Занятия на подкурсах проходили вечерами и я почти не видела понты студентов, о которых слагали легенды, так как вечернего отделения тут не было и в универ приходили такие же, как я. Это были разномастные ребята, из разных городов, разных возрастов. Были состоятельные, были и вполне себе простые. И даже я на их фоне за счет красивой одежды и того, что Сулейман Рашидович иногда посылал за мной своего водителя, а иногда меня подбрасывал водитель Карины, как бы ее это ни бесило, казалась другим очень даже и не с низов...

После того инцидента она больше меня не задирала. Да, мы не дружили и соблюдали нейтралитет, но больше она меня не оскорбляла.

Более того, меня стали приглашать на семейные ужины в гостиную, когда домой приезжал Сулейман Рашидович. Возможно, он так распорядился, а может... Иногда мне казалось, что без Рената не обошлось... Ренат... Его я не видела уже месяц... Слышала краем уха от служанок, что он улетел в Эмираты по каким-то рабочим вопросам отца. А еще позорно пыталась найти хоть какую-то информацию о нем в соцсетях. Пару раз даже получилось. Девочки на курсах обсуждали как-то поездку в Эмираты, делились впечатлениями о походе в модные клубы и рестораны. Вечером украдкой я загуглила эти названия в соцсетях, нашла их страницы и даже увидела, как мне показалось, Рената на паре кадров... Сердце больно защемило... Он был в компании красивых людей — девушек и мужчин, они веселились и жили лучшую свою жизнь в формате понимания таких, как Карина... Он мне больше не писал... Его телефон я заряжала исправно, но... больше ни одного сообщения. После того случая на обочине после магазина он свел к нулю наше соприкосновение, а потом и вовсе укатил в свой Дубай... И хорошо...

Все эти переживания были от шайтана. Что же реально было важно здесь и сейчас — это доступ к учебе. Тут, признаться, я и правда открыла для себя целый мир... Английский, география, литература и русский язык. Я восхищалась подходами преподавателей и старалась изо всех сил. Сложнее всего дело обстояло с историей. Сложно мне было запоминать все эти даты и места. Да и преподавательница как-то пугала. Шикарная женщина, в свои пятьдесят выглядящая на тридцать, сосредоточенная и требовательная...

Если нас аттестовали тестами, у меня более-менее все получалось, но вот если приходилось писать эссе...

Как-то после очередного моего провала она попросила задержаться...

Уже думала, что Инга Львовна пройдется по мне своим высокомерно-выдержанным тоном, как это делала уже пару раз в присутствии нас всех с другими студентами, но на удивление, разговор пошел в совсем другом русле...

— Дагмара, скажи пожалуйста, что такое в твоем понимании история и зачем она нужна?

Я задумалась...

— Наверное, чтобы быть эрудированным и блистать знаниями дат...

— Пресно и плоско... Я разочарована... — выдохнула она, — попробуй еще. Включи мозг...

Она пару раз постучала своим наманикюренным ногтем по роговой поверхности брендового футляра от оптических очков. Я задумалась, изо всех сил напрягая мозг... Бабушка любила рассказывать историю наших краев...

— Наверное, чтобы знать свои корни... И понимать их...

— Молодец, теплее, — улыбнулась она вдруг мне. Она вообще редко улыбалась, — история, Дагмара, это опыт... А опыт — это самая важная ценность любого человека. Личный опыт ценен в личных вопросах. В вопросах философских и государственных важен опыт коллективный.

Иногда эти понятия пересекаются, но суть остается единой — без опыта мы ничто. Единственное, что у нас не могут отобрать — это опыт и воспоминания. И это говорит о том, что именно история — самое ценное знание, ибо история и есть опыт и воспоминания...

Я смотрела на эту удивительную женщину, ловила каждое ее слово и даже не дышала, пока она говорила...

Девчонки поговаривали, что она жена какого-то нашего посла в арабской стране, что сама родом из дипломатической семьи с аристократичными корнями. Я понимала, что для меня она и есть воплощение настоящей женщины, которая умела себя нести и была уверенна в себе настолько, чтобы убедить в своей непогрешимости и других...

— Вот тебе домашнее занятие, Дагмара. Подумай над тем историческим женским персонажем, который более всего отзывается в тебе.

Именно отзывается. Не то, что ты найдешь на страницах истории и посчитаешь правильным с точки зрения социальных норм, а что будет близко тебе... Думай широко. Исторический контекст тоже широкий.

Давай, на этом все. Твою тройку я не буду записывать в журнал. Мне кажется, что ты способна на большее. Я в тебя верю...

Я шла с пар, как оглушенная... Получить такую высокую похвалу от такой женщины? С чего? Почему я? У нас ведь были и другие вгрызающиеся в гранит науки студенты...

— Дагмарыч, ты что такая задумчивая? — налетела сзади Зинка, моя согруппница. Очень хорошая девочка из Твери. Мы сразу сдружились.

— Да так, просто задумалась.

— Что это Королевишна оставила тебя после пары? — назвала преподавателя по ее кличке и уставилась с интересом. Зина поступала в МГИМО уже во второй раз. Первый провалила. И потому была крайне серьезно настроена в этот раз ничего не упустить...

— Да так... Не выходит у меня пока мыслить категориями политика, — улыбнулась я, пока мы шли к автобусу. Сегодня машина Сулеймана Рашидовича ждала меня у Юго-Западной, прямо на входе в метро.

— Дагмар, я день рождения отмечаю в эту субботу! Хотела тебя позвать. Будешь ты и еще Любка с Ксеней.

— Ой, классно! — в груди сердце аж затрепыхалось. Я еще никуда вот так в Москве не выходила... — а где?

— Дома у меня, на квартире съемной! Ты отпросись у своих, с ночевкой! Классно время проведем! В караоке попоем, фильмец посмотрим, Ксенька вкусняху приготовит... Что скажешь?

— Попробую, — задумалась я.

Ну, а что плохого? Я же не куда-то шляться иду... Я к подруге в гости.

У нас в республике тоже так ходили...

У метро меня и правда ждала машина. С самим Сулейманом

Рашидовичем на борту,

Я как села в авто, сразу почувствовала его мощную энергетику.

— Как дела, Дагмара? Как учеба?

— Все хорошо, спасибо.

— Как коллектив? Приняли тебя?

— Да, у нас очень хорошие девочки в группе. Мы сдружились...

— Это прекрасно. Я в тебе не сомневался. Твой отец тоже очень коммуникабельным был.

— Сулейман Рашидович, — не откладывая вопрос в долгий ящик, я решила сразу спросить, — тут дело такое. Одна из девочек, Зинаида, она квартиру снимает возле университета. Позвала нас к себе на день рождения в субботу. На ночевку... Можно? Пойти...

Голос дрожал. Почему-то показалось, что звучу я жалко...

Он посмотрел на меня. Строго и проницательно...

— Думаю, я не буду сейчас ни тебя, ни себя унижать предостережениями, Дагмара. Ты хорошая, правильная, чистая девушка без лишних движений... И я верю тебе. Верю, что ты реально пойдешь на день рождения. Так что иди. Водитель тебя привезет и отвезет, когда будет нужно...

— Спасибо! — произнесла я совершенно искренне.

Потому что тогда реально думала, что все будет именно так, как я говорю.

Потому что даже предположить не могла, что моим подружкам (спойлер) вдруг приспичит пойти в клуб, что они разрядят меня в один из Зинкиных нарядов по последней моде... И что как назло, я встречу в этом самом чертовом клубе только что вернувшегося из Дубай Рената...

Клуб назывался «Даймонд». И он действительно сверкал — золотом, хрусталем, полуголыми телами на танцполе и льдом в дорогих бокалах.

Я стояла у края зала, чувствовала, как сердце колотится в горле, перекрывая кислород. Бас долбил по перепонкам так, что, казалось, вибрируют кости… Воздух врезался в ноздри смесью парфюмов, пота и чего-то сладкого, тяжелого, от чего кружилась голова. Потом я узнаю, что это был запах кальянов, которые тут курили мужчины, высокомерно оглядывая танцпол.

— Расслабься, красотка! — Зинка, уже изрядно навеселе, дернула меня за руку. — Ты лучшая здесь, честное слово!