— Ну, я подумала, ты мог их подзабыть, пока жил за границей, — невинно пожимаю плечами.

— Аврора!

— Боже, не надо так нервничать! — делаю такой тон, которым бы обращалась к психически нездоровому человеку.

— Я не нервничаю! — Феликс стискивает зубы.

— Да ты не переживай так, это абсолютно нормально, нервная система ведь не железная, — несколько раз преувеличенно понимающе киваю. — Ты не пробовал магний?

— Аврора!

— Обязательно попробуй, — качаю головой. — Только учти, его надо принимать на постоянной основе.

— Аврора, мать твою!

— Нет, думаю, один магний тут не поможет, — вздохнув, качаю головой. — Можно ещё витаминчики поколоть…

Феликса, похоже, передёргивает, а я случайно ловлю краем глаза движение сбоку. Смотрю на Альберта, снимающего с плиты сковороду, и мне на секунду кажется, что он с трудом сдерживает смех — вон, даже плечи вздрагивают.

Но когда поворачивается к нам, на лице даже улыбки нет.

— Завтрак готов, — говорит негромко.

— Альберт, простите ради бога, но вы мне сейчас ужасно напомнили того дворецкого, Бэрримора, — улыбаюсь ему. — А вы не заходите в столовую со словами «овсянка, сэр»?

— Нет, — качает головой старик и теперь уже улыбается. — А вы любите на завтрак овсянку?

— Я вообще не люблю завтракать, — вздыхаю и, поднявшись, смотрю на Феликса. — Поэтому подожду вас у поста охраны в холле, Феликс Эдмундович.

— Ты позавтракаешь.… - начинает мужчина, тяжело дыша, но потом после паузы начинает заново: — Я… предлагаю тебе… составить мне компанию за завтраком.

Молчит ещё пару секунд, а потом добавляет:

— Пожалуйста.

— Спасибо, это так мило… — расплываюсь в насквозь фальшивой улыбке, а когда он уже выдыхает, заканчиваю ледяным тоном: — …но я не голодна. До вечера, Альберт, — киваю старику и выхожу из кухни.

Мне приходится сделать над собой усилие, чтобы пройти мимо Феликса и не обогнуть его по максимально возможной дуге. К тому же я боюсь, что он может схватить меня за руку или за плечо.

Но, слава богу, не делает этого.

И за мной в холл не идёт, хотя этого я тоже опасалась. Но, видимо, завтрак для него — слишком важная трапеза, чтобы её пропустить.

Про себя от души пожелав муженьку подавиться, в холле обращаюсь к охраннику:

— А вас как зовут?

— Анатолий, — кивает тот осторожно.

— Толя, а вы завтракали? — спрашиваю сочувственно. — Если нет, то, может, сходите?

Взгляд парня становится таким подозрительным, что я успеваю возгордиться собой. Кажется, у меня сложилась определённая репутация!

— Да не собираюсь я сбегать, — говорю, хмыкнув, машу рукой. — Просто спросила, без всякой задней мысли.

— У нас есть график приёма пищи, Аврора Романовна, не переживайте, — качает головой Толя.

— Ну ладно, — вздохнув, оглядываюсь и устраиваюсь на небольшом диванчике, собираясь ждать, пока их величество мой супруг позавтракает.

Но Феликс выходит в холл буквально пару минут спустя. Неужели всё-таки завтрак колом в горле встал?

— Пойдём, — обжигает меня взглядом и открывает мне дверь.

Решив, что уже достаточно навыступалась сегодня утром, поднимаюсь и выхожу из квартиры.

Феликс огибает меня и, опередив, вызывает лифт. Мужчина не говорит ни слова, и я решаю, что тоже буду молчать. В конце концов, я же личный секретарь. Должна не отсвечивать и выполнять распоряжения.

«Ага, то-то ты выполняла сегодня», — звучит у меня в голове ехидное.

Так он и пытался распоряжаться не мной-секретарём, а мной-женой, думаю тут же. Вполне резонно, что получил от ворот поворот. Как жена, я приказы выполнять не обязана. А вот как секретарь…

— А какая у меня зарплата? — спрашиваю неожиданно, заходя в подъехавший лифт.

Феликс давится вздохом, ошалело смотрит на меня.

— Ты сказал… прошу прощения, вы сказали, Феликс Эдмундович, что я ваш личный секретарь, — напоминаю ему. — Какая зарплата на этой должности?

— Ты серьёзно? — выдаёт он сипло.

— Безусловно. Должна же я знать, в какую сумму вы оцениваете моё подчинение. Может, я решу, что предложение не стоит свеч.

— Я…. дам тебе договор на подпись, — сумрачно обещает мужчина. — Там всё указано.

— А-а-а, ну отлично, — киваю спокойно. — А не подписать я могу? Ну, если меня условия не устроят?

— Если тебя не устроят условия, ты идёшь ко мне, мы их обсуждаем и делаем так, чтобы они тебя устраивали, — с паузами выдавливает из себя Феликс.

— Кстати об условиях, — вспомнив, прищуриваюсь, глядя на него. — А как насчёт брачного контракта? Или моя подпись уже красуется на каком-то восхитительном документе, который я в глаза не видела? Как и своё свидетельство о браке до позавчерашнего дня.

— Брачный контракт можно составить в любой момент брака, не обязательно до его заключения, — отвечает он холодно.

— Забочусь исключительно о твоих интересах, — пожимаю плечами. — Может, я меркантильная щучка, которая собирается оттяпать половину твоего состояния.

На это Феликс не отвечает — возможно из-за того, что двери лифта как раз в этот момент открываются и мы выходим в холл подземного гаража. Иду следом за мужчиной к машине, преодолев себя, устраиваюсь рядом с ним на заднем сиденье — хорошо хоть между нами опущен широкий подлокотник.

Дорога проходит в полном молчании, но меня это не особенно напрягает. Так даже лучше. Я достаю мобильный и утыкаюсь в него, делая вид, что занята. Время от времени у меня возникает ощущение, что Феликс кидает в мою сторону взгляды, но сама я на него упорно не смотрю, поэтому не могу быть уверена.

Когда заходим в компанию, я вообще цепляю на лицо максимально отстранённое выражение и держусь в паре шагов за Феликсом, не отрываясь от телефона. Делаю вид, что просто случайно присоседилась, и вообще «я не я, и лошадь не моя».

Правда, эта тактика благополучно перестаёт работать, стоит нам выйти из лифта на этаже руководства. Потому что в приёмной к Феликсу бросается Марина.

— Феликс Эдмундович! За что? Что я сделала?! — восклицает дрожащим голосом.

Торможу следом за начальством и подавляю желание спрятаться за его спину. Потому что взглядом, который бросает на меня, как я понимаю, уже бывшая секретарь Феликса, вполне можно было бы убить.

А вообще — это в какое ж отчаяние она должна была впасть?! Чтобы вот так к нему лезть?

Феликс подтверждает мою мысль.

— С каких пор, — начинает таким тоном, что меня пробирает озноб, — я должен давать пояснения по собственным решениям?

Марина, видимо, почувствовав примерно то же самое, что и я, отступает на пару шагов, бледнеет и опускает глаза.

— Простите, — почти шепчет, сжимает трясущимися пальцами ремешок сумки. — Простите, пожалуйста, я…

— Вам передали моё распоряжение?

— Д-да, — судорожно кивает.

— Исполняйте, — холодно бросает Феликс. — Аврора, — кивает мне на свой кабинет.

Сдержавшись, иду, куда сказано. По дороге ловлю яростно-ненавидящий взгляд Марины и давлю вздох. Если она остаётся работать в компании — а, видимо, остаётся — то мне лучше не попадаться ей на глаза.

Феликс тем временем, пройдя за свой стол и включив ноутбук, отправляет на печать какой-то документ. Рассеянно удивляюсь, что он делает это лично, но, с другой стороны, какое моё дело. А мужчина, забрав из принтера листы, протягивает их мне.

— Ознакомься и подпиши, — говорит, сверля меня взглядом. — Это контракт на должность личного секретаря.

— На работе кто-то в курсе, что ты женат и твоя жена — твой секретарь? — спрашиваю, забирая листы.

— Я что, должен был объявление по громкой связи сделать?! — раздражённо отвечает Феликс. — Нет. Пока нет.

— Отлично. Я могу пойти в приёмную и ознакомиться там? — уточняю негромко.

— Ты.… - начинает он, но тут у него звонит мобильный. — Да! — рявкает в трубку.

Воспользовавшись моментом, показываю жестом, что выйду, и выпрыгиваю за дверь, прикрывая её за собой. Оглядываюсь по сторонам и с облегчением выдыхаю — никого нет. Не хватало ещё, чтобы меня здесь Марина подкарауливала…