И Джон это понимает.

— Это огромные деньги, Киллиан, — продолжает он. — Я не бог спортивной индустрии, но имею достаточно связей, чтобы помочь вам с Айзеком продвинуться, могу предоставить вам самые лучшие рекомендации.

— Я не знаю, — честно отвечаю ему.

Тренер делает еще одну затяжку, смотря на меня с любопытством, будто пытаясь прочесть что-то по моему лицу.

— Просто подумай об этом, ладно? Поднимем эту тему еще раз в конце учебы, и ты дашь мне свой окончательный ответ.

Домой я возвращаюсь с относительно тяжелым сердцем. Это всегда происходит, стоит мне обсудить что-то серьезное с кем-либо. Поздоровавшись с родителями, треплю Рэнсома по голове, проходя мимо него, сидящего на диване и смотрящего своих любимых «Могучих Рейнджеров». Мама спрашивает, как у меня дела и, бросив в ответ, что все окей, скрываюсь в своей комнате. Впрочем, ненадолго, потому что, скинув рюкзак, тут же заглядываю в комнату лис и сильно хмурюсь, когда не вижу ее. В прихожей нет ее ключей от машины, обуви и легкой куртки.

Где она? Уже перевалило за пять часов, Далия давно должна быть дома.

Киллиан: ты где?

Ответ не приходит ни через минуту, ни через пять, ни через десять, ни через час.

Киллиан: Лис?

Я уже хочу набрать ее номер, когда она наконец-то отвечает.

Лис: скоро буду, я с Брэдом.

От имени моего бывшего сокомандника в ее сообщении я резко сажусь на кровати и быстро, агрессивно, печатаю по клавиатуре.

Киллиан: что за черт? Почему ты с ним?

Однако она больше не отвечает. Мне хочется рвать и метать. Во-первых, потому что я понятия не имею, при каких обстоятельствах они встретились и что он опять от нее хочет, а во-вторых, потому что за все то время с его ухода, он так и не ответил на мои сообщения.

Я зол, раздражен и агрессивен, и… подождите, я же не ревную? Черт, нет! Какая может быть ревность? Мы с Далией просто хорошо проводим время, она не признавалась мне в любви до гроба и не обещала быть только со мной и ни с кем больше.

Бесит, бесит, бесит.

Он ей нравится? Боже, как я хочу, чтобы она поскорее приехала, чтобы задать этот вопрос лично. Не хочу и думать о том, что она что-то к нему чувствует, что он нравится ей больше, чем я.

Весь вечер до ее приезда не могу найти себе место, не могу сконцентрироваться на уроках или чем-либо еще, все просто моментально вылетает из головы, оставляя лишь мысль о том, что она сейчас с ним непонятно где.

Киллиан: ты скоро? Мне скучно, я хочу целоваться.

Я пишу ей одно сообщение за другим с интервалом в несколько минут, но не получаю ни одного ответа, они остаются непрочитанными, внизу виднеется лишь одна галочка. Что еще мне написать ей, чтобы вызвать интерес и притащить домой?

Киллиан: я только после душа, не успел одеться, сижу в одном полотенце и жду тебя. Может, ты захочешь его снять?

Опять ничего. Я ее изничтожу, богом клянусь, а потом найду Брэда и не оставлю живого места на нем.

Скрипя зубами, сижу на краю постели и уже собираюсь отправить следующее, еще более пошлое сообщение, но не успеваю, потому что всплывает окно о входящем уведомлении. Мне написал Элиас. Он обычно никогда не пишет и это меня настораживает.

Открыв сообщение, тут же подскакиваю с места, хватая ближайшие шмотки и напяливая их на себя.

Элиас У.: С.О.С.

А внизу геолокация.

Далия

Я думала, что это будет неловко, что мне будет не о чем говорить с ним, особенно спустя столько времени. Мы не виделись и не списывались относительно долго, я успела остыть к существованию Брэда. Однако, все совсем не так, как мне казалось, и мы проводим время даже лучше, чем просто хорошо.

Угостив меня вкусным кофе и, пожалуй, самым вкусным капкейком с матчей из всех, что я ела в своей жизни, парень рассказывает мне обо всем подряд, как проходит его вливание в новый коллектив, как он справляется с отсутствием команды, к которой успел привыкнуть.

— «Баззиз» ненавидят меня всей душой. На самом деле они и Дрейка не особо-то жаловали, какие-то чокнутые. Мне хочется их всех поубивать, — качает головой он, перебирая пальцами салфетку, которая лежит рядом с его чашкой кофе.

— Как бы тебе это не нравилось, сейчас они твоя команда и тебе нужно быть на их стороне, — пытаюсь поддержать я. — В любом случае, до конца школы осталось всего ничего, моргнуть не успеешь, как время уже пролетит.

— Я не хочу играть против «Хейз», по крайней мере, не за «Баззиз».

Эта новость до сих пор вызывает у меня странные чувства. Возможно, в этом и нет ничего удивительного, но я все равно удивлена. Мне любопытно, что об этом думают сами «Хейз», каково им от понимания, что они буду играть против своего бывшего товарища, который поспособствовал им не в одной победе.

— Ты можешь как-то повлиять на это?

— Нет.

— Тогда прими. Дождь идет — это факт. Стол твердый — это тоже факт. Понимаешь, о чем я? — Брэд грустно хмыкает, глянув на меня. — Есть вещи, которые являются фактом, ты не можешь их изменить или повлиять, но ты можешь выбрать, как будешь реагировать на них.

С отчаянным тихим стоном парень откидывается назад, потерев себя двумя ладонями по затылку.

— Ах, черт, — выпаливает он. — Меня все это так бесит.

— Это нормально. Я думаю, что ребята из «Хейз» испытывают то же самое. Вряд ли им нравится, что в конце года у них отобрали одного из лучших игроков. Пусть я и не сильна в баскетболе, но все равно наслышана, как ты хорош.

Мои слова немного поднимают ему настроение и, когда он дарит мне красивую улыбку, я улыбаюсь в ответ.

— Я уже битый час ноюсь тебе, это достаточно эгоистично. Расскажи мне лучше, как твои дела? Идешь на выпускной?

Отхлебнув еще фисташковый кофе, прикрываю глаза, ощутив очередную волну блаженства. Это очень вкусно. Помню, как раньше, когда мы с Киллианом ссорились из-за каких-то мелочей, он часто заказывал мне вкусняшки из этой кофейни. Да, этот парень всегда знает, как подсластить пилюлю.

— На самом деле, я схожу с ума не меньше твоего, — пожав плечами, отвечаю ему. — С каждым днем моя убежденность в том, что я завалю экзамен становится все сильнее. Никакой репетитор не может тебе помочь, если ты беспросветно туп.

— Ты не беспросветно тупа, — хмурится Брэд. — Я слышал, что ты идеалистка. Если все не идеально, значит, плохо. Это правда?

— Точно нет. Не знаю, где ты услышал эту глупость, но я никогда не придерживалась подобной тактики. Я стараюсь относиться к миру, как можно проще, но мне очень важно мое образование. Пусть я и не претендую на Йель или Стэнфорд, но мне бы хотелось поступить без каких-либо проблем хотя бы в UofL.

— На кого?

— Бизнес и менеджмент. Еще там есть музыкальная программа, я подумываю и о ней.

— Я собираюсь поступать туда же.

— Правда?

— Ага, там есть довольно сильное спортивное направление и возможность играть за местную команду. Раньше я думал, что баскетбол это просто хобби, но сейчас понимаю, что кроме него у меня в целом ничего больше и нет. Возможно, мне повезет, и я смогу в большой спорт.

— Конечно, повезет. Ты же талантлив до мозга костей, а еще ты один из лучших молодых легких форвардов в Луисвилле. Тебя ждет большой успех, если не забросишь это дело.

— Для той, кто не заинтересован спортом, ты много знаешь, что о нас говорят.

— В последнее время я часто скролю ленту и читаю всякое, — просто отвечаю я, не собираясь признаваться, что на самом деле причина моей осведомленности в Киллиане. С тех пор, как мы начали много времени проводить вместе, я захотела узнать эту его сторону.

— А что насчет выпускного? — напоминает Брэд.

Облизнув по привычке губы, опускаю взгляд на свою чашку. Не знаю почему, но мне неловко говорить, что я иду на выпускной с Киллианом и, пытаясь разобраться в себе, никак не пойму в чем причина. Брэд ни с кем не общался с ухода, я стала первой и единственной (ну, если верить ему), к кому он пришел после затишья. Либо ему очень хочется быть моим другом, либо я нравлюсь ему сильнее, чем сама понимаю. Если первый вариант безобидный, то второй отчего-то заставляет меня нервничать. Будь моя воля, я бы не хотела кому-либо нравиться, кроме Киллиана.