— Не говорите, что это магический артефакт.

— Хуже, — ответила я. — Семейная реликвия.

— Он хотя бы ничего не вызывает?

Каэль задумался.

Я ткнула его в бок.

— Ничего.

— Наверное, — добавил он.

— Каэль!

Он рассмеялся.

Домой мы вернулись поздно.

Элея уже спала.

По крайней мере должна была.

Когда я заглянула в её комнату, под одеялом подозрительно светилась книга.

— Спишь?

Свет мгновенно погас.

— Да.

— Очень убедительно.

— Спасибо.

Я забрала книгу.

«Сто способов открыть портал без разрешения родителей».

Закрыла глаза.

— Где ты это взяла?

Тишина.

— Элея.

— Дядя Дариан подарил.

Разумеется.

Завтра у нас будет серьёзный семейный разговор.

Очень серьёзный.

Я убрала книгу на верхнюю полку.

Это было бессмысленно: дочь умела левитировать вещи с шести лет.

Но родительский авторитет требовал хотя бы попытаться.

— Спать.

— Мам?

— Что?

— А правда, что ты купила папу?

Я посмотрела на неё.

— Кто рассказал?

— Все.

Конечно.

— Правда.

— За три серебряные?

— Да.

Она задумалась.

— Дорого.

Я едва не рассмеялась.

— Очень.

— А потом он заставил тебя выйти за него?

— Нет.

— Но в названии той книги у тёти Лилит написано…

Я замерла.

— Какой книги?

Элея мгновенно поняла, что сказала лишнее.

— Никакой.

— Элея.

Она натянула одеяло до носа.

— Спокойной ночи, мама.

Я вышла из комнаты.

Очень медленно.

Каэль ждал в коридоре.

По выражению лица было понятно: всё слышал.

— Лилит написала книгу?

— Похоже.

— Как называется?

Он уже смеялся.

Я ткнула его пальцем в грудь.

— Даже не вздумай.

— Я ничего не сказал.

— У тебя лицо.

— Наследственное.

Я прошла в спальню.

Каэль закрыл дверь.

— Аделина.

— Что?

— Я кое-что забыл на аукционе.

Я обернулась.

Он достал три серебряные монеты.

Положил мне на ладонь.

Я смотрела на них.

— Что это?

— Возврат первоначальных инвестиций.

Я рассмеялась.

— Через тридцать лет?

— Проценты могу добавить.

— Не надо.

— Значит, сделка закрыта.

Я сжала монеты.

Потом положила их на тумбочку.

— Нет.

Каэль поднял бровь.

— Почему?

Я подошла ближе.

Обняла его за шею.

— Возврату не подлежишь.

Он улыбнулся.

— Даже если потребую супружеский долг?

— Особенно тогда.

— Это согласие?

— Это приглашение не испортить момент вопросами.

Он тихо рассмеялся и поцеловал меня.

За окном спал город.

Где-то далеко работали новые Врата, которыми больше не владела ни одна семья.

Совет менялся каждые десять лет.

Кайрос действительно однажды ушёл в отпуск — правда, всего на семь лет, потому что, по его словам, «без него все слишком быстро начали проявлять инициативу».

Северин наконец перестал быть регентом и неожиданно обнаружил, что прекрасно умеет жить без трона.

Лилит всё ещё вмешивалась во всё.

Дариан всё ещё спорил с Мелиссой.

Моя лавка приносила деньги.

Налоги я платила вовремя.

Почти всегда.

И мне по-прежнему было двадцать семь.

Впереди оставались сотни лет.

Может быть, тысячи.

Когда-то эта мысль должна была бы пугать.

Но я смотрела на мужчину, которого совершенно случайно купила за три серебряные монеты, и понимала одну простую вещь.

Вечность сама по себе ничего не стоила.

Важно было только то, с кем ты собираешься её прожить.

Каэль отстранился.

— О чём думаешь?

— Что всё-таки удачно сходила на аукцион.

— Наконец признала.

— Не зазнавайся. За три серебряные можно было найти вариант и получше.

Он подхватил меня на руки.

— Сейчас докажу обратное.

Я рассмеялась и обняла его крепче.

А на первом этаже, под старой вывеской «Редкости Вейл», висела маленькая табличка:

Демонов не продаём.

Я добавила её сама.

Потому что одного мне оказалось более чем достаточно.