Лилит уже успела рассыпать по краю какие-то кристаллы.

— Полчаса, — сказала она. — Возможно, меньше. Когда ваши руны начнут светиться одинаково, можно заканчивать.

— Мои руны? — переспросила я.

— Скоро появятся.

— Какие ещё…

Но Лилит уже ушла.

Конечно.

Я осталась рядом с Каэлем.

В комнате стало очень тихо.

— Ну, — сказала я.

— Ну.

— Нужно раздеваться?

Он посмотрел на меня.

Очень медленно.

— Частично.

— Насколько частично?

— Чем меньше ткани между кожей и водой, тем эффективнее.

— Это звучит как фраза мужчины, который восемьсот лет готовился именно к этому разговору.

— Поверь, если бы я придумывал ритуал сам, вода была бы гораздо меньше.

Я засмеялась и сняла туфли.

После произошедшего за последние дни стесняться демона в ритуальной купели казалось почти нелепым.

Почти.

Платье всё равно оставила.

Только сняла верхнюю тяжёлую юбку и осталась в тонкой нижней сорочке.

Каэль отвернулся.

Я заметила.

— Какая неожиданная деликатность.

— Я стараюсь.

— Можешь поворачиваться.

Он уже был без рубашки.

И вот тут моя уверенность немного пострадала.

Тёмные знаки покрывали его плечи, грудь, бок и уходили ниже. Часть я уже видела, но при синем свете купели они выглядели иначе — словно шевелились под кожей.

— Ты снова смотришь, — заметил он.

— Изучаю магическую систему.

— У меня очень образовательное тело.

— Самооценку точно нужно лечить.

Мы вошли в воду.

Она оказалась неожиданно горячей.

Я вздохнула, опустившись по плечи.

Каэль устроился напротив.

Первые несколько минут ничего не происходило.

— И что дальше?

— Руки.

— Что руки?

Он протянул ладони.

— Дай мне.

Я вложила пальцы в его.

Вода вокруг нас мгновенно вспыхнула золотом.

Жар прошёл по рукам, поднялся к плечам и разлился по груди.

Я глубоко вдохнула.

— Нормально?

— Да.

Каэль выглядел значительно напряжённее меня.

— А тебе?

— Прекрасно.

— Врёшь.

— Почему?

— У тебя светятся глаза.

— Это иногда бывает.

— Когда?

Он чуть улыбнулся.

— Когда очень стараюсь быть джентльменом.

Я сразу поняла.

Тонкая мокрая ткань сорочки теперь почти не скрывала тело.

— Можешь закрыть глаза.

— Тогда я не увижу, если тебе станет плохо.

— Как удобно.

Он действительно не отвёл взгляд.

Но и не позволил ему опуститься ниже моего лица.

Вот это почему-то подействовало сильнее, чем если бы откровенно рассматривал.

Магия продолжала двигаться между нами.

С каждым вдохом становилось теплее.

Ближе.

Я чувствовала даже его пульс.

— Каэль.

— Да?

— Это часть ритуала или кольцо снова что-то делает?

— Что именно?

— Я очень хорошо тебя чувствую.

Он несколько секунд молчал.

— Ритуал.

— И ты меня?

— Да.

— Всё?

— Аделина.

— Что?

— Не задавай вопросы, ответы на которые тебя смутят.

Я улыбнулась.

— Значит, не всё.

Его пальцы крепче сжали мои.

Вода вспыхнула ярче.

И в тот же момент меня накрыло чужим ощущением.

Не моим.

Желанием.

Так ярко и внезапно, что перехватило дыхание.

Я посмотрела на Каэля.

Он закрыл глаза.

— Это твоё?

— Я предупреждал.

Щёки обдало жаром сильнее воды.

— А ты чувствуешь моё?

Золотые глаза открылись.

— Да.

Проклятье.

Вот теперь молчать стало значительно труднее.

Мы сидели напротив друг друга, соединённые руками и магией, и оба прекрасно знали то, что до сих пор можно было скрывать за язвительностью.

Я хотела его.

Он хотел меня.

Очень простая информация.

Очень неудобная.

— Сколько ещё? — спросила я.

— Судя по рунам, несколько минут.

— Какие руны?

Каэль посмотрел на моё плечо.

Я проследила.

По коже возле ключицы проступил тонкий золотой знак.

— Красиво.

— Это знак связи.

— Останется?

— Возможно.

— Мне подходит?

Он улыбнулся.

— Очень.

Вода стала спокойнее.

Давление кольца исчезало.

Я уже собиралась отпустить его руки, когда Каэль вдруг нахмурился.

— Что?

Он посмотрел куда-то мне за спину.

Я обернулась.

На противоположной стене, до этого совершенно гладкой, проступали линии.

Одна за другой.

Сначала круг.

Потом лиса.

Потом человеческая фигура.

— Это тоже ритуал?

— Нет.

Каэль поднялся.

Вода стекала по его телу, знаки горели золотом.

Я заставила себя смотреть на стену.

Получилось не сразу.

— Тогда что это?

Изображение окончательно проявилось.

Женщина.

Я узнала её.

Бабушка.

Элеонора смотрела прямо на нас.

А рядом с ней был мужчина.

Старший брат Каэля.

Под рисунком проступила надпись.

Каэль прочитал первым.

И замер.

— Что там?

Он молчал.

Я подошла ближе.

Теперь смогла разобрать сама.

«Первый союз был заключён здесь.»

Ниже появилась вторая строка.

«И здесь же был предан.»

А за нашей спиной с тихим щелчком заперлась дверь.

Когда дверь ритуальной комнаты закрылась, Каэль даже не обернулся.

Он продолжал смотреть на рисунок Северина и моей бабушки, появившийся на стене.

Я, напротив, первым делом проверила дверь.

Разумеется, не открывается.

— Замечательно.

— Не трогай её.

— Уже потрогала.

— Аделина.

— Поздно.

Я дёрнула ручку ещё раз.

Ничего.

— Нас заперло?

— Похоже.

— Твоя семейная магия невероятно гостеприимна.

Каэль вышел из купели и взял оставленное на камне полотенце.

Я тоже выбралась, стараясь не думать о том, что мокрая сорочка теперь прилипла буквально ко всему.

Это плохо получалось.

Особенно потому, что Каэль вдруг остановился.

Я посмотрела на него.

Он — на меня.

— Даже не начинай.

— Я молчу.

— Очень выразительно.

— Хочешь мою рубашку?

Вот этого не ожидала.

— А ты?

— Я переживу.

Он протянул чёрную рубашку.

Я надела её поверх мокрой сорочки. На мне она доходила почти до середины бёдер и пахла им — дымом, пряностью и чем-то ещё, что я уже начинала узнавать безошибочно.

Каэль смотрел слишком долго.

— Что?

— Теперь я жалею, что предложил.

— Поздно.

— Именно это меня и расстраивает.

Я закатала рукава и подошла к стене.

Рисунок не исчез.

Северин стоял рядом с бабушкой, положив ладонь ей на плечо. Они выглядели не врагами. Скорее людьми, которые слишком хорошо друг друга знают.

— Ты говорил, они были только Хранителями.

— Так мне рассказывали.

— Кто?

— Северин.

Я повернула голову.

— Ты доверял брату?

Вопрос явно оказался сложнее, чем ожидала.

— Когда-то.

— До того как оказался в кольце?

— Да.

Вот.

Ещё один кусок истории, который мы до сих пор обходили.

— Как ты вообще туда попал?

Каэль прошёлся вдоль стены, изучая рисунок.

— Это сейчас действительно важно?

— Учитывая, что мы заперты в комнате с изображением твоего брата и моей бабушки, а кто-то использует его кровь, чтобы вмешиваться в наш договор, — очень.

Он провёл ладонью по лицу.

— Меня запечатали.

— Кто?

— Я не знаю точно.

— Восемьсот лет не хватило подумать?

— В кольце сложно вести расследование.

— Справедливо.

Он немного помолчал.

— Последнее, что помню до пробуждения внутри артефакта, — Врата. Северин был там. Ещё несколько высших демонов. Началась атака, и кто-то использовал печать Морвейнов против меня.