— Вот, — Холи указала пальцем в воздух, делая акцент, — это была первая реакция.

Они говорили о том, что Терри строил планы на вчерашний вечер.

Мы все обратили внимание на поведение Саласа. Он выглядел спокойным, но его бровь дёрнулась.

— Я ожидала, что это должно было привлечь его внимание. Он ведь знал, что мы спали, — она указала на пространство между нами.

— Ну, это тяжело расценивать, как реакцию, — подметил Дэнни, — он мог так отреагировать на то, что пытался сделать Терренс. Думаю, любой человек отреагировал бы на подобное — это ненормально: вести себя так.

Холи снова нажала на кнопку, и мы продолжили слушать.

Когда речь зашла о Паркере Салливане, выражение лица Саласа стало напряжённым.

— Этот момент, — Холи снова указала на экран, и картинка прервалась, — вы видели?

— Да, — мы все втроём подтвердили и переглянулись.

— Он напрягся, — выдохнула Кайла.

— Именно, — закивала малышка, и её глаза загорелись, — чёрт, этого не видно, но он занервничал, клянусь вам! Когда я заговорила о том, что у мамы чуть не случился выкидыш из-за выходки его отца, он занервничал и потянулся к графину с водой. Он всегда спокоен, а тут начал суетиться, как будто всячески пытался прикрыть свою нервозность.

Она тараторила так быстро, будто у неё была всего минута, чтобы рассказать обо всём.

— Эй, — я дотронулся до её щеки и повернул к себе, — успокойся, мы верим тебе.

Голос Холи продолжал рассказывать историю восемнадцатилетней давности, а мы просто смотрели друг на друга, словно пытались настроиться на одну волну.

— Почему она переживала за него? - голос психотерапевта стал непривычно холодным, и я посмотрел на диктофон.

Затем его голос будто стал спокойнее, но лишь до тех пор, пока Холи не назвала имя мальчика. Неожиданно раздался звон стекла, и я посмотрел на экран, то мелькающий кадрами, то затухающий.

— Что произошло в этот момент?

— Стакан в его руке лопнул, и он порезал ладонь, — на лице блондиночки расплылось ужасающе удовлетворённое выражение. Такое я видел в последний раз, когда она проучила меня за пренебрежение и колкости при нашей первой стычке в ванной.

Непроизвольно мои губы расплылись в улыбке, а затем я и вовсе рассмеялся, глядя на то, как в её ангельски голубых глазах заплясали бесята.

Салас зарычал и сообщил о прекращении сеанса.

— Это то, что мы хотели получить, — довольно произнесла девушка и посмотрела на каждого из нас, — теперь нам нужно придумать, как добыть реальные доказательства, потому что это никуда не годится.

Она была полна энтузиазма и энергии, и это заражало.

— Хорошо, давайте подумаем, что может послужить доказательством того, что он ввёл вас в это состояние, — начал Дэнни.

— Видео или аудиозапись могли бы быть подтверждением, — предположила Холи.

— Да, — кивнул Дэнни, — но если мы их добудем и попытаемся привлечь Саласа к ответственности, будут ли эти улики законными?

— Они могут быть отклонены при рассмотрении судом, как информация, которая подлежит неразглашению, — предположил я.

— А если это произойдёт с нашего разрешения? — вклинилась Холи, — по сути, эти записи такие же наши, как и его. Они принадлежат обеим сторонам, разве нет? Это не его собственность, и он спрашивал письменное разрешение о возможности записи этих сеансов.

— Вы не слышите? Это вообще может не иметь никакой юридической силы, потому что будут добыты незаконным путём, без его согласия, — задумчиво произнёс Дэнни.

— Вам не кажется глупым делить сейчас шкуру неубитого медведя? — наконец заговорила Кайла, и все повернулись в её сторону, — что вы смотрите на меня? Просто вы уже раздумываете, как применить в деле улики, которых у вас ещё даже нет. Вы не знаете, где их искать и, главное, как добыть.

— Она права, — я откинулся на спинку стула и исподлобья взглянул на Холи, — нам нужно для начала добыть всё это.

— То, что он сделал с нами, незаконно, так? И, если он делал записи, а я уверена, что так и есть, то он бы хранил их на своём личном компьютере, под замком, чтобы никто не смог добраться.

— В его кабинете, — предположил я.

— Именно, — Холи улыбнулась.

— И как ты собираешься достать их, если он будет с тобой наедине? — встревожилась Кайла.

— Для этого понадобится отвлекающий манёвр. Кто-то или что-то, что гарантировано отвлечёт его внимание и заставит покинуть кабинет. У меня другой вопрос. Дэнни, ты же соображаешь в этих делах: что делать, если компьютер окажется запароленным? Как мне его разблокировать в кратчайшие сроки?

— Ну, чисто теоретически, у моего отца может найтись что-то на этот случай.

— Отлично, — кивнула блондиночка, — успеешь что-то придумать до вторника?

— Сделаю всё возможное.

— Что ещё мы можем использовать против него?

— Если нам не удастся ничего добыть, мы можем попробовать надавить на нарушения этического кодекса. Я знаю, что, как минимум, он должен был обратиться за консультацией к одному из своих коллег, если возник конфликт интересов: если у него обида на наших родителей, и он не смог с этим справиться, он не должен был работать с нами.

— Если нам удастся доказать нарушение, что за этим последует? — Холи сосредоточенно нахмурила брови, обращаясь ко мне.

— В таком случае, вероятнее всего, его исключат из ассоциации, потому что это грубое нарушение кодекса, порочащее профессию в целом, — пояснил я.

— То есть он лишится работы, — задумчиво произнесла девушка и откинулась на спинку стула, — мы ведь не хотим, чтобы с кем-то ещё произошло подобное?

— Да, но это тоже придётся доказать. Никто из нас прежде не обращался с жалобами или подозрениями к другим специалистам. А у них вроде как работает правило, что коллега обязан сообщить о нарушении в ассоциацию.

— Но у нас даже нет вещественных доказательств того, что Эдриан и Эндрю — это один и тот же человек, — Холи продолжала размышлять, глядя перед собой.

— Физически это доказать будет очень тяжело, поэтому нужно, чтобы он сам подтвердил это.

— Из всего сказанного, более реальным звучит проникнуть в его кабинет, взломать компьютер и найти и выкрасть записи, — подметила Кайла, и Дэнни рассмеялся.

— Не могу не согласиться, — парень приложил руку к животу, — итак, чувствую, нас ждёт долгое планирование. Никто не хочет перекусить?

— Я бы не отказалась, — пожала плечами Кайла.

Я перевёл взгляд на Холи.

— А ты? Голодна?

Она тепло улыбнулась и поморщила носик.

— На самом деле, я даже не думала об этом, пока Дэнни не заговорил. Я сегодня только завтракала.

— Отлично, — Дэнни хлопнул в ладоши, — закажем что-то или шеф-повар угостит нас своей фирменной стряпнёй?

Холи удивлённо уставилась на него, когда поняла, что парень обращается к ней.

— Я?

— Разумеется! Я чертовски сильно соскучился по запаху отменной еды в этом доме.

Блондиночка рассмеялась и сползла со стула.

— Хорошо, показывай, что у вас есть, попробуем сообразить что-то на скорую руку.

Когда кухня заполнилась суетящимися людьми, каждый занимающийся своим делом, я пристроился рядом с Холи и заглянул в аппетитно шкварчащую сковороду.

— Спагетти с мясными боллами? — я улыбнулся и закусил губу, вспоминая тот вечер и как забавно она смотрелась в чирлидерской форме посреди кухни.

— Это единственное, что пришло мне в голову при весьма скромных запасах.

Я видел, как её губы поджались, будто она пыталась отстраниться, но я не хотел, чтобы она чувствовала неловкость. Не после того, что вчера было между нами.

— Это самое первое блюдо, которое ты приготовила, когда была Хэйли.

— Правда? — она удивлённо взглянула на меня, и в её зрачках снова запульсировала белая паутинка, — и как это было?

— Безумно вкусно, — у меня в животе заурчало от воспоминаний, и Холи захихикала.

— Надеюсь, в этот раз я тоже не разочарую.

— Не может быть, чтобы этот талант взялся из неоткуда. Ты организовала такой рождественский стол, что моя мама с удовольствием бы посоревновалась с тобой, будь такая возможность.