Сарпа снова ударила по двери своей тупой головой. Еще один треск, но дверь устояла. Зверь отпрянул, напрягая мускулы, и снова ударил с ошеломляющей силой. Крыша зала содрогнулась, и еще больше черепицы с грохотом посыпалось на землю. Наконец правая дверь поддалась, но, хотя сарпа и ткнулась носом в проем, она не смогла проникнуть внутрь.

Зверь был разъярен, расстроен и полон решимости, собирая свои мысли и силы. Длинное тело заполнило половину двора. Каждое его извивающееся движение бездумно прокатывалось по хрупким человеческим телам, устилавшим землю. Возможно, быть раздавленным было милосердной смертью для тех, кто все еще умирал. Если в мире было милосердие, и если быстрая смерть действительно была милосердием.

Сарпа снова отступила, готовясь к новой атаке на зал.

Где же Кем? Она стряхнула с себя оцепенение.

— Эрвис, — позвала она, но гений не пришел к ней, да и с чего бы это? Она была ничем и никем, всего лишь помощницей-курьером и даже не жительницей Манора. У нее вспотели ладони. На сердце было холодно, гадюка внутри казалась острой и горячей. Внезапно толпа людей надвинулась на нее, прижимая к стене, закрывая своими телами. С прижатой рукой она была беспомощна, чтобы защититься.

Но это был принц. Ксилси. Джирви. Ипис.

И Кем.

Во имя Высоких Небес, Кем нашел их. Он присоединился к стражам, а не по глупости побежал смотреть на ужасную бойню, как она. Он знал, где должен быть, ее дорогой мальчик.

Из глубины зала донесся резкий свист. Пронзительный звук вгрызся в ее тело. К счастью, этот свист прекратился, но за ним последовали четыре коротких и еще один высокий, такой долгий и резкий, что она подумала, что от его силы ее кости рассыплются в пыль.

Свист прекратился. Все во дворе замерло, словно окутанное туманом Пелены.

Повинуясь команде, сарпа расправила крылья. Их кожистый размах скрыл зал от ее взгляда. Зверь устремился к главным воротам, перелетая через все, что попадалось на его пути: ползущего человека, неподвижного лося, каменную скамью, которая опрокинулась набок, обнажив двух ополченцев, съежившихся за ней. Но теперь все это ничего не значило для сарпы.

Она рванулась вперед, расправила крылья и, пыхтя, попыталась подняться. Над ее левым глазом взметнулось облачко черного пепла — гений гнал ее к главным воротам. Сарпа разрушила перемычку над воротами, и вырвалась на открытое пространство. Там она с потрясающей силой замахала крыльями. Деревья согнуло. Листья зашелестели. Сарпа взмыла в небо, сопровождаемая истерическим смехом, горькими стонами, мучительным плачем, топотом бегущих за стеной лосей и множеством голосов, слившихся в громоподобный поток неузнаваемых слов.

По всему двору были разбросаны обломки, оставшиеся от прохода сарпы.

Элен перевела дух, думая, что у нее будет время подвести итоги, пообщаться с Кемом.

— Вперед, со мной, — сказал Гевулин.

Окруженный стражами и Элен, стоявшей в трех шагах позади, он опрометчиво зашагал вперед. Возможно, ему нужно было доказать самому себе, что он сбежал из Дальнего Пограничного Бдения не потому, что был трусом.

Принц Нвелин появился в проломленном дверном проеме церемониального зала, отчаянно размахивая руками. Предостерегающе.

Слишком поздно.

Из главного здания на лестницу хлынул поток вооруженных людей. Все они были одеты в табарды Дуэнна, а их лица были светлее, чем у местных жителей. Человек тридцать или больше — этого было достаточно, чтобы легко перебить принца и его крошечную свиту.

— Мы снова встретились, Ваше Возвышенное Высочество, и, клянусь, в последний раз, — раздался гулкий голос с лестницы.

— О, клянусь адом, — сказал Кем.

Элен уставилась на него, сжав руки, ее сердце билось где-то в горле.

Лорд Дуэнн, жестоко смеясь, спустился вниз по лестнице. На нем были венец лорда и пояс с брелоком, принадлежавшие Манору Северный Пелис; последний раз пояс видели на лорде Джении.

Принц направился прямо к лестнице и лорду Дуэнну, от его прямой осанки и насмешливого взгляда невозможно было отвести взгляд.

— Где лорд Джения?

— Его Восхитительное Высочество поручил мне арестовать ее за измену трону. Вы будете следующим!

Принц не остановился и не отступил. Все внимание было приковано к нему, когда он приблизился к лорду.

— У вас нет полномочий арестовывать меня.

Дуэнн злорадствовал, когда он затягивал петлю.

— Как близкий советник, удостоенный доверия Его Восхитительного Величества, я получил полномочия задерживать любого, о ком известно, что он в последнее время поддерживал контакты с бывшим лордом Манора Северный Пелис и ее союзниками. Поэтому я вынужден настаивать на том, чтобы вы разоружились и сдались мне, Ваше Возвышенное Высочество. По приказу Его Восхитительного Величества Минайлина, Принца Второго Сословия.

Гевулин дошел до подножия широкой входной лестницы и остановился, ожидая, пока Дуэнн спустится к нему. Когда лорд спустился по ступеням, солдаты Дуэнна окружили его с обеих сторон.

К всеобщему удивлению, принц вынул меч из ножен и протянул его Дуэнну, не для того, чтобы сразиться, а чтобы отдать его, как было приказано. Что он задумал?

Капитан Дуэнна взял клинок, словно драгоценный инструмент, и с учтивым поклоном протянул его лорду Дуэнну. Лорд широко улыбнулся, глядя на меч. Другой на его месте мог бы молча наслаждаться триумфом, но он не мог молчать. Он всегда был из тех, кому нужно говорить, говорить и говорить.

— В награду за верную службу Манора Дуэнн Его Восхитительное Высочество великодушно и незамедлительно назначил меня лордом Манора Северный Пелис, присоединив его территорию к моим владениям. Мой любимый сын Риенн тоже здесь, он приехал, чтобы отпраздновать радостное событие — он женится на самой счастливой Ворвуа. По правде говоря, брачная церемония была прервана вашей возмутительной и опрометчивой попыткой напасть. Тем не менее я понимаю ваше разочарование. Я слышал, что самая счастливая Ворвуа рассматривалась в качестве вашей консорт, Ваше Возвышенное Высочество. Но этому не бывать. Риенн вспашет это поле.

Принц уставился на лорда Дуэнна так, словно открыл сундук с сокровищами и обнаружил, что он набит навозом. «Вижу, вы демонстрируете дурные манеры, присущие провинциалам», — заметил он своим самым кислотным тоном, достойным сарпы.

Лицо лорда Дуэнна сильно помрачнело.

— Вы не в том положении, чтобы оскорблять меня, Ваше Возвышенное Высочество.

— Я всегда в том положении, чтобы оскорблять вас, лорд Дуэнн, хотя тут я просто констатировал факт. Что бы со мной ни случилось, я всегда буду принцем, чьи непревзойденные достижения очевидны для всех, а вы — всего лишь ослом в мантии лорда Манора, который только и умеет реветь по ослиному.

Дуэнн покраснел. Он занес руку для удара. Принц выхватил хлыст. И тут произошло самое главное: даже Дуэнн не смог заставить себя напасть на принца Третьего Сословия.

Уничтоженный презрительным взглядом принца, Дуэнн зашипел, брызгая слюной:

— Вы будете закованы в цепи и доставлены во дворец, где вас казнят. Можете быть уверены, что перед казнью я с удовольствием выпорю вас плетьми за всех моих людей, погибших здесь сегодня. Меня это удовлетворит.

— Правильное обращение «Ваше Возвышенное Высочество», — ледяным тоном произнесла Ксилси.

— Кто вы такая, простая страж, чтобы так неуважительно разговаривать с лордом Манора? — рявкнул Дуэнн. Тогда, и только тогда, он по-настоящему разглядел остальных: Ксилси с растрепанными волосами и лицом, перепачканным пылью, Джирви с его абсолютным хладнокровием, Ипис с решимостью испуганного человека, который отказывается срываться с места и бежать.

И затем...

— Кема! — Крик Дуэнна поднялся до триумфального, когда он обнаружил мальчика, наполовину скрытого за спинами остальных. — Моя потерянная дочь! Мои молитвы, обращенные к Высоким Небесам, наконец-то услышаны! Я не стану терять времени даром. Этой же ночью ты выйдешь замуж вместе со своим братом! Я отдам тебя в жены моему кузену Марлоэну, который отправился с нами в надежде поучаствовать в небольшой резне. С моего благословения он выбьет эту дурь из твоей головы. Какой радостный праздник ожидает нас сегодня вечером!