— Должно быть, это пицца, — прошептал, еле дыша, и Холи, пробежавшись взглядом по моему лицу, заторможенно закивала головой.

Раздался ещё один звонок, и я резко выдохнул и сделал шаг назад.

— Я сейчас вернусь.

Направляясь к входной двери, я слышал её шумное ускоренное дыхание и уже изнывал от желания послать курьера к чёрту и вернуться к ней. Поправив вздыбившийся член, я открыл дверь, рассчитался с курьером и забрал заказ. После того, как дверь закрылась, я на несколько секунд застыл на пороге с коробкой в руках.

Может это и правда был знак? Что нам не стоит заходить так далеко?

Закрыв глаза, я вдохнул побольше воздуха и, прикрыв коробкой свои намерения, направился обратно. Не знаю, на что я надеялся. Наверно, я думал, что Холи за эти мгновения осознает, что всё закрутилось слишком быстро, и остановит меня. Но вместо этого, повернув к кухне, я увидел её, всё так же сидящую на столе, с разведёнными бёдрами, взъерошенными волосами и припухшими от поцелуев губами. Словно стоп-кадр. Будто замерла в том самом моменте, где всё прервалось. Её взволнованный взгляд был прикован ко мне, грудь вздымалась от ритмичного дыхания и натягивала ткань футболки, очерчивая чёткий контур маленьких напряжённых сосков.

Святое дерьмо!

Не сводя с неё взгляд, я кинул коробку на стол и, двигаясь медленнее, направился в сторону девушки.

Она следила за мной взглядом, не скрывая лёгкой улыбки на лице.

— Хочешь остановиться? — спросил я, и девушка нахмурилась.

— А ты? — неуверенно произнесла Холи.

— Это наше первое свидание. Мы не торопим события?

Она растерянно огляделась, а затем усмехнулась.

— Я так соскучилась по этим ощущениям, Мэтью, — её взгляд снова устремился ко мне, — когда я чувствую себя живой на двести процентов.

Я тоже, чёрт возьми. Это был первый раз за все эти месяцы, когда я чувствовал себя великолепно.

— Ты хочешь остановиться? — вопрос уже задала Холи, и я решительно замотал головой.

— Нет. Не хочу.

Небесно-голубые глаза озарились блеском, и девушка закусила губу.

— Хочешь продолжить? — она слегка откинулась назад, упираясь ладонями в столешницу и глядя прямо в глаза, а на губах мелькнула дьявольски соблазнительная улыбка.

Охренеть... Кто эта девчонка такая? Она выглядит, как невинный ангелочек, но на деле настоящая искусительница.

— Спрашиваешь, — ухмыльнувшись, скользнул ладонями по её бёдрам, проводя большими пальцами по внутренней стороне, и проник под футболку, всё ещё прикрывающую её.

Дыхание девушки сбилось, ресницы задрожали.

Как быстро посыпалась её броня, — пронеслось в моей голове, но я не мог отрицать, что это сводило меня с ума не меньше.

Снова прижавшись к её телу, обхватил попку и сжал аппетитные округлости. Холи издала мягкий стон, обвивая меня руками и ногами, и я задохнулся, ощущая жар между её бёдер. Её губы с новой силой впились в мои, покрывая поцелуями, скользя языком, и мне едва удавалось поспевать за ней. Я запустил руку за спину и стянул футболку, когда пальчики Холи нырнули под неё и с жадностью прошлись по спине, а затем к животу.

Откинув футболку в сторону, я снова устремился к девушке, но заметил, как она разглядывает меня.

Той игривой девчонки, которую я видел всего секунду назад, словно и след простыл. Она замерла, скользя взглядом по моей шее, груди, спускаясь к татуировке на моих рёбрах прямо под сердцем, а затем дотронулась до неё кончиками пальцев.

Мне хотелось закрыть глаза и раствориться в нежности её прикосновений. Только она знала, что для меня значат эти слова. И это была ещё одна вещь, которая отличала её от всех других девушек. Для них я был загадкой. Весёлым, игривым парнем, с маленькой тайной, скрытой глубоко внутри. Холи же знала обо мне то, что не знал никто, и разделяла мою боль, поддерживала меня и заботилась обо мне так, как не заботилась о себе самой.

Её сияющие глаза устремились к моему лицу, и страсть испарилась, впуская в пространство между нами нечто более ценное, важное, проникающее в самую глубь души.

Обхватив моё лицо ладонями, она снова накрыла мои губы поцелуем, двигаясь трепетно, медленно, завораживающе.

Лаская кожу её спины кончиками пальцев, я закрыл глаза и откинул голову назад, когда её губы заскользили по моему подбородку, шее, ключицам, спускаясь к груди.

— Холи, малышка.

У меня горло свело от нахлынувших эмоций, и каждая клеточка моего тела задрожала от ранее незнакомых мне чувств.

Вот о чём говорил Маркус. Эта девушка была необыкновенна в своей открытости и умении смотреть гораздо глубже, чем видели другие. Я до сих пор не мог выбросить из головы, что она продолжала встречаться с Саласом, потому что хотела ему помочь и верила, что этот мужчина заслуживает второго шанса.

Все эти месяцы я проклинал этого человека за то, что он сделал с нами. За то, какой вред он нанёс нашим семьям и нам самим. Но никогда не пытался взглянуть на ситуацию под другим углом. А Холи разглядела. Она нашла в своём огромном сердце место для ещё одного человека.

Мне не за что его ненавидеть, ведь он вернул тебя к жизни.

Я обхватил её лицо ладонью, когда она снова вернулась поцелуями к моей шее, и снова взглянул в её глаза.

Чистая, доверчивая, ласковая и такая красивая. Красота, которая, будто источник, бьёт из самых глубин её сердца.

Снова завладев её губами, я обхватил её бёдра и поднял, прижимая крошечное нежное тело к себе. Её руки обвили мою шею, губы оторвались от моих, и мы просто смотрели друг на друга, пока я нёс её к кровати.

Всего несколько минут назад я испытывал желание трахнуть её прямо на кухонном столе, когда она бросала игривые взгляды, откинувшись и раздвинув бёдра. А сейчас я хотел растянуть удовольствие, прочувствовать её, подарить ей наслаждение. Заняться любовью — тем, чего она действительно заслуживала, а не быстрого перепиха на твёрдой столешнице.

Взобравшись на кровать, я опустил её на матрас и накрыл своим телом.

Чёрт возьми. Разве может быть что-то прекраснее ощущения её горячего тела под собой?

Её белокурые волосы разметались по тёмно-кофейной подушке, футболка задралась, и я приподнялся, чтобы насладиться картиной с нового ракурса.

Она была невероятно сексуальна. Маленькие белые полупрозрачные трусики едва прикрывали светлую гладкую кожу, тонкие тесёмки, натянутые чуть выше привычной линии бикини, подчёркивали изогнутую талию и подтянутый животик с мягко выраженными очертаниями пресса.

Холи вздрогнула и опустила глаза, когда мои пальцы заскользили по бархатистой коже, поднимая край футболки выше, а затем качнула бёдрами и выгнула спину, позволяя стянуть с неё футболку. Вернув взгляд ко мне, она подняла руки над головой и закусила дрожащие губы.

Бог мой. Это было необыкновенно прекрасное зрелище — невинность и огонь, сливающиеся в ней воедино, когда она закусила губу и, подцепив край футболки тонкими пальцами, помогла стянуть её и отбросила в сторону.

Мой взгляд застыл на упругой груди. Она была не большой и не маленькой, идеально подходящей её изящному телу, и с этого ракурса выглядела словно два идеально круглых пирожных с крошечными вишенками на вершине.

Во рту пересохло от острого желания попробовать её на вкус, и, облизнув губы, склонился над ней, провёл языком по твёрдому соску и обхватил его губами, покатал на языке и зажмурился от сладкого вкуса её ароматной кожи.

Впившись в мои плечи, Холи выгнулась мне навстречу и закрыла глаза, дыша часто и рвано, словно вот-вот задохнётся от удовольствия.

С замиранием сердца я снова обвёл сосок языком и втянул его в рот, наслаждаясь, как она всхлипывает, прижимается сильнее, а её пальцы сжимают волосы на моём затылке.

— Мэтью, — задыхаясь, прошептала девушка и зажмурилась, а затем качнула бёдрами и потёрлась о мой член.

Ох! Дьявол...

Я готов был кончить от одного только этого движения. Но чёрта с два я позволю себе это прежде, чем попробую на вкус каждый сантиметр её тела.