Всю свою жизнь Элен гордилась тем, что умела сохранять хладнокровие, в отличие от Ао, чьи бури эмоций проносились сквозь нее подобно урагану. Оставайся спокойной.

Ярость и страх, охватившие ее, ослепили ее. Она видела только ярость.

Нет.

Никогда. Только не Кем.

Отрубить голову.

Она стянула с руки перчатку. Это движение привлекло внимание Дуэнна. Он уставился на нее, стоявшую в тени принца.

— И вы привели ко мне еще и воровку-убийцу! Ну, у нас тут есть место для сжигания. Как удобно! — Он хлопнул в ладоши. — Разжигайте огонь. Мы отпразднуем два благословенных бракосочетания ярким пламенем. Я с удовольствием посмотрю на все это. Два ребенка поженятся, и справедливость наконец восторжествует!

Элен упала на колени и прижала руку к земле.

Увидев это, Кем бросился к лорду Дуэнну с криком:

— Я не буду! Вы меня не заставите!

Все взгляды устремились на Кема. Дуэнн с силой ударил его по лицу.

Гадюка выжгла себе путь из ее руки.

Ксилси топнула ногой, словно бык, готовый броситься в атаку, и шум привлек внимание к ней, отвлекая его от Элен.

— Вы подняли руку на имперского чиновника, стража, присягнувшего Ордену. Это уголовное преступление! Я арестовываю вас именем Императрицы Магнолии и своей печатью капитана Имперского Ордена Стражей.

Принц ударил его хлыстом, и кончик хлыста полоснул Дуэнна по щеке, оставив на ней кровавую ссадину. Лорд взвыл.

Джирви бросился вперед, чтобы принять на себя мощный удар Дуэнна, который тот нанес принцу. От удара Джирви отлетел назад и врезался в капитана Дуэнна, повалив их обоих на землю и выбив меч принца из руки капитана.

В придачу Ипис закричала.

Гадюка добралась до ноги лорда Дуэнна и обвила его ботинок, оставаясь незамеченной. Никто, кроме Элен, не смотрел на землю. Представление проходило на уровне глаз, театр смерти в лучшем его проявлении. Йоф мог бы гордиться.

Элен вытащила маленький нож, который прятала в сапоге, готовая нанести удар.

Лорд Дуэнн дернулся и вскрикнул. У него перехватило дыхание, и он издал звук, похожий на сдавленный крик, такой резкий и мучительный, что все люди во дворе застыли на месте, повинуясь инстинкту людей, которые боялись Спор всю свою жизнь.

Отслеживала ли Спора движение? Многие говорили, что да, отслеживала. Она могла есть растения и делала это, когда нужно было, чтобы остаться в живых, но Спора жаждала животных, их подвижности и пульсирующей энергии их ярких, наполненных кровью сердец.

Даже его собственные люди не пошевелились, чтобы помочь ему, когда лорд Дуэнн резко шагнул вперед, выдавив из себя какое-то слово. Он сделал второй судорожный шаг. По его телу пробежала дрожь. Он застонал так, словно в его живот вонзились раскаленные гвозди.

Все, кто был рядом с ним, включая его собственное ополчение, в панике отступили. Все, кроме принца, который, задрав свой надменный нос, смотрел прямо в испуганные глаза лорда Дуэнна, словно давая понять, что не боится ни одного провинциала. Гадюка, никем не замеченная, скользнула мимо ботинок принца и вернулась к ожидающей ее руке Элен.

Со сдавленным «Га!» Дуэнн, спотыкаясь, приблизился на шаг к принцу. Он упал на одно колено, хватая воздух и пытаясь встать, как будто это могло его спасти. Никто не пошевелился и не произнес ни слова, но его собственные ополченцы продолжали пятиться от него. Ужас был лучшим глушителем звука из всех возможных.

Дуэнн схватился за горло, открывая и закрывая рот, но не издал ни звука, только глухой, сдавленный свист. Именно так умер много лет назад капитан Роэл, отравленный изнутри быстродействующим ядом гадюки. Элен схватила Кема за руку и оттащила его назад.

Дуэнн увидел ее. Увидел рядом со своим ребенком.

— За Ао, — выплюнула она.

Собрав последние силы, чтобы овладеть властью над жизнью и смертью, Дуэнн неуклюже вытащил свой меч. Он замахнулся изо всех оставшихся сил, его напряженная рука простерлась дальше, чем кто-либо мог себе представить. Он тянулся к ней, и она поняла это по его пристальному злобному взгляду.

Вместо этого клинок с невероятной силой глубоко рассек живот принца Гевулина.

Лорд Дуэнн рухнул со свистящим вздохом. Он дернулся раз, другой, прежде чем обмякнуть. Белая пенистая жидкость вырвалась из его ноздрей и потекла, шипя, из глаз и ушей.

Принц опустил взгляд на свой живот, и кровь текла из раны, заливая его плащ.

Ипис закричала:

— Убийство! Лорд Дуэнн убил принца!

Голос Ворвуа раздался сверху.

— Пелис! К оружию!

Молодая сар появилась на верхней ступеньке лестницы в нелепом свадебном наряде, ее волосы были уложены на макушке в виде архитектурной конструкции из ослепительных бусин. Она вырвала меч из рук одного из ошеломленных ополченцев Дуэнна и вонзила его в живот мужчины.

Ополченцы Пелиса, которых освободили из подвала казармы, выбежали из-за ее спины. Они спрыгнули по ступенькам, чтобы напасть на солдат Дуэнна с тыла. Они вошли через заднюю часть здания, в то время как Гевулин удерживал внимание Дуэнна у входа. Элен осознала, что таков был план с самого начала.

Еще больше людей высыпало на передний двор, выскакивая из укрытий. В праведном гневе, с ревом сбегались жители Манора Пелис, с лопатами и вилами из конюшен, с ножами и секачами из кухни, мечами и копьями, взятыми у павших.

Ополченцы Дуэнна пали духом. Они оказались между защитниками Пелиса позади и разъяренными слугами впереди, их лорд пал, их товарищи были сожжены и раздавлены у них на глазах. Они бросились к воротам, так отчаянно желая спастись, что промчались мимо принца и его стражей, даже не взглянув на них. Они хотели выжить, как хотела выжить Спора. Вот почему они должны были продолжать двигаться.

Принц все еще стоял, прижав руку к животу, его пальцы были в красных пятнах, а кровь сочилась по коже, капля за каплей падая на землю.

— Ваше Высочество, позвольте мне просто помочь вам. — Ксилси обняла его за спину.

— Меня ранили, — сказал он странно спокойным тоном.

— Ваше Высочество, я прошу вас...

Он покачнулся, закрыв глаза. Его челюсть сжалась.

— Кем, Ипис, помогите мне держать Его Высочество. Ах, как сейчас нам нужен Фулмо! С этим придется подождать. Элен, принеси меч принца. Джирви, расчисти нам проход. Нам нужно доставить его в Храм Сердца.

В церемониальном зале раздались крики, когда к битве присоединились новые бойцы. Ворвуа не отходила от портика, который вел внутрь, направляя людей к залу, когда они выбегали из главного здания.

— Скорее! Мой благословенный отец внутри! Найдите его! Я хочу, чтобы враг был искоренен!

Ксилси, Ипис и Кем подхватили принца на руки и направились к главным дверям, Джирви впереди. Ксилси оглянулась и указала подбородком на тело Дуэнна.

— Элен! Забери ключи у этого ублюдка. Это ключи от Манора Пелис, они открывают все. Отдай их Ворвуа. Затем следуй за нами с мечом принца. Двигайся!

Труп лорда Дуэнна лежал, как павший лось, покрытый пеной. Никто не осмеливался приблизиться, поэтому никто не побеспокоил Элен, когда она снимала связку ключей с церемониального пояса лорда Пелиса. Чувство победы не переполняло ее. Ао, ты отомщена, подумала она холодно и спокойно. Но перед своим мысленным взором она могла видеть только кровь на табарде принца. Когда она думала о его лице, ей казалось, что это взгляд призрака, как будто он тоже был убит.

Из церемониального зала дисциплинированным строем выскочили ополченцы Дуэнна, окружив Риенна, ставшего теперь их лордом. Они с боем пробились к воротам, призывая других выживших построиться вокруг них. Гений — клубящееся облако пепла — заслонил им обзор, заставив некоторых споткнуться или врезаться в окружающую стену, и настолько ошеломив, что они не смогли разглядеть лопаты и топоры, нацеленные им в головы. Но, несмотря на все потери, в Маноре Дуэнн все еще оставалось достаточно людей, чтобы расчистить дорогу, прорваться за ворота и побежать за убегающими лосями. Несколько лучников из Пелиса выстрелили им в спину, но тут со стороны казарм налетел еще один шквал боя, и рукопашная схватка закружилась в новом направлении.