была права.

— Открытие Врат приведёт к войне.

— Временно.

Я не удержалась.

— Очень успокаивает тех, кто умрёт временно.

Его взгляд скользнул ко мне.

— Ты смотришь слишком узко.

— Обычно так говорят люди, которые собираются принести миллионы в жертву великой цели.

— Ты действительно похожа на Элеонору.

— Надеюсь, это означает, что я тоже буду мешать вам до самой смерти. Хотя с учётом планов на бессмертие, возможно, значительно дольше.

Каэль тихо рассмеялся.

Эзраэль впервые посмотрел на меня без покровительственного интереса.

Серьёзно.

— Обряд Равных тебе проводить нельзя.

— Уже знаю.

Вот теперь удивился он.

— Элеонора?

— Бабушка любила оставлять инструкции в неожиданных местах.

— Тогда она сказала и почему.

— Потому что Арианна связана с моей кровью.

Эзраэль кивнул.

— Если станешь бессмертной раньше, чем разорвёшь эту связь, бессмертие получит и она.

— Вот именно.

— Значит, ты понимаешь, почему она должна вернуться.

Я нахмурилась.

— Нет. Как раз наоборот.

Он подошёл на один шаг ближе.

Каэль поднял меч.

Эзраэль остановился.

— Арианну нельзя уничтожить так, как считала Элеонора.

Северин резко посмотрел на него.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я уже пытался.

Это изменило всё.

Даже Каэль чуть опустил клинок.

— Когда?

— Сто семьдесят три года назад.

Я вспомнила даты.

Бабушка тогда уже была Хранителем.

— Вместе с Элеонорой?

Эзраэль улыбнулся.

Печально.

Совсем не так, как раньше.

— Именно поэтому она начала мне доверять.

— А потом перестала?

— Разумеется. Она была умной женщиной.

— Что произошло?

Эзраэль посмотрел на Сердце, словно собирался говорить не нам, а отражению прошлого в кристалле.

— Мы заманили Арианну достаточно далеко за границу Врат. Элеонора закрыла печать. На несколько секунд нам показалось, что всё получилось. Но Арианна не исчезла. Она разделилась.

— Что значит разделилась?

— Часть осталась между мирами. Часть вернулась в кровь Вейлов.

Я почувствовала неприятный холод.

— В мою бабушку?

— В вашу линию.

Каэль сразу повернулся ко мне.

— Поэтому она смогла добраться до Аделины через сон.

— Да.

Я медленно переваривала услышанное.

— Значит, бабушкин план снова закрыть её через Врата…

— Уничтожит ту часть, что находится между мирами. Но если кровный отпечаток останется в тебе, она со временем восстановится.

— Через сколько?

— Может быть, через сто лет. Может быть, через пятьсот.

— Отлично. Просто великолепно.

Я прошлась по комнате.

— Значит, нам нужно вытащить её из моей крови до того, как закрывать Врата.

— Именно.

— Как?

Эзраэль посмотрел на меня.

— Вот для этого мне и нужен Каэль.

Я остановилась.

— Нет.

Он ещё даже не объяснил.

Но Каэль сказал это мгновенно.

— Даже не слушал, — заметил Северин.

— Мне уже не нравится.

— Взаимно, — ответил Эзраэль.

Я скрестила руки.

— Всё равно рассказывайте.

Каэль посмотрел на меня.

— Мы не обязаны выслушивать человека, который запечатал меня на восемьсот лет.

— Обязаны, если у него есть информация, как вытащить Арианну из моей крови.

Ненавижу, когда разумные аргументы приходится использовать против собственного мужа. Особенно когда пять минут назад он делал то же самое.

Эзраэль подошёл к Сердцу.

— Когда Арианна запечатывала Каэля, она использовала его силу как якорь. Она не могла знать, что спустя века именно это станет её слабостью.

— Какая?

— Её след распознаёт магию Каэля как безопасную. Поэтому он способен войти в твою кровную связь достаточно глубоко, чтобы вытащить её наружу.

Каэль нахмурился.

— И что произойдёт со мной?

— Если всё сделать правильно — ничего.

— А если неправильно?

— Ты можешь остаться внутри неё.

Я моргнула.

— В каком смысле внутри меня?

— Сознанием. Магическая сущность Каэля отделится от тела и пройдёт по вашей связи.

— Нет, — сказала я теперь уже сама.

Эзраэль слегка улыбнулся.

— Вы идеально подходите друг другу.

— Найдите другой способ.

— Искали почти двести лет.

— Значит, ищите ещё.

— У вас нет ещё двухсот лет. Врата уже просыпаются.

Каэль медленно повернул меч и опустил острие.

— Допустим, я согласен.

— Нет.

Он посмотрел на меня.

— Мы же договаривались ничего друг за друга не решать.

— Вот и не решай за меня, что я позволю тебе превратиться в призрака и застрять у меня в голове.

— Звучит не хуже кольца.

— Каэль.

— Я шучу.

— Очень неудачно.

Эзраэль наблюдал за нами с раздражающим спокойствием.

— Решать придётся скоро. Арианна уже знает, что вы поняли её слабость.

— Откуда?

Он посмотрел на меня.

— Потому что она сейчас слушает.

Я замерла.

Каэль мгновенно оказался рядом.

— Где?

Эзраэль указал на мою руку.

На золотом узоре возле кольца появилась тонкая белая линия.

Я даже не заметила.

Она двигалась.

Медленно поднималась к запястью.

— Что это?

Эзраэль впервые потерял спокойствие.

— Она пытается выйти сама.

Белая линия вспыхнула.

Боль ударила так внезапно, что ноги подкосились.

Каэль поймал меня.

Внутри головы раздался женский смех.

А потом мой собственный рот произнёс чужим голосом:

— Он опять врёт тебе, Аделина.

Я слышала её.

Не так, как раньше во сне.

Теперь голос Арианны находился буквально внутри меня.

Он поднимался вместе с болью от запястья к плечу, скользил под кожей, касался мыслей, но не мог полностью захватить тело. Возможно, завершённый союз с Каэлем мешал. Возможно, она пока была слишком слабой.

Меня устраивала любая причина.

Главное — рот снова принадлежал мне.

— Выйди, — прошептала я.

В ответ внутри головы раздался смешок.

Как грубо.

Каэль держал меня за плечи.

— Она здесь?

— Да.

— Я чувствую чужую магию.

Он коснулся моего запястья.

Белая линия дёрнулась.

Я втянула воздух.

— Не трогай.

Каэль мгновенно убрал руку.

Эзраэль уже подошёл к Сердцу.

— Она поняла, что мы обсуждаем извлечение.

— И решила ускориться, — сказал Северин.

— Можно её остановить?

— Временно.

— Делайте.

Эзраэль посмотрел на меня.

— Мне понадобится твоя кровь.

Каэль снова напрягся.

Я устало подняла ладонь.

— Если каждый раз, когда кто-нибудь произносит слово «кровь», ты будешь пытаться его убить, мы далеко не продвинемся.

— Я ещё никого не убил.

— Именно это меня и беспокоит. Ты копишь.

Северин кашлянул, скрывая улыбку.

Эзраэль взял маленький серебряный нож.

Я сама протянула палец.

Одна капля упала на Сердце.

Кристалл вспыхнул синим.

Белая линия на запястье остановилась.

Арианна внутри меня тихо зашипела.

Предатель.

— Она назвала вас предателем, — сообщила я.

Эзраэль даже не удивился.

— Для неё все предатели, кто перестал соглашаться.

— Когда вы перестали?

Он убрал нож.

— Когда понял, что Арианна не собирается объединять миры. Она собиралась править обоими.

Вот это звучало значительно правдоподобнее.

— И зачем тогда вы продолжили Пепельный Дом?

— Потому что сама идея была старше её амбиций. Магия обоих миров умирает медленно, но верно. Полное разделение нарушило естественный обмен.

Ренар говорил что-то похожее о человеческой магии.

Моя собственная почти исчезла до появления Каэля.

Я нахмурилась.

— То есть в одном вы с ней всё ещё согласны.