– Донья! Вы что это удумали? – возмущенно спросила сиделка.

Я только ехидно улыбнулась. Ирма мне записанный кристалл оставила с лекциями. Стоит такой целое состояние, наверняка Дженни помогла, выдала из сокровищницы.

Слушать я могу? Могу! И буду.

Дон Меер добрался до меня только через три дня, когда целитель разрешил. Я решила бессильно моргать и изображать умирающую. И вообще, я слабая девушка, существо хрупкое и нежное. Я поразмышляла на досуге, и поняла, что мы с Ирмой совершили главную женскую ошибку – показали свою силу и умение обходиться без мужчины.

Как я не презирала свою мамочку, притворяться слабой и требовать внимания было ее коронным трюком. Где внимание, там и забота, и деньги, и снисхождение к слабостям. Мужчины любят бессильных и беззащитных, глупеньких и наивных, постоянно твердила она. А мы такие самостоятельные и умелые… конечно, Эммету и делать ничего не оставалось. Надо было его к уборке привлечь и хвалить. Конечно, мы и без него отлично справились, он бы скорее, нам мешал, но мы не дали ему проявить себя! Прищемили его мужское достоинство и прокатились на самоуважении. А мужчина должен считать себя спасителем, кормильцем и защитником. Он же не котик, чтоб за мурчание любить.

Вот, на доне Меере потренируюсь. Во-первых, я ничего не помню, во-вторых, не знаю. В-третьих, я так слаба и неопытна, только-только на второй курс пошла, что я знать могу? Основы и теории немного. У меня четыре искры, какой-такой «штопор»? Не знаю такого и не подозреваю, как его вкручивать в чужие плетения. Тригонометрические заклинания на третьем курсе проходят. И уж тем более, я не могла с аспирантом последнего года обучения, почти магистром, справиться. Стихийный выплеск от страха. Случайность! Все, маг условный, выброс безусловный, студент невиновный. Простить и отпустить.

Минут двадцать я изображала рыбку: шлепала губами и пучила глазки. А потом дон Меер рассвирепел и прошипел, что хорошего отношения я не ценю и видимо, в допросную хочу. Или штатного менталиста пригласить?

Я обиженно на него посмотрела. Так плохо притворялась? Думала, у меня хорошо выходит. Страшный человек, больных девушек не жалеет!

Дон Меер закатил глаза. Затем раскрыл блокнот.

– Донья Солейн Фада, поступившая с дефицитом резерва в академию, не получившая ни одной тройки в экзаменационных ведомостях, головная боль боевого факультета, помощница архимага Ямбира, вы из меня долго дурака делать будете? Вы что, считаете, что магистр Абеши отозвался о вас, как о пустой и глупой кукле? Считаете, что ее величество Эухения ценит вас за красивые глаза и умение одеваться? Да у вас, второкурсницы, уже! Уже несколько предложений о работе в деканате лежит! Придворный артефактор ректору заявку оставил, требует вас себе на практику!

Я широко открыла глаза. Экселенц Веласко ничего не говорил. Мун Цунхве и тут отметился?

– Только кто бы ему вас отдал, – самодовольно ухмыльнулся дон Меер. – Так что прекращайте, что вы тут изображаете, и отвечайте по существу. За Мар Абеши замуж пойдете?

Я ощутила, как заполыхали уши и прикрылась одеялом, злобно сверкнув глазами. Как можно так прямолинейно?

– Потому что, если не пойдете, магистра Мар Абеши за принуждение к вступлению в интимную связь ждет каторга! На этом настаивают уважаемые люди, достойные доверия.

– Что? Кто у вас достоин доверия? – взвилась я. – Донна Эльгива, лгунья и укрывательница? Нуаре, от которого у меня вся рука в синяках? Мать моя, готовая продать кому угодно, лишь бы повыгоднее? Аспирант этот, помогавший Нуаре? Они все обманщики и клеветники!

– Угу, – хладнокровно отозвался дон Меер. – Итак, смотрим. Магистр вас вывел из зала, затем насильно перенес в другое крыло дворца, используя теневой путь, доступный только черным магам, подвергнув вас очевидной опасности. Затем едва не изнасиловал. Вы знаете его репутацию? Думаете, за ним не приглядывали? Ошибаетесь. Теневой путь сам король ощутил, а пятеро слуг видели, как вы стремглав бежали от магистра из Камышовой галереи. Там нашли ваш веер и галстук магистра.

– Я знаю о его репутации, – мрачно отозвалась я. Сейчас от моей репутации камня на камне не останется. – Только все было не так. Я сама его попросила меня вывести из зала, мне стало дурно от шума и пестроты, я же непривычная! Целовалась совершенно добровольно! И почти раздела своими руками.

– А убегали тогда зачем?

– Дура потому что. Подразнить хотела, – буркнула, опуская глаза. – Разжечь, этот, как его… пыл! Вот! Уровень чтоб поднять.

– Будь вы баронессой Дагли, я бы вам поверил. Но поверить в то, что наивная девственница соблазняла взрослого состоявшегося мага, магистра намного сильнее себя, никак не получается. Наоборот – логичнее выходит. К тому же у магистра в кармане вошь на аркане, а вы богатая наследница. Мотив налицо.

– Я могу дать магическую клятву.

Дон Меер посмотрел на меня задумчиво. Поднял бровь.

– Дворец гудит, сейчас вас жалеют, как невинную жертву коварного обольстителя. Вас захлестнет и утопит шквал сплетен, если узнают вашу версию. Вы понимаете, как это скажется на вашей репутации?

– Главное, что не скажется на моем наследстве. Плевать, магам все можно, и добрачную половую жизнь тоже. Я готова выйти за магистра замуж. А можно... с ним поговорить?

Ирма и Дженни – это прекрасно, но Эммета я тоже ждала. Очень. А они его снова в тюрьме держат? Судя по замкнутой физиономии дона Меера, да.

– Я вас ненавижу! – выпалила я. – Магистр очень добрый, чуткий, он замечательный! А вы! Вы!

– А я выполняю свою работу, донья Фада Данкала-Далосса. Советую вам это запомнить, – процедил дон Меер.

[1]Коллоиды(от греч. «колла» — клей) — это высокодисперсные системы, в которых мельчайшие частицы вещества (размером от 1 до 100 нм) распределены в другой среде. Такие системы гетерогенны, то есть неоднородны, и обладают развитой поверхностью раздела фаз.

– Как-то это не слишком красиво, – вздохнула Дженни.

– Надо, – твердо сказал дон Меер.

– В самом деле, мы же не заставляем! – вмешался Даэнир. – Пусть Солейн э-э… наслаждается свободой. Учится. Заводит романы.

Дженни фыркнула. Какие романы при таких деньжищах? Да голову ей свернут, как куренку. Ее из дворца выпускать нельзя без брачного браслета. Да и с браслетом жаждущих присосаться навалом будет. Так что брак, беременность, и как можно скорее.

– Интриганы, – недовольно проворчала Дженни.

Все она понимала. Маги нужны, и одаренные дети их нужны, и такое огромное состояние государство обязано проконтролировать. Еще не хватало, чтоб заговорщики снова расплодились или беспорядки проплачивались. А Эммет талантливейший маг эпохи, его обласкать надо, обеспечить комфорт, и пусть творит и вытворяет. Не так много ему и надо, на самом-то деле!

Тихое место, лабораторию, реактивы и оборудование. Интересные задачи. Он в тысячу раз все это отработает. И Салли он нравится. А все равно как-то непорядочно. Они все за других решают. Не могут они ждать, пока эти двое разберутся.

Ясность нужна сейчас, а не через полгода. Как только потом Салли в глаза смотреть?

Разумеется, никто Эммета не арестовывал, слепки с места происшествия показывали ясно, кто где был и что делал. Заклинания тоже срисовали. Дворцовые маги с большим интересом начали поглядывать в сторону больничного крыла. Ждут не дождутся Салли на опыты.

В крепость отправились оба Нуаре, донна Эльгива и недомагистр Холли. Последнему магистром уже не быть. Донна Эльгива напросилась на строгий монастырь. Ее сноха лежала в храмовом госпитале, спасти пытаются. Семейка Салли находилась под домашним арестом. Этих, по крайней мере, понять можно: Нуаре обещали деньгами поделиться. Донна Фада намеревалась мужа в скором времени бросить, не нищей же из дома уходить?

Молодого Нуаре придется отпустить. Он утверждает, что безумно влюблен, а за это не судят. Не в Кэллавейне, во всяком случае. Не он волок Салли в часовню. А сколько там от ума, а сколько от жажды денег, штатные менталисты разберутся. Но особо предъявить ему нечего. Вывернется, гаденыш.