Он не ответил сразу. Просто смотрел на нее — прямо, без тени усмешки. Давал понять: да, серьезно.

Лили резко выдохнула и уткнулась лбом ему в плечо, словно ей на секунду понадобилось спрятаться. Он почувствовал ее дыхание у основания шеи — неровное, сбивчивое. Метка снова отозвалась — короткой теплой волной.

— Ты вообще понимаешь, что говоришь такие вещи… — голос у нее дрогнул, но она упрямо договорила, — после того, как чуть не умер?

Она отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Я каждый день думала, что ты можешь не проснуться. Каждый день, Рик, — она провела ладонью по ткани его рубахи, будто проверяла, что он действительно здесь. — Не смей больше так меня пугать, слышишь?

Он накрыл ее пальцы своей ладонью, удерживая их на месте — над меткой. Провел большим пальцем по ее запястью, медленно, успокаивающе.

— Слышу, — негромко ответил он с улыбкой, затем чуть склонил голову, рассматривая ее. — И, между прочим… я слышал каждое твое слово.

— Каждое-каждое? — неверяще спросила она.

Он выдержал паузу, наслаждаясь моментом, затем сказал с нарочитой серьезностью:

— Особенно мне понравилось место, где ты становишься моей женой… и мы воспитываем пятерых детей.

— Пятерых?! — она вскинулась мгновенно, возмущенно, будто именно это было самым вопиющим.

Возмущение вышло таким искренним, что он не удержался и рассмеялся.

Одним плавным движением перекатился, подминая ее под себя, удерживая ладонями по обе стороны от ее плеч.

— Значит, против того, что станешь моей женой, ничего не имеешь? — спросил он уже тише.

Ра’карн внутри довольно оскалился.

Рик шумно выдохнул, с усилием удерживая контроль. Слишком близко. Слишком хорошо ощущал ее под собой — ее тепло, ее дыхание, ее запах.

Они замерли.

Он видел, как расширились ее зрачки, слышал быстрый, сбивчивый ритм ее сердца. Запах вокруг нее менялся — становился насыщеннее.

—И чего ты ждешь? — нетерпеливо рыкнул Ра’карн внутри. —Время удовлетворять нашу женщину…

Рик мысленно отмахнулся.

Нет. Он не собирался ее торопить.

Он медленно коснулся ее носа своим — коротко, почти невесомо — и позволил себе легкую улыбку, прежде чем все-таки заставил себя отстраниться. Помог ей подняться, бережно подхватил на руки и аккуратно уложил обратно в кровать.

Сам сел рядом, поправил на ней сорочку и почти невинно провел ладонью по ее ноге сквозь ткань.

Она вздрогнула.

Он видел — слишком хорошо видел — как под тонкой тканью сорочки напряглось ее тело, как чаще стала подниматься ее грудь. С заметным усилием он перевел взгляд выше — на ее лицо.

— Знаешь, что я делал, когда лежал на той узкой кровати? — его голос стал ниже, с теплой хрипотцой.

— Нет… — выдохнула она.

Он взял ее ладонь — осторожно, почти бережно — и поднес к губам. Поцеловал медленно, задержавшись, провел большим пальцем по коже, словно запоминая каждую линию.

— Я мечтал, — сказал он тихо. — Каждый день жил у тебя в доме. Слушал твои шаги. Ждал, когда ты уснешь…

Он коротко выдохнул — не от слабости, а от слишком плотных воспоминаний.

— И понял одну вещь. Я хочу видеть тебя рядом. Всегда. А после всего, что случилось… — он слегка сжал ее пальцы, — я только сильнее в этом убедился. Я не хочу тебя потерять. И сделаю все, чтобы твоя жизнь была безопасной… а ты — счастливой.

В ее глазах блеснули слезы. Она поспешно смахнула их, будто злилась на себя за эту слабость.

Рик молча раскрыл объятия. Лили не колебалась — сама прильнула к нему.

Он обнял ее крепче, чем собирался. Почувствовал, как она постепенно расслабляется в его руках, как ее пальцы осторожно скользнули по ткани рубахи — туда, где под ней лежала метка.

— Уже одно то, что ты передо мной… заставляет мое сердце сходить с ума… — едва слышно прошептала она. — Это ли счастье?

Драконий слух уловил каждое слово.

Сердце тяжело ударило в груди. Метка откликнулась горячей волной, растеклась под кожей почти болезненным теплом.

— Мне думается… это любовь, Саэльра, — мягко сказал он. — И я чувствую то же самое.

Он поцеловал ее в макушку — коротко, но крепко.

Лили чуть отстранилась, провела пальцами по его щеке. Он невольно потерся о ее ладонь — медленно, почти лениво, как большой довольный хищник.

— Я все решила, — хрипло сказала она.

Он прищурился.

— О чем ты?

Она глубоко вдохнула — заметно, с усилием, будто собиралась шагнуть в холодную воду. И сказала тихо, но твердо:

— Я согласна стать твоей женой.

Мир на мгновение будто остановился.

Звук ее голоса все еще звучал у него в голове, а внутри разлилось чистое, ошеломляющее чувство — яркое, почти болезненное по силе. Даже Ра’карн довольно урчал где-то в глубине сознания.

Рик смотрел на нее, не скрывая улыбки, которая сама расползлась по лицу.

Его женщина.

Его любимая.

Его пара.

Он переплел их пальцы и медленно поцеловал каждый — один за другим, будто закрепляя ее слова, запечатывая этот момент.

Затем потянулся к карману штанов и достал кольцо.

Темный металл мягко блеснул в его ладони.

Витое. Маленькие цветочные бутоны были усыпаны крошечными изумрудами, а в центре мерцал крупный, глубокий камень — живой, как сама метка на его груди.

— Ох… — вырвалось у Лили.

Она смотрела на кольцо с таким предвкушением, что у него на мгновение перехватило дыхание.

Он взял ее руку и медленно надел кольцо на палец.

Село идеально.

— Оно прекрасно… — прошептала она.

Рик шумно выдохнул и на мгновение прикрыл глаза — потому что ему отчаянно хотелось забыть обо всем вокруг и просто притянуть ее ближе. Удержать. Почувствовать, что она рядом — живая, теплая, его.

— А как же слияние? — с хищным удовольствием, прорычал Ра’карн.

— Слияние? — переспросила Лили.

Рик открыл глаза и медленно вдохнул.

— Слияние, — хрипло подтвердил он. — Полное соединение. Усиление магии. Так драконы закрепляют брак.

Он почувствовал, как меняется воздух между ними — будто становится гуще, плотнее. Лили медленно облизнула губы, и его взгляд сам скользнул за этим движением. Ее пальцы осторожно коснулись его груди — туда, где под кожей пульсировала метка.

И когда ее ладонь легла на нее полностью, по телу Рика прошла горячая волна удовольствия.

Воздух стал тяжелее.

— Я согласна… — тихо сказала она.

— Я согласна… — тихо сказала она.

Рик медленно моргнул. Его взгляд скользнул по ее лицу — задержался на линии шеи, на ключицах, на том, как неровно поднимается ее грудь. Он смотрел жадно, не скрываясь, и уже не пытался делать вид, что все под контролем.

Он потянул край ее сорочки вверх — медленно, давая ей время остановить его, если она захочет.

Лили подняла руки без колебаний.

Ткань мягко скользнула по ее коже, и он на мгновение задержал дыхание, позволяя себе просто смотреть.

— Ложись, — тихо выдохнул он. — Я хочу увидеть тебя… всю.

Он не отрывал взгляда ни на секунду. А потом его словно притянуло — не силой желания даже, а чем-то глубже, древнее.

Он наклонился и коснулся губами ее золотой метки.

И замер.

Бутоны на коже раскрывались — медленно, живо, будто отзывались на его прикосновение. Сердце Рика тяжело ударило в груди.

Он сглотнул.

— Она… красивая, — хрипло выдал он.

Он медленно спускался губами ниже, позволяя себе короткие, неторопливые поцелуи, чувствуя, как меняется ее дыхание, как под его руками становится горячее ее кожа.

— Почему она изменилась? — спросила Лили.

— Бутоны распускаются, когда просыпаются твои чувства, — тихо ответил он. — И чем сильнее чувства… тем ярче становится узор.

Она беспокойно шевельнулась под ним.

— А почему у тебя другая?..

Рик медленно провел пальцами по своей груди, коснувшись метки. Огромный изумруд под кожей пульсировал.

— Это сердце дракона, — тихо сказал он. — Ты его разбудила.