— Вот так… — пробормотала она.

Собрав крошку в шар, Лили прижала его к форме прямо на столе под окном. Солнечный свет делал тесто почти золотистым. Оно трескалось под пальцами, сопротивлялось, но она упрямо вдавливала его обратно.

Форму она понесла к холодному шкафу. Белая скатерть на круглом столе в центре кухни уже припорошилась мукой — она сама не заметила, как разнесла ее по комнате.

Вернувшись к рабочему столу, она взяла лимоны. В солнечном пятне их кожура светилась. Лили натерла цедру — аромат вспыхнул ярко, перебивая запах сушеных трав, что висели на балках.

Сотейник зашипел, когда она добавила сахар и крахмал. Начинка густела, булькала, лениво перекатываясь, будто что-то шептала на своем сладком языке.

Когда золотая масса остыла, Лили выложила ее в форму. Разровняла. Достала из холодного шкафа остатки теста — оно стало твердым. С довольной улыбкой она натерла его на крупной терке. Стружка мягко осыпала пирог, словно первый снег.

— Вот теперь будет идеально, — прошептала она и поставила форму в духовку.

Горячий воздух обжег лицо. Лили отступила и машинально оглядела стол. Полуденное солнце безжалостно высвечивало каждую крошку,каждый мучной след на столе, на полках и даже на полу у ее ног.

Она махнула рукой — и крошки, послушно скользнув по столешнице, собрались в небольшую горку и мягко упали в мусорное ведро. Ещё один жест — и часть мучного налёта с полок осыпалась вниз. Но на большее времени не было.

В нос ударил запах. Не тот сладкий, лимонный, которого она ждала.

Из-за спины донесся ленивый голос Графа:

— М-м-м… а мы всё-таки призываем де-е-емонов…

Он важно восседал на стуле за круглым обеденным столом и наблюдал за её суетой.

В этот момент в дверь лавки раздался частый стук.

Дверь задрожала от ударов. Затем кто-то решительно дернул ручку.

— Кто в здравом уме ломится в лавку во время обеда… — выдохнула Лили, вытирая ладони о фартук.

Стук повторился. Громче.

Лили раздраженно огляделась, не зная, что делать с пирогом: вытаскивать или захлопнуть дверцу и надеяться на то что тот не превратиться в угольки.

Прикусив губу, она подхватила форму прихваткой за горячие борта, аккуратно вытащила пирог и поставила на стол рядом. Края подгорели до темной, почти черной корочки.

Граф неторопливо вылизывал лапу и протянул:

— Ну всё, хозяйка-ау… допеклась. Демоны за заказом пришли. Требуют угли с цитрусовым послевкусием.

— Какие демоны?

— Если не демоны — значит сборщики долгов. А это, согласись, почти одно и то же.

— Но у нас нет долгов!

— Вот именно. Самый подозрительный факт за сегодня.

— Да ну тебя, Граф…

— Хозяйка-ау… — наткнувшись на ее рассерженный взгляд, он невинно моргнул. — В таком виде пойдешь?

Лили щелкнула пальцами. Провела ладонью вниз вдоль тела — очищающее заклинание мягко сняло мучной налёт с волос и кожи. Блузка и юбка снова стали безупречно чистыми.

— Лучше? — процедила она.

Граф фыркнул, спрыгнул со стула, задрал хвост высоко — как боевой штандарт — и важно направился к двери лавки первым.

Стук не прекращался.

Когда они вышли в торговый зал, через стекло стали видны двое мужчин в одинаковых тёмных плащах с широкими капюшонами. Лица скрыты. Наёмники. Маги. Или те, кто не желает быть узнанным.

Такие приходили редко. Но платили хорошо.

Лили невольно прищурилась. Если это заказ на редкие ингредиенты… возможно, она наконец-то закроет повышенный взнос в гильдию.

Лили открыла дверь и отступила в сторону. Мужчины вошли молча, огляделись, но капюшоны так и не сняли.

— Светлого дня, — приветливо сказала она. — Чем могу помочь, вайры?

Граф подбежал к ним, будто собирался обнюхать. Лениво потерся о ткань одного из плащей, для вида даже замурлыкал — и тут же резко прикусил ткань.

Щелкнули зубы.

Кот мгновенно отпрыгнул назад, морщась и потирая морду лапой.

— Тьфу-у-у… — протянул он с отвращением. — Это не плащ, а ходячая броня. Руны и амулеты прямо в ткань вшиты. Против клыков, против когтей… Ну попробуй такого кусни-и.

Один из мужчин едва заметно дернул головой. Второй даже не шелохнулся.

Лили сохранила вежливую улыбку.

— У нас есть все необходимое. Настойки, сборы, эликсиры. Вы ищете что-то конкретное?

— Нам нужно быстродействующее снотворное. Такое, чтобы даже на дракона подействовало. Бессонница мучает, — сказал один из мужчин.

Лили лишь кивнула.

— «Сонная роса», «Капли Ночного Мира», «Пыль Полузабытых Снов» — это быстродействующие средства.

— Все это мы пробовали, — перебил тот же мужчина. — Не помогает. Есть что-то по-настоящему сильное?

Второй молча положил на прилавок мешочек с монетами.

— Возможно… у вас есть Лунная Сердцевина Ноктурна.

Лили едва заметно качнула головой, сохраняя улыбку.

Лунная Сердцевина слишком ценна. У неё она была. Но не каждый клиент получает всё, что просит. Даже если готов платить.

Она уже потянулась к полке с пузырьками, намереваясь перевести внимание на другие зелья, но Граф скользнул по стойке, как тень.

— Хозяйка-ау… кажется, один флакончик прямо на виду…

Кот ловко подпрыгнул на соседнюю полку, будто хотел заслонить маленький матово-серебристый флакон. Лапой он толкал его дальше, за другие банки…

Но сегодня был явно не их день.

Флакон предательски завалился и полетел вниз.

На долю секунды завис в воздухе.

И его перехватила рука в черной кожаной перчатке.

Лили сглотнула и бросила на Графа выразительный взгляд, сулящий ему воспитательный разговор.

И только потом позволила себе облегченно выдохнуть: хорошо, что не разбился. От одного запаха Сердцевины даже в жидком виде можно уснуть стоя. А если принять внутрь, то проспать больше суток.

Молчаливый мужчина аккуратно поставил флакончик на прилавок, придерживая его за округлый бок в перчатке.

— Спасибо, что спасли флакончик. Граф сегодня неуклюж, — Лили взялась за горлышко и потянула его на себя.

Разговорчивый чуть наклонил голову и елейно произнес, словно говорил лучший комплимент:

— Нам было бы крайне неприятно узнать, что в вашей чудесной лавке есть нужная нам вещь… и вы решили её утаить.

Лили натянула холодную улыбку хозяйки, которой нечего бояться.

— Я ведьма, вайры. И не продаю сильные зелья без особого рецепта.

— Вы об этом? — снова с насмешкой спросил мужчина, вытащил конверт из кармана плаща и протянул его ей.

Лили медленно вдохнула. Взяла конверт и достала бумагу. Печать была настоящей. Подпись — подлинной.

— Пятьдесят золотых оренов за этот флакон. В нем одна порция.

Граф прыснул со своего места:

— Ого-о… хозяйка-ау решила обобрать демоню-ук.

— Дорогое удовольствие. Но мы берем.

Второй мешочек с монетами оказался на прилавке.

Лили не дрогнула, хотя сердце колотилось слишком громко. Она оперлась ладонями о прилавок, удерживая ровную осанку.

— Я обязана предупредить. После длительного приема возможны головные боли и сильная слабость.

Разговорчивый встряхнул флакон, наблюдая, как серебристая жидкость медленно перекатывается внутри.

— Любопытно… А как действует на драконах знаете?

Внутри все похолодело.

Лили на долю секунды задержала дыхание, затем позволила себе легкую, почти усталую усмешку:

— Испытаний на драконах не проводилось. Кто ж нас, простых ведьм, к ним допустит? Да и не залетают они в наши края после военной кампании прошлого столетия.

Она чувствовала их тяжелые, изучающий взгляды. Секунда тянулась слишком долго.

— Жаль.

Мужчины переглянулись. Мешочки с оренами остались лежать на прилавке.

Они покинули лавку. Колокольчик звякнул. Дверь закрылась.

Лили стояла, пока звук не стих окончательно. Только тогда позволила себе опуститься на стул за прилавком.

Строки из гримуара всплыли сами собой — четко, будто кто-то выжег их на внутренней стороне век: