Исполин двигался с пугающей, ртутной скоростью, размываясь в пространстве. Для существа, привыкшего веками рубить головы драконам, выкашивать паладинов сотнями и прорубать просеки в плотных рядах вражеской тяжелой пехоты, стояла невероятная, почти невыполнимая задача: не убить.

Требовалось хирургически, ювелирно обезвредить противника, не сломав при этом ни одной хрупкой человеческой косточки, не повредив внутренние органы сосуда и не оставив на теле популярной журналистки следов, несовместимых с жизнью.

Первый залп черных ледяных копий прошел мимо. Богатырь скользнул под смертоносный рой, словно вода, огибающая камень. Огромные армейские берцы бесшумно ступали по бетону, совершая сложные, зигзагообразные перемещения.

Ирэн взвыла от ярости, обрушивая на нападающего волны энтропийного пламени. Пол под ногами плавился, арматура с шипением испарялась, но цель каждый раз оказывалась в нескольких миллиметрах от зоны поражения.

Мясник неумолимо, шаг за шагом, сокращал дистанцию. Разум бессмертного работал в режиме квантового суперкомпьютера, просчитывая траектории магических атак, оценивая мышечный тонус женского тела и высчитывая точный, до грамма, предел допустимого кинетического воздействия.

— Ты не сможешь уворачиваться вечно! — провизжала Ищейка, теряя остатки хладнокровия и формируя в ладонях пульсирующую сферу концентрированного вакуума. — Одно попадание, и твоя туша разлетится на атомы!

Ответом послужил финальный, сокрушительный рывок.

Тактик поднырнул под магическую сферу, сжался в пружину и выстрелил собственным телом вперед, пробивая защитный эфирный барьер демона исключительно за счет колоссальной физической массы и скорости.

Широкие ладони, способные гнуть валирийскую сталь, сомкнулись с нежностью опытного акушера. Пальцы богатыря безошибочно легли на болевые точки, парализуя двигательные рефлексы. Одно плавное, текучее движение — и грозный высший демон оказался виртуозно, без малейшего вреда для здоровья, скручен в бараний рог.

Ветеран рухнул на бетонный перрон, увлекая за собой брыкающуюся журналистку. Гигант бережно, но намертво, словно бетонной плитой, прижал хрупкое тело телезвезды к холодному полу всем своим колоссальным весом. Левое колено убийцы зафиксировало ноги противника, а правая рука надежно блокировала любые попытки сформировать магический жест.

Ищейка, оказавшись в физическом капкане под тушей весом далеко за центнер, истошно, бессильно завыла.

Тварь дергалась, извивалась, пыталась плеваться кислотой, но не могла сдвинуть сибирского Мясника ни на миллиметр. Анатомический замок был выполнен безупречно. Человеческий сосуд оказался полностью, абсолютно обездвижен, при этом не получив ни единого перелома.

— Ада! Работаем! — ровным, лишенным даже намека на одышку голосом скомандовал пришелец, продолжая удерживать бьющуюся в истерике демоницу на холодном бетоне. — Фаза фиксации завершена. Приступайте к процессу.

Из-за ближайшей бетонной колонны, тяжело дыша и спотыкаясь о куски арматуры, выбежала повариха. Девушка сбросила с плеч рюкзак.

— Выпускай меня, смертная! Быстрее! — надрывался из глубин брезентового плена Архилич. — Настало время великого колдовства! Время показать этой выскочке истинную силу сибирской бумажной магии!

Ада дрожащими, но удивительно ловкими для такой стрессовой ситуации руками расстегнула молнию старого спортивного рюкзака. Выцветшая брезентовая ткань буквально трещала по швам от переполнявшей ее концентрированной магической энергии.

Из темного нутра сумки прямо на пыльный бетон недостроенного перрона выкатился Архилич. Тысячелетний череп сиял так ярко, что осветил мрачные своды лиминальной станции метрополитена плотным, токсично-изумрудным свечением.

— Тетрадь! — истошно, перекрывая завывания аномального сквозняка, скомандовал Кел-Моран. — Живо доставай мой главный аналитический труд! Ту самую, с розовым котенком на обложке!

Су-шеф торопливо запустила руку в рюкзак и извлекла на свет обычную школьную тетрадку на сорок восемь листов, купленную когда-то в ближайшем супермаркете по акции. Однако сейчас канцелярское изделие выглядело пугающе. Дешевый картон вибрировал, обжигая пальцы холодом, а нарисованный пушистый котенок словно скалился, источая густую, пульсирующую маджентовую ауру.

— Что ты с ней сделал, Кеша⁈ — ахнула девушка, едва удерживая бьющийся в руках предмет. — Она же фонит радиацией!

— Вы думали, я просто так, от скуки, заставлял нашего бессмертного конспектировать вечерние эфиры? — торжествующе, с нотками академического превосходства возвестил костяной маг, подпрыгивая на бетоне. — Глупцы! Я месяц скрупулезно анализировал коррупционные скандалы, схемы отмывания денег из сериалов про ментов и бюрократический произвол чиновников!

Некромант сделал драматическую паузу, позволив зеленым всполохам в глазницах вспыхнуть с новой силой.

— Эта сорокавосьмилистовая канцелярия впитала в себя такую концентрацию экзистенциального страдания, чиновничьего равнодушия и боли рабочего класса, что эволюционировала! Перед вами не просто бумага в клеточку. Это Истинный Гримуар Российской Федерации! Оружие абсолютного юридического поражения! Прижми его ко лбу твари, девчонка! Начинаем ритуал!

Виктор, продолжающий намертво удерживать бьющуюся в истерике демоницу на полу, лишь крепче стиснул зубы. Под колоссальной массой бывшего главнокомандующего хрупкое тело телезвезды ходило ходуном. Ищейка рычала, изрыгая потоки первобытных проклятий, ее лишенные зрачков белые глаза метали в потолок искры черного пламени, но сдвинуть сибирского Мясника монстр был физически не способен. Бессмертный воин работал как идеальный гидравлический пресс, бережно, но безжалостно фиксируя сосуд.

Ада, набрав в грудь побольше спертого подземного воздуха, шагнула к поверженному врагу. Девушка с силой, не обращая внимания на яростные плевки демона, припечатала светящуюся тетрадь с котенком прямо к мокрому от пота лбу журналистки.

Раздался оглушительный, шипящий звук, словно раскаленное клеймо опустилось на кусок сырого мяса. Ирэн выгнулась дугой, истошно закричав.

— Читай за мной! Каждую букву, громко и четко! — скомандовал Кеша, проецируя текст заклинания прямо в разум поварихи.

Су-шеф зажмурилась и начала декламировать. С губ Ады сорвалась самая жуткая, сюрреалистичная и могущественная смесь слов, когда-либо звучавшая под сводами омских подземелий. Древняя, мертвая латынь нижних миров причудливо, но намертво сплелась со статьями Уголовного Кодекса.

— Exorcizamus te, omnis immundus spiritus… — звонко начала девушка, и от ее голоса черная вода на потолке пошла рябью. — Изыди, сущность нелегальная, ибо нарушаешь ты статью двести десятую — организация преступного сообщества!

Ищейка забилась под тяжестью гиганта еще сильнее. Из уголков идеальных губ красавицы потекла черная, дымящаяся пена. Демон пытался воззвать к древним правам Бездны, но концептуальная мощь российской бюрократии, помноженная на милицейские сериалы, давила авторитетом.

— Omnis satanica potestas! — продолжала чеканить Ада, вжимая картонную обложку в лоб телезвезды. — Именем статьи триста тридцатой — самоуправство, и статьи сто тридцать девятой — нарушение неприкосновенности жилища, приказываю тебе покинуть сей биологический сосуд! Твои действия квалифицируются как незаконное проникновение со взломом ментального барьера!

С каждым произнесенным параграфом атмосфера на лиминальной станции накалялась до предела. Строительный мусор, левитирующий в воздухе, закружился в бешеный, воющий вихрь. Пространство трещало по швам. Истинный Гримуар в руках су-шефа полыхал невыносимым светом, страницы тетради начали судорожно, с шелестом перелистываться сами собой, обнажая аккуратный почерк Крида, описывающий откаты при строительстве дорог.

— Покинь гражданку Российской Федерации! Без документов, без СНИЛС и регистрации твое пребывание здесь есть административное правонарушение, влекущее депортацию за пределы мерности! — выкрикнула финальный аккорд заклинания хозяйка хрущевки.