Тогда я еще думал, что этого можно будет избежать. Наивный...

— Меня не е...т, что ты там натворил и накувыркал с этой деревенской шлюшкой, слабой на передок, сегодня вечером, щенок, твоя помолвка на Малихе!

Я заржал, закинув голову.

— Во-первых, не смей оскорблять мою жену! Во-вторых, никакой помолвки не будет! Я женат!

— Хватит, — вмешался Гамзат, встав между нами, — скандалом вы только людей снаружи смешите и даете повод для сплетен, а ситуация у нас ужасная... Сюда завтра с обысками нагрянут органы. И очевидно, что они найдет все, что захотят. А вернее, захочет Капиев. Ты самонадеянно влез в эту историю, брат. Ты должен был с нами посоветоваться. Эта война была войной Тимура Камилова, но никак не тебя! Да, Капиев наш враг, но он не предпринимал против нас ничего враждебного. Мы могли бы посмотреть, как его завалят, а не лезть в драку сами.

— Тиммур мой друг и партнер!

— По бабам?! По школе?! По ГТА?! Вы два сопляка, росшие рядом, вот и все! Как в детстве херней страдали, так и сейчас продолжаете! — снова взорвался отец.

— Вот поэтому я и не посвящал вас в свои дела. Потому что любое, что бы я ни делал сам, отец, вызывает у тебя аллергию. Для тебя все херня. Только твои постоянные откаты, рэкет и ушлые схемы не херня. Я не хочу идти твоим путем! Мы больше не в девяностых! То, чем ты занимаешься, это тот же бандитизм, просто с более высокими бюджетами!

— Щенок... — он опять закатил глаза, — ты хоть понимаешь, что если мы сейчас озвучим отцу Малихи, что ты вот так вероломно кинул его дочь, он объединится с Капиевым?! Ты хоть понимаешь, что это означает?! Хорошо, тебе плевать на труд моей жизни, тебе плевать на братьев и сестру, но не думал, что когда ты пойдешь по этапу, твою Дагмару на флаг американский разорвут! Ты в курсе вообще, какой вкус у Капиева?! Про его первую жену слышал? Думаешь, он зря запал на Алию Гаджиеву, из-за которой у него весь сыр-бор с Тимуром случился?! Она и Дагмара, красивые породистые кавказские девушки, это его образ бабы, Ренат. Только за Алией стоит всесильный отец. А кто будет стоять за Дагмарой, когда нас всех посадят, идиота ты кусок?!

Я молчал сокрушенно. В этом отец был прав...В голове хаотично крутились разные мысли... Позвонить Тимуру, связаться с Гаджиевым...

Только насколько в этой схватке, где они фигурировали отнюдь не как статисты, у них тоже будут силы и желание защитить женщину, на которую я даже не успел публично заявить права?

— Послушай сюда, брат, — снова попытался внести рациональное зерно в беседу Гамзат. Гребаный стратег, у которого все идеально. Сейчас на удивление мне хотелось его слушать.... отец эмоционирует и это понятно, потому что поступил ты в любом случае паскудно, но времени мало и дело надо решать. Мы все обсудили и пришли к компромиссному варианту...

Я перевел взгляд на Сулеймана. Было понятно, что Гамзат сейчас озвучивает его волю, но в то же время, я видел, как недоволен он тем, что приходилось искать пиррово решение...

— Про твой никах с Дагмарой никто не знает. Помолвка с Малихой — это не свадьба. Всякое бывает. Помолвки разрывают. Ты ведь уверен в людях, которые были с тобой на никахе?

Мне категорически не нравилось то, куда вел Гамзат, но я кивнул. Как минимум в части того, что в кентах, которые поехали со мной на никах, я не сомневался. Они прикроют, тем более, что нужно просто молчать...

— Дагмару в известность ставить тоже не нужно. Она ни с кем не общается из этой компании, до универа еще пара тройка недель. Мы сегодня сделаем эту чертов помолвку, успокоим отца Малихи. Зато укрепим своим позиции перед грядущим землетрясением. По идее пары недель хватит, чтобы пережить наезды Капиева и его оборотней. Даже исламским канонам помолвка не помешает. Она уже твоя жена. Первая. Просто потом разорвете помолвку с Малихой. Повод можно поискать. У любой кавказской девушки, живущей в столице, есть, какие скелеты прятать в шкафу. Вот и придерешься...

— И не только той, что живет в столице, — угрюмо хмыкнул Сулейман, — это ж надо... Ладно ты, гуляка... Но она... Овечка... Глазки не балованы, губки не целованы...

— Не трогай Дагмару, — снова рявкнул я, — во всей ситуации с ней виноват только я. Но моя вина не отменяет то, что эта женщина целиком и полностью моя. Прими этот факт, отец. Не все бывает так, как ты хочешь... Мы выросли.

Все. И у каждого из твоих детей может быть отличное от твоего мнение. Я говорил тебе, что люблю эту девушку. Просил тебя дать мне ее в жены. Мне нечего скрывать от тебя и сейчас и тебе не к лицу закатывать глаза и говорить, как глубоко ты поражен и разочарован мною…

— Хватит, — снова рявкнул сознательный Гамзат.

Я чертыхнулся про себя и отвернулся к окну, за которым на горизонте виднелись высокие горы... Безмятежные и предельно далекие от всех наших нелепых разборок...

— Помолвка в шесть, — процедил сквозь зубы Сулейман, — в «Хазаре».

Попробуй только опоздай.

Я переживу этот проклятый цирк. Нелепый и беспощадный.

Малиха неплохая девушка. Но один взгляд на ее до приторности идеальную голливудскую улыбку после трех лет ношения капп и отбеливания по передовой технологии, отламинированные волосы и штампованную работу лучшего визажиста республики вызывает рвотный рефлекс.

Перед глазами растрепанная Дагмара в моей постели. Все еще невинная после всех моих ласк, зацелованная, прекрасная в своей естественности всегда...

Я налегаю на алкоголь больше, чем нужно, с раннего утра. Как прорвало, когда утром получил от нее сообщение... Так и представляю ее растерянную...

Котенок, только научившийся ходить... Мой котенок. Как бы я хотел к тебе.

А не вот это все...

Торжество излишне помпезно и чванливо. Мне снова тошно. И даже почти жаль Малиху, потому что я знаю, что скину с шеи балласт в ее лице при первой возможности...

Еще алкоголя...

Мне мало...

— Эй, официант! — подзываю удачно оказавшегося рядом чувака и... обмираю...

Что за чертовщина? У меня уже глюки?

Хватаю его за руку и трясу.

Он дышит часто... Сука, боится...

Нет, не показалось.

Передо мной тот самый имам! Мать его, имам, который провел наш никах!

Что за черт?!

Может у него брат-близнец?!

Мужик вырывает руку и быстро отходит.

— Э, подожди! — кричу я, привлекая внимание людей.

Рядом оказывается Каринка. Успела прилететь, ушлая. Мы с ней еще не говорили о том, как она справилась со своей задачей.

Но выражение ее лица сейчас...

— Ты его видела?! — спрашиваю я раздраженно, — это что за шутка ебучая?!

— Что случилось? — недоуменно смотрит на меня Малиха.

— Отойдем, Ренат? — оглядывается по сторонам Карина, вся трясясь, — ты перебрал.

— Объясни мне, мать его! Ты это тоже видела?!

— Отойдем, Ренат... — почти умоляет она.

Но я считываю блядскую ложь в ее тоне.

В горле начинает вибрировать страх и шок.

Сука, что происходит? Что за сюр?!

Мы оказываемся за ширмой, она тут же хватает за руку.

— Он бы убил меня, если бы я тебе сказала, Ренат! Прости! Он узнал, что я кручу роман! Он! Он в горы меня сослать собирался! Замуж выдать за старика! Я! Я просто подыграла!

— О чем ты говоришь?! — в ушах нарастает гул.

— Это не имам, это сотрудник отца! Он сказал, подсунуть его вместо настоящего имама, которого вызвал на наводнение... Я боялась тебе сказать... ну... И подумала, что ты потом сам все разрулишь! Все равно вы друг друга любите! Она бы приняла...

— Где Дагмара, Карина?! Ты сделала то, о чем я тебя просил?! — спрашиваю сиплым голосом, наблюдая за ушлой сеструхой.

— Да! — кричит она горячо, — конечно! Она в Москве! Я... перевезла ее... Я... — она отводит глаза, а я хватаю ее за горло и сжимаю...

— Еще раз, Карина! Ты сказала Дагмаре то, что сейчас сказала мне?!

— Ренат! — слышу я голос отца, который зовет меня. Очередной тупой тост…