Пришелец же ступал по скользкой корке с невероятной грацией. Абсолютный хищник идеально контролировал баланс тяжелого тела. Даже с двухметровым бревном на плече воин двигался плавно, словно снежный барс, не скользя и не оступаясь. Центр тяжести был выверен до миллиметра.

До остановки добрались без происшествий. На промерзшем пятачке уже толпилось несколько десятков хмурых, закутанных в шарфы людей.

Спустя пять минут ожидания к бордюру с оглушительным ревом дизельного двигателя и шипением пневматических тормозов подкатил переполненный муниципальный автобус. Старые желтые двери открылись с натужным скрипом.

И тут началось то, что навсегда изменило представление тысячелетнего генерала о людской расе.

Толпа, до этого мирно мерзнущая на ветру, внезапно превратилась в единый, беспощадный организм. Начался жестокий, бескомпромиссный штурм узких двойных дверей. Омские пенсионерки, вооруженные массивными тележками на колесиках, словно тяжелая пехота, ринулись на приступ цитадели. Они пробивали себе путь локтями, плечами и сумками, не обращая внимания на стоны зажатых в толпе конкурентов.

Гость из Бездны замер, завороженно наблюдая за этой локальной мясорубкой.

Оценивающий взгляд профессионального полководца мгновенно распознал в сгорбленных бабушках невероятную ярость и волю к победе. Эти воительницы не боялись ни боли, ни тесноты, ни смерти под колесами. Они шли на штурм так, как не ходили на стены вражеских городов даже самые отбитые берсерки в его легионах.

Искренне восхищаясь бесстрашием сибирского народа, бессмертный убийца шагнул в гущу сражения.

Используя свой гигантский рост и замотанный в ковер меч, гигант втиснулся в салон, действуя как монолитный ледокол. Он аккуратно, но непреодолимо раздвинул толпу, ставя ковер вертикально перед собой. Широкая спина надежно прикрыла Аду от сокрушительных ударов чужих локтей и сумок.

Девушка оказалась в своеобразном безопасном кармане, заслоненная могучим телом от всех невзгод общественного транспорта.

Автобус дернулся и медленно покатил по маршруту. Динамик под потолком надтреснуто, с жуткими помехами прохрипел название следующей остановки. Внутри царила немыслимая давка, пахло мокрой шерстью, перегаром и дешевым парфюмом. Окна наглухо заледенели, покрывшись толстым слоем морозных узоров.

Казалось, в такой тесноте невозможно даже вздохнуть, не говоря уже о перемещениях. Но внезапно людское море начало колыхаться.

По проходу, неумолимо надвигаясь с задней площадки, продиралась Кондуктор. Это была женщина поистине необъятных размеров. Накинутая поверх куртки ярко-оранжевая жилетка делала ее похожей на сигнальный буй. На голове возвышалась монументальная прическа ярко-фиолетового цвета, а на груди висела тяжелая сумка, набитая мелочью — своеобразная кольчуга из звенящих монет.

Она двигалась сквозь спрессованную толпу с грацией ледокола «Арктика», ломающего вековые льды. Ее взгляд, ледяной и пронизывающий, сканировал пассажиров, выискивая зайцев с точностью тепловизора.

Вскоре грозная, массивная фигура уперлась прямо в стальной пресс нелегала. Женщина снизу вверх посмотрела на двухметрового амбала с ковром и, ничуть не смутившись его пугающих габаритов, рявкнула:

— За проезд передаем, молодой человек! Чо встали как памятник посреди прохода⁈ Платим или на выход!

Мечник замер. Он был искренне, до глубины души поражен способностью этой местной обитательницы перемещаться в столь жутких пространственных аномалиях. От фиолетововолосой женщины исходила могучая, непререкаемая аура абсолютной власти над вверенной территорией.

Ветеран безошибочно почувствовал в хозяйке салона статус Хранителя Подземелья. В его картине мира такие существа взимали дань кровью или золотом за право безопасного прохода через их владения.

Огромный убийца, наводивший ужас на целые континенты, уважительно и покорно склонил голову перед омским кондуктором, признавая ее авторитет в этом движущемся железном звере.

Ада, прекрасно понимая, что промедление смерти подобно, торопливо высунулась из-за широкой спины напарника.

— Два билета, пожалуйста! — пискнула девушка, прикладывая банковскую карту к терминалу в руках Валькирии.

Аппарат одобрительно пискнул, выплевывая длинную ленту чека. Кондуктор, получив свою дань, потеряла к ним всякий интерес и, оттолкнув какого-то студента мощным бедром, продолжила свое великое путешествие сквозь людские толщи, растворяясь в морозном тумане автобуса.

Высадка на конечной остановке напоминала эвакуацию с тонущего судна. Желтый муниципальный ледокол с натужным шипением открыл двери, и спрессованная людская масса буквально выплюнула напарников на обледенелый тротуар.

Перед гостями раскинулся Левобережный вещевой рынок — бесконечный, хаотичный лабиринт из ржавых металлических контейнеров, натянутых тентов и сколоченных из фанеры прилавков. Над торговыми рядами гулял безжалостный сибирский ветер. На натянутых веревках, словно знамена поверженных армий, раскачивались промерзшие до состояния фанеры джинсы. Со всех сторон неслись гортанные крики зазывал, предлагавших носки, термобелье и горячий чай из необъятных термосов.

Тысячелетний генерал Бездны сурово окинул взглядом простирающуюся впереди территорию. В его глазах это суровое место немедленно получило статус главной резиденции местной гильдии наемников. Бессмертный искренне полагал, что выстоять целый день на таком чудовищном морозе, охраняя свои товары, способны лишь закаленные в бесчисленных битвах ветераны с железной волей.

— Не отставай, грузчик, — скомандовала Ада, кутаясь в шарф и ныряя в узкий проход между рядами. — Нам нужен павильон с одеждой для великанов.

Поиски увенчались успехом минут через десять. Девушка уверенно затормозила возле точки, где на манекенах висели вещи поистине исполинских размеров. Продавец, укутанный в три пуховика и напоминающий пухлого снеговика, радостно потер замерзшие руки в перчатках без пальцев.

— О, какие люди! Девушка, брату ищете? Смотри, какой богатырь! На него есть всё, даже чехлы от танков! — с ходу пошел в наступление торговец, вытаскивая из недр контейнера необъятный черный спортивный костюм.

Процесс примерки обернулся очередным культурным шоком.

Улыбчивый продавец ловко кинул на утоптанный, почерневший от грязи снег кусок гофрированного картона от коробки из-под телевизора. Затем отдернул хлипкую, трепещущую на ветру шторку, приглашая клиента внутрь импровизированной примерочной.

— Вставай на картонку, брат, так теплее будет от земли! — заботливо посоветовал владелец точки.

Великий убийца, наводивший ужас на целые миры и собственноручно расчленявший костяных драконов, молча передал ковер спутнице. Затем совершенно невозмутимо стянул дедовские треники и остался стоять в одних трусах посреди сибирского рынка при минус двадцати градусах.

Ледяной ветер злобно кусал обнаженную кожу, покрытую вязью древних шрамов, но гость из Бездны даже не поморщился.

Холода попросту не существовало для организма, привыкшего к температурам ледяных пустошей Хельхейма. Однако сам процесс воспринимался воителем с предельной серьезностью. Бывший некромант расценил стояние на гофрированной бумаге как древний, сакральный шаманский обряд привязки новой брони к телу бойца. Картонка, несомненно, играла роль ритуального круга, защищающего ауру от злых духов промерзшей земли.

На могучую фигуру методично натянули исполинский черный спортивный костюм с тремя белыми полосами на лампасах, плотную водолазку, дешевую, но невероятно широкую черную кожанку и тяжелые зимние берцы на толстой подошве.

Ветеран шагнул с картонки и критически осмотрел свое отражение в осколке зеркала, примотанного скотчем к стенке контейнера.

Маскировка была оценена по высшему разряду. Черный цвет, не стесняющий движений крой, прочная кожа, защищающая от скользящих ударов. Пришелец сделал вывод, что его облачили в парадную униформу местного могущественного клана ассасинов. Три белые полосы наверняка обозначали высокий ранг внутри гильдии.