– Осталось только, чтобы Иннокентий двенадцатый развил ту же логическую цепочку, что и мы сейчас, – ответил я со вздохом.

Фёдор Алексеевич, снова перечитывавший в тот момент анонимное послание, поднял взгляд на меня, внимательно изучая, словно хотел понять, кто я такой.

Открылась дверь одной из спален, и вышла Софья, уже полностью готовая к завтраку. Князь незаметно спрятал записку в карман, не обязательно всем знать, поддерживаю.

– Доброе утро, – сказала княжна таким тоном, словно сама не верила в свои слова и с вопросом в глазах посмотрела на отца, потом на меня. – У нас всё в порядке?

– Конечно, – кивнул Пожарский с улыбкой. – Это было недоразумение. Кто‑то похулиганил ночью, а почему‑то решили, что это был Михаил.

– Надеюсь, обошлось без жертв? – с некоторым облегчением спросила девушка.

– Жертв нет, – сказал князь. – Пострадал царский слуга, который, видимо, не вовремя оказался в том коридоре.

Вслед за Софьей в центральной комнате покоев появились и все остальные, продолжились расспросы, повторные объяснения, выстраивались различные версии, кто бы это мог быть, но я прекрасно понимал, что это пустые разговоры, людям просто надо поговорить.

На самом деле враг неизвестен и будет продолжать делать гадости точно так же, исподтишка, оставляя записки, чтобы я знал, что они продолжают следить за каждым моим шагом и ждут, когда я совершу ошибку. А ещё он будет ждать, когда я на него устрою охоту, вот тогда он раскроется и… А что будет дальше, я не знаю, цели ночных «шутников» мне неизвестны, как и методы, которые они будут использовать в будущем.

– Что‑то ты совсем нос повесил, Михаил, – сказал вдруг Пожарский, заставив меня слегка вздрогнуть.

– Нет, я просто задумался, – ответил я, пытаясь изобразить беззаботную улыбку. – Всё в порядке, жизнь продолжается.

– Вот и правильно, – сказал князь, довольно улыбаясь и похлопав меня по плечу. – Главное, что ты с нами, а мы с тобой. И в Академии ты будешь не одинок, Александр уже будет проходить последний год обучения, поделится связями. Софья и Дмитрий будут постоянно рядом, они тоже о тебе позаботятся. А где‑то может и ты о них.

– Да, конечно, – теперь уже с искренней улыбкой ответил я, обводя всех взглядом.

В глазах всей семьи Пожарских я сейчас видел поддержку, даже Екатерина Васильевна смотрела в этот раз по‑доброму, практически по‑родственному. Наконец‑то война внутри замка в Солнцеграде закончилась. Надеюсь, что окончательно.

– А вот и завтрак подоспел, – довольно произнёс Фёдор Алексеевич, когда дверь после стука открылась и в комнату начали ввозить тележки, уставленные блюдами.

Слуги начали быстро сервировать на стол, а мы стояли в сторонке в ожидании, продолжая неторопливую беседу ни о чём.

Завтрак был уже в самом разгаре, когда в дверь снова постучали. Громче, чем слуги, что привозят еду, но намного тише того, что было в два часа ночи. Услышав разрешение, дверь открыл незнакомец в одежде придворного, но без родового знака.

– Ваше сиятельство, – обратился он к князю, вытянувшись по струнке. – Прошу прощения, что вторгся во время завтрака, но мне велено немедленно вам сообщить, что сразу после завтрака вас ждут в приёмной, что за тронным залом, вторая дверь слева. Вам следует прийти с Михаилом Фёдоровичем.

– А с кем встреча, с Его Величеством? – уточнил Пожарский.

– Этого я не знаю, ваше сиятельство, прошу извинить, – мужчина учтиво поклонился, развернулся на каблуках и почти строевым шагом покинул наши покои, осторожно закрыв за собой дверь.

Быстро завершив завтрак, под напутствия семьи мы с Фёдором Алексеевичем направились на назначенную встречу. Шли довольно быстро, но не теряя при этом гордой осанки и лица. Уже миновали тронный зал, длинный пустой коридор, потом я увидел слева одну дверь, вторую.

– Это здесь, – сказал Пожарский и сразу постучал, затем открыл дверь и степенно шагнул внутрь. – Князь Пожарский по вашему требованию.

Видимо, наше появление одобрили, князь прошёл дальше, а я вошёл вслед за ним в довольно просторный кабинет, достаточно богато, но в то же время строго обставленный. Царя здесь не было, за столом сидел мужчина, в котором я не сразу узнал того, что стоял во время моего испытания в тени трона и что‑то периодически нашёптывал царю. Лицо пожилого мужчины с торчащими из‑под странного головного убора седыми волосами было нарочито приветливым, я бы сказал приторным до оскомины, такая же улыбка.

– Проходите, Михаил Фёдорович, – сказал мужчина, глядя на меня, напрочь игнорируя князя, потом медленно повернулся к нему и добавил: – А вас, Фёдор Алексеевич, при всём уважении, я бы попросил подождать за дверью, у меня к молодому человеку строго конфиденциальный разговор.

– Как скажете, Яков Семёнович, – с явным напряжением в голосе ответил Пожарский, разве что, не скрипнув зубами, это меня ещё больше насторожило.

Князь вышел, закрыв за собой дверь, теперь Яков Семёнович снова сосредоточил своё внимание на мне.

– Присаживайтесь, Михаил Фёдорович, – любезно предложил мужчина, который, судя по всему, является главным советником царя и играет при дворе ведущую роль.

Выражение его лица оставалось таким же приторным, только взгляд был холодным и расчётливым, проникающим в самую суть. Я присел на край стула, сохраняя гордую осанку и важный вид, а также, не отводя взгляда от собеседника и ожидая, когда он начнёт говорить.

– Что ж, Михаил Фёдорович, княжич, наследник рода Пожарских, – медленно произнёс советник, словно смакуя каждое слово и пробуя его на вкус. – Вы, наверное, уже поняли, что маги ветра с таким высоким пределом не частый гость в наших краях, просто подарок судьбы.

– Подарки дарят, а иногда и передаривают, Яков Семёнович, – вкрадчиво, практически в тон ему, ответил я. – А я лишь человек, которому волей судьбы досталось такое наследство. И я не вещь, которая подлежит продаже или дарению.

– Ну что вы такое говорите, Михаил Фёдорович! – мой собеседник расплылся в улыбке ещё шире, со слащаво‑подхалимской физиономии казалось вот‑вот закапает мёд. – Никто не собирается вас дарить и продавать, это не в наших интересах, мы бы очень хотели оставить вас при дворе и никому не отдавать. Его Величество очень хотел бы видеть вас среди людей, что стоят ближе всех к трону.

Мужчина медленно поднялся со стула и сделал несколько неторопливых шагов, заложив руки за спину. У меня внутри всё сжалось. Я предчувствовал, что эта торговля не закончится там, в тронном зале, вот мы и вышли во второй тур. Соглашаться я не хочу, у меня свои планы, но эта навязчивость неспроста, мне могут и не дать спокойно уйти отсюда, без последствий.

– Его Величество предлагает вам место в его личной гвардии, Михаил Фёдорович, – снова заговорил мужчина, стоя у окна и медленно повернувшись ко мне. – Уж поверьте, он не предлагает это первому встречному, рядом с ним люди, которые заслужили особое доверие, но вы – особый случай, поэтому он решил отойти сейчас от принципов. Вы только попытайтесь представить, что вас ждёт, если вы согласитесь. Престиж, власть, доступ к тайнам государства и мироздания, который имеют лишь единицы. А самое главное – вы будете под защитой Его Величества, – советник сделал шаг ближе и сказал чуть тише, но достаточно твёрдо: – И под его рукой.

Всё с вами понятно. Служба в личной гвардии государя – это цепь, хоть и золотая. А я стану цепным псом, которого натравливают на врага, не забывая кормить и гладить, если всё сделал правильно. К такому раскладу я не готов, хоть это и звучит местами заманчиво.

– Я очень благодарен Его Величеству и вам лично за оказанное доверие и такое заманчивое предложение, но у меня пока что другие приоритеты в жизни, – сказал я спокойным твёрдым тоном. – Пока что я лишь маг первой ступени и только стою на пороге настоящего мастерства, а хочу достичь большего. Скоро начнутся вступительные испытания Царской Академии Магии, надеюсь пройти их успешно, а потом получить достойное образование, которое академия гарантирует. И ещё раз повторю, я хочу стать магом, а не чьим‑то мечом. Если вдруг я понадоблюсь государю, он знает где меня искать, выполнение долга перед Родиной никто не отменял.