Телан наполнил один бокал, сделал глоток, как это сделал бы дегустатор, и подал его принцу, прежде чем налить себе второй бокал красного вина. Затем он поднял свой бокал, и Гевулину пришлось ответить ему такой же любезностью. Они выпили вместе и поставили бокалы на стол.

— С какой целью, кузен? — снова спросил Телан. Элен снова начала ускользать. Никто не смотрел в ее сторону, все смотрели на двух аристократов. — Если позволите, я повторюсь. Почему айвуры должны помогать нам в этом неравном деле? Империя велика. Четыре Земли малы и слабы.

— Айвуры помогут нам, если я соглашусь отменить императорский указ, предписывающий их изгнание. Если я пообещаю позволить их кланам снова поселиться в пределах империи. В наших центральных городах, в их старых кварталах. Это может быть только к нашей взаимной выгоде. Что касается вас, кузен, то имперская казна огромна. Вы можете взять столько, сколько вам заблагорассудится. Эти средства помогут вам создать более многочисленную армию или... укрепить вашу страну. Вы сказали, что хотите, чтобы ваш народ жил в мире и процветании. В империи существует множество мер предосторожности, чтобы защитить себя от Спор. Курьеры. Геодезисты. Карты. Различные виды рвов. Духи соли. Святодерево. Список обширен. — Примечательно, что принц не упомянул мечи из очищение-стали. — Все эти знания могли бы стать и вашими, а также я смогу предоставить людей для их создания и поддержания. Империя не использует детей для разведки Спор. Мы используем опытных взрослых, которые годами тренировались под зонтиком службы имперской безопасности. Именно так мы живем с Пеленой и Спорами. Мы боремся с ними. Мы справляемся с ними. Мы не боимся ее, строя лачуги вдоль древней дороги, которая является вашей единственной надежной защитой. Я мог бы поделился с вами этими секретами.

— Продолжайте. Как будет осуществлен этот переворот? Императорский дворец находится далеко отсюда, не так ли?

Элен не могла понять, играл ли Телан с принцем. Предлагал ли он Гевулину веревку, чтобы повеситься, или новый Высочайший соблазнился обещанием богатства? Что же касается Гевулина, собравшего свои мысли, был ли он достаточно честолюбив, чтобы выдать, что существует недавно открытый черный ход через Пелену в империю, если он верил, что предательство поможет ему получить то, что, по его мнению, он заслужил? Он не смотрел на Лувиару, которая ждала рядом с капитаном Ворон. И собеседница, и передатчица были молчаливы, как воры, хотя Элен не показалось, что они знали друг друга до этой встречи. Они больше походили на осторожных путешественников, вынужденных сотрудничать, потому что им нужно было какое-то время идти по одному опасному пути. Знал ли Телан хотя бы о том, что клан Соленое Копье разбил лагерь на дороге, в пределах Дальней Пограничной Пелены? Пойдет ли Гевулину на пользу, если он расскажет Телану об этом?

Элен сделала еще пару очень-очень медленных шагов, приближаясь к Ксилси.

Гевулин сжал кулаки, принимая решение. Но Телан наблюдал за лицом принца, а не за его руками, и выражение лица принца ни на йоту не выдавало его эмоций.

— У меня есть карта. На ней обозначен безопасный путь через скрытую от посторонних глаз дикую местность Запустения прямо в центральные земли. Ударный отряд, быстро передвигающийся по проселочным дорогам, может добраться до дворца раньше, чем император или кто-либо в империи будет предупрежден о его приближении. Как только она и ее сын умрут, я стану императором.

Глаза Телана расширились.

— Очаровательно. Собеседница не упоминала о таком ценном артефакте, как карта.

Однако в его тоне сквозило веселье. Элен восприняла это как предупреждение. Она сделала еще один медленный шаг в сторону, почти к Симо — только он заметил это, слегка ободряюще кивнув ей. Выражение лица капитана было мрачным.

— Конечно, она не упомянула об этом, — едко заметил Гевулин. — Ее цель — дискредитировать меня и отстранить от власти, а не свергнуть Императрицу Магнолию, которой она служит. Она также не сможет передать ничего из этого разговора императрице, пока вы не позволите ей уйти. Если мы с вами будем действовать быстро, с помощью Морских Волков, императрица не получит предупреждения.

— Понимаю. Что с этой Принцессой Астайлин? Ее здесь нет, но есть я.

— Только тот, кто подносит фрукт к губам, может насладиться его сладостью.

— Поэтичное изречение, безусловно. Мы говорим, что тот, у кого рука сильнее, может сорвать свой плод. — Телан сделал еще глоток вина, словно оценивая его вкус — или аромат заговора и амбиций, предположила Элен. — Но я не знаю правду об этом Запустении, о котором вы говорите. И ничего не знаю ни о какой карте.

— Откуда вам знать? Леди Элеавона организовала доставку карты мне при помощи клана Соленое Копье. Именно клан поделился картой с ней.

Это была искусная ложь. Судя по всему, Гевулин хитроумно пытался посеять сомнения в сознании Телана, заставить его задуматься, не был ли союз, который клан Соленое Копье предложил ему, всего лишь дымовой завесой для последующего предательства? Отчаянный бросок костей, но может сработать.

Губы Телана насмешливо скривились. Он казался подозрительно уверенным в себе.

— Хорошо говорить о ценной карте, но я не вижу никакой карты в ваших руках.

Принц взглянул на Ксилси, чье стоическое выражение лица не изменилось, хотя она дважды моргнула.

— А-а. Карта, должно быть, осталась в зале карт в башне.

— Какая неосторожность. Омвир, пошлите кого-нибудь за картой, потому что, признаюсь, я испытываю величайшее любопытство. Собеседница Лувиара, не могли бы вы просветить нас?

Она поклонилась.

— Высочайший, здесь нет карты. Леди Элеавона уже сказала нам об этом.

— Элеавона солгала, чтобы сбить вас со следа, потому что она уже подозревала вас, — спокойно сказал Гевулин. Еще одна наглая ложь с искренним выражением лица. — Факт остается фактом: у меня есть карта. Вы можете утверждать обратное, Лувиара?

— Карта была задумана как приманка. Как испытание.

Гевулин напрягся. Лувиара застала его врасплох. «Испытание?» — спросил он, окончательно теряя самообладание.

Телан улыбнулся. Элен показалось очевидным, что он уже все знал. Она бесшумно приблизилась к Ксилси еще на один шаг. Почти у цели! И все же надвигалась катастрофа, запах которой был столь же красноречив в своей приторной сладости, как аромат розового масла Споры.

Собеседница прочистила горло, сложила руки на животе и сделала глубокий вдох, словно солдат, готовый ринуться в бой. Ее тон был ровным, но то, как крепко она сжимала пальцы, выдавало внутреннее смятение.

— Императрица Магнолия, в своей сострадательной мудрости, категорически отказывалась верить, что ее дорогой младший брат Гевулин нападет на самое сердце империи, на ее мирную структуру и спокойные воды. Его Восхитительное Высочество предложил этот план своей матери.

— Его Восхитительное Высочество? — Гевулин покачал головой.

— Если бы вы были невиновны, предложил принц Минайлин, вы бы принесли карту императрице, как только она оказалась бы у вас. Если бы у вас были дурные мысли, вы бы отправились в Запустение, чтобы отыскать эти таинственные проходы. Там вы либо умерли бы, как многие геодезисты до вас, либо вас ждали бы имперские солдаты, чтобы арестовать.

— Маленький неуклюжий Мин-ло? — Гевулин не мог скрыть своего недоумения и недоверия.

— Да. Его Восхитительное Высочество Минайлин не только придумал схему, но и сам нарисовал карту.

Гевулин ошеломленно уставился на собеседницу, не в силах вымолвить ни слова. Ксилси прижала руку ко лбу, словно от боли, в то время как Симо стоял с застывшим лицом, плотно сжав губы.

Лувиара не выглядела ни пристыженной, ни растерянной. Не то чтобы эта интрига ее забавляла, скорее все пошло именно так, как она и предсказывала. Она была готова перейти к следующему этапу кампании: катастрофическому падению Его Возвышенного Высочества Гевулина, Принца Третьего Сословия.