Затем открыл его, достал сложенную преподавательскую мантию и запустил ее в ассистентскую.

Пора! Я присела на корточки и опустила Линду на пол. Та радостно зажужжала и побежала к хозяину со всех лап.

– Линда! Линдочка!

Злобный черный маг, ужас всех природников, проклятие Совета магов, упал на колени и прижал к себе голубую пушистую подушку с лапками. Линда громко замурлыкала, вцепившись коготками в куртку магистра.

Куртка, кстати, висит, как на пугале огородном. О скулы порезаться можно. Вряд ли магистра закармливали в тюрьме, держали, скорее всего, в антимагических наручниках. Я вытерла непрошенную слезинку.

– Кх-м, – на пороге ассистентской воздвигся декан природного факультета. – Я, конечно, рад, что вы оправданы, но Совет магов прислал распоряжение вас уволить, и я ничего тут не могу сделать! И ректор не сможет! Скажите спасибо, что вам оставили звание магистра! А могли бы его лишить и запечатать дар!

– Спасибо, – отозвался Мар Абеши, потираясь щекой о пушистую спинку Линды с закрытыми глазами.

– И не я давал распоряжение вас выселить! Это комендант общежития распорядился! Вы меня не слушаете, Эммет?

– Нет.

Мар Абеши встал, бережно держа паучиху. Пнул еще раз саквояж и пошел по коридору.

– Но как же… куда вы пойдете? – забормотал сбитый с толку завкафедрой. – Подождите! Эммет, может, нам еще и получится вместе поработать! Поверьте, я с большим уважением отношусь к вашему таланту…

– Не относитесь, – отрезал Мар Абеши. – Вам совершенно наплевать на меня и на мой талант. Вы просто боитесь, что я, как черный маг, могу вам отплатить порчей или проклятием.

– Это подсудное дело! – взвизгнул декан, отступая в кабинет.

– Только это меня и останавливает. Мне не понравилось в тюрьме, – вздохнул магистр.

Лаборант отлепился от стены и протянул магистру еще один саквояж.

– Ваши личные вещи, магистр. Я сам забрал их из вашей комнаты. Книги, бумаги, лабораторные журналы.

– Спасибо, Берт. И спасибо, что не стал поливать меня грязью. Я читал протоколы допроса. Удачи!

Магистр подхватил саквояж и начал спускаться. Я сделала вид, что поднимаюсь по лестнице, а вовсе не подсматривала и подслушивала. На меня магистр не обратил никакого внимания, а Линда вдруг жалобно застрекотала.

– Не грусти, еще увидимся, – я машинально протянула руку и погладила ее по спинке. Поняла, что делаю, увидев полный изумления взгляд магистра. А глаза у него очень красивые! Темно-серые, как грозовое небо.

Я ойкнула, покраснела и побежала наверх.

Дура!

***

Экзамены нагрянули совершенно неожиданно. Вроде времени оставалось вагон и тележка, а вот уже, сегодня сдаем магоматику, завтра геометрию потоков, хорошо хоть, по ботанике и истории магии мы получили оценки автоматом. Предстояло сдать еще теорию плетений, астрономию и руны. За конструирование артефактов мы совершенно не переживали, Дженни так нас натаскала, что мы знали предмет получше некоторых аспирантов! Завалить нас мог только профессор Кеуми, и он очень старался.

Но мы хотели получать повышенную стипендию, и выучили лекции и учебник практически наизусть.

Ирму он пытал чуть ли не час, но она вышла сияющая и счастливая. На меня сил у профессора, видимо, не хватило. Он проверил каждую буковку в решении задачи, но придраться было не к чему.

– Знайте мою доброту, – пробурчал он, возвращая зачетку.

Почему злые люди хотят, чтоб их считали добрыми и великодушными? Он не простил бы не единой малюсенькой ошибочки! Завалил же он Клементину с явным удовольствием! Чуть ли не причмокивая от наслаждения. Глория еле- еле получила тройку, хотя отвечала вполне уверенно. Мог бы и четыре поставить, кровопийца.

Леонард и Филипп получили пятерки, хотя их ответы были несравнимо хуже наших. Но магистр терпеть не мог женщин в магии и пакостил, как мог.

Геометрию потоков принимал наш декан, экселенц Веласко. Мне кажется, он был доволен, что я отвечаю очень бойко. Это ведь он спас меня, когда магистр огня хотел меня вытурить.

– Прекрасно, донья Фада, поздравляю!

Теорию плетений, астрономию и руны мы сдали совершенно не напрягаясь.

– Посмотрим, что ты будешь делать на алхимии, заучка, – прошипел Фил и дернул меня за косу.

Делали мы простейшие бытовые зелья, мне достался состав для мытья окон. Даже варить не нужно! Литр теплой воды, ложка нашатырного спирта, три капли глицерина и по желанию, ложка лимонной кислоты или уксуса.

– Продемонстрируйте! – преподавательница указала на демонстрационный стенд, где возвышалась целая рама со стеклами.

Там еще были миски, плошки, кастрюли и сковородки. Даже раковина и унитаз для демонстрации практических навыков. В этом семестре мы делали зелья, а в следующем будем учиться пользоваться магией.

Я пропитала губку сделанным составом и приложила к верхнему краю окна. Вести ее вниз, не прикасаясь, было легко, хватало концентрации, вот обратно значительно труднее.

– Слабачка! – тихо сказал Лео, но все услышали.

Пот катил с меня градом, но я домыла эту демонову раму и получила заслуженную пятерку. Правда, чуть не свалилась прямо за дверью, пришлось сесть на корточки и восстанавливать дыхание, глотая адски сладкий чай, запасенный заранее, в плоской маленькой фляжке.

Профессор Ямбир принимал последний экзамен очень быстро. Взгляд на листок, вопрос или два, и за дверь.

– Фада? Идите прочь, – сказал он, не глядя на листок, где я красиво изобразила схему нагревательного артефакта и расписала все составляющие.

– Профессор? – пролепетала я.

– Вон отсюда!

Дверь хлопнула, я вылетела в коридор со слезами на глазах. Возле меня собрались одногруппники.

– Завалила? Я же говорил! – лениво растянул губы в улыбочке Фил.

– Так, а что было-то? – затеребила меня Глория. – Что попалось?

– Даже смотреть не стал, выгнал сразу, – всхлипнула я. – «Грелка» попалась.

– Это же примитивнейший вопрос! – воскликнул Реми.

Из аудитории вышла Ирма с белым лицом и остановившимся взглядом.

– Тоже выгнал?

– И спрашивать не стал!

– Влипли вы, – с удовлетворением ухмыльнулся Фил. – Тренируйтесь на коленях стоять, дворняжки!

– А я знаю, что он так лютует! – хвастливо сообщила Клеми Тизоле. – Он потребовал, чтоб Абеши обратно приняли! Ему отказали! А профессора Ямбира на архимага утвердили, предложили стать деканом, так он такой скандал устроил! Сказал, что он ученый, а не завхоз, и вникать в нужды сборища бездарных идиотов не намерен! Принимает сессию и увольняется, раз они толкового преподавателя и талантливого исследователя выставили, то ему тоже в академии делать нечего. Моя тетя была вчера на Ученом совете и все слышала своими ушами.

Мы с Ирмой переглянулись с круглыми глазами. А кому тогда мы будем пересдавать?

Дрожащими руками я открыла зачетку.

– Так у тебя «отлично»! – сунула нос Глория. – Что вы тут устроили представление?

– И у меня «отлично», – прошептала Ирма, прижавшая зачетку к груди.

Мы крепко обнялись и закружились по коридору. Заорали бы от счастья, но кругом шли экзамены.

Ура! Мы все сдали! Повышенная стипендия у нас в кармане! И мы совершенно точно выиграли у парней, потому что Лео получил по ботанике тройку, а Филипп четверки по рунам и бытовой алхимии.

[1] Галто́вка — это процесс обработки материалов (камней, металлов, деталей и др.), при котором сглаживают острые края, убирают неровности за счёт трения, чаще всего в специальном барабане или вибрационной установке.

Лео конструирование артефактов не сдал. Правда, утверждал, что Ямбир его завалил специально, потому что его ассистентка и любовница попросила за свою подружку! То есть, за меня!

– Так что насчет пари, ар-ристократишки? – спросил с ухмылкой Реми. – Продули двум деревенским девчонкам-слабачкам?

– Да они передком заработали! – взвыл Лео.

– Что ты несешь, придурок?! – женская часть нашей группы выступила неожиданно дружно. – Да если бы нам так засчитывали, у всех пятерки были бы! Все знают, что Ирма и Салли единственные девственницы на курсе!