Осмотр закончился, когда солнце уже клонилось к закату.

Лили разлила остатки чая по кружкам, добавила мед и разрешила взять еще по конфете.

Двор наполнился тихими, уютными звуками: шуршанием фантиков, приглушенным смехом и довольным мурчанием Графа, развалившегося под лавкой с видом существа, которое окончательно смирилось со своей судьбой.

Вытерев руки полотенцем, Лили огляделась.

— Вайра Мерта… — тихо сказала она. — Я сегодня не видела нескольких детей.

Воспитательница вздрогнула.

Пальцы нервно сжали платочек, и в глазах сразу блеснули слезы. Мерта была из тех людей, кто отдает заботу без остатка — и потому чужую боль переживает как свою.

— Ох, Лили… — голос ее дрогнул. — У нас случилась беда. Пропали трое воспитанников. Рами… Томми… и Джимбо. Стража ищет их уже второй день, — продолжила Мерта, с трудом сдерживая слезы. — Но… ничего. Ни следа.

Платочек задрожал в ее руках.

— Я стараюсь детям не показывать, но почти не сплю. Все хожу, проверяю… на месте ли они.

Лили обнимала ее крепко, пока перед глазами всплывали лица.

Рами — с озорной улыбкой и отсутствующим передним зубом.

Джимбо — серьезный не по годам, зеленоглазый, в очках, которые он каждый раз важно поправлял указательным пальцем.

Томми — тихий, держался в стороне, но всегда рядом с друзьями.

Лили прикрыла глаза на мгновение.

— Когда ты заметила, что их нет? — тихо спросила Лили.

— Ночью… — прошептала Мерта. — Я обходила спальни. К отходу ко сну они были на месте. А позже… их уже не оказалось.

— Они были вместе?

Женщина кивнула, не поднимая глаз. Лили медленно выдохнула.

— Никто не говорил с ними перед этим? — продолжила она. — Не дарил ничего? Не обещал?

Мерта помедлила.

— Был… один человек.

— Какой человек?

— Он говорил, что помогает детям.

— Как он выглядел? — спросила Лили.

— В одеждах мага, — ответила Мерта, сглатывая. — Я подумала… что он ищет талантливых мальчиков. С даром к магии.

В груди неприятно сжалось. Маг, который «помогает детям». И трое мальчишек исчезают ночью.

Лили нервно закусила губу.

О пропажах она уже слышала. Алистер говорил, что в городе исчезают молодые парни, да и мастер-стекольщик тоже как-то упоминал, что люди пропадают.

Но дети…

Об этом она не слышала ни разу.

Если бы начали исчезать дети, об этом трубили бы на каждом углу.

Где-то в глубине души на мгновение вспыхнула слабая надежда: вдруг мальчишки просто сбежали? Устроили какое-нибудь глупое приключение, решили проверить, кто из них храбрее.

Мысль продержалась всего секунду — и исчезла.

Лили больше не стала тревожить Мерту расспросами. Только тихо сказала:

— Если появятся хоть какие-нибудь новости… сразу дай мне знать.

Перед уходом она поставила флакончик со снадобьем для сна без кошмаров и изматывающей тревоги. Мерта сжала мешочек так, будто это было последнее, за что можно держаться.

Глава 24

Лили возвращалась домой неспешно, шаг за шагом, вдоль боковой улицы, где дома стояли плотнее, а в окнах уже зажигались теплые лампы. Свет ложился неровными пятнами, выхватывая из темноты двери, ставни.

На душе было тяжело. Она слышала о пропажах людей и раньше, но исчезновение детей выбивало из колеи сильнее всего. Она знала их. Помнила. Особенно Рами — шумного, упрямого, с выбитым передним зубом и вечным желанием выпросить лишнюю конфету.

Лили тяжело вздохнула — и только теперь заметила, что улица изменилась.

Фонари здесь стояли редко, свет из окон был тусклым и рассеянным, а между домами пролегали глубокие тени. Каменная кладка сжимала пространство, словно коридор.

Она непроизвольно замерла и сглотнула.

Ей совсем не хотелось становиться очередной жертвой похищения.

Лили облизала губы, присела, чтобы подхватить Графа на руки и повернуть обратно — и в этот момент услышала, как по мостовой покатился камешек.

Звук был тихим, но в этой тишине показался оглушающим. Сердце тревожно ударило в грудь.

Лили медленно засунула руку в карман, нащупала мешочек со снотворным порошком, зачерпнула щедрую жменю и сжала ладонь.

Пальцы дрожали — не от страха, от готовности.

— Будь готов, — шепнула она Графу, не сводя взгляда с темноты.

Тени впереди пришли в движение.

Из полумрака выступили двое.

Темные плащи наемников колыхались, будто сами были сотканы из ночи. Капюшоны скрывали лица, и лишь редкие отблески света скользили по складкам ткани, выхватывая то рукоять ножа, то металлическую пряжку.

Их тени тянулись по камням — длинные, искаженные, угрожающие.

— Вам бы пройти с нами, вайра Блум, — проскрежетал один из них. — Дело есть.

Лили начала медленно подниматься — и в следующий миг резко вскинула руку. Раскрыла ладонь и дунула изо всех сил, вкладывая в выдох магический импульс.

Небольшое облако рвануло вперед, закружилось в луче света от далекого окна, ударило им прямо в лица — в нос, в губы, в глаза.

— Вот же девка!

— Да, чтоб тебя…

Договорить здоровяк не успел. Ноги подкосились, и он рухнул вперед, сбив второго. Оба тяжело осели на камни.

Лили выдохнула, стряхнула остатки порошка с ладоней и присела рядом на корточки. Свет из окна падал теперь прямо на их лица, лишая их таинственности.

Она сдернула капюшоны, внимательно вглядываясь в грубые, обветренные лица.

Граф ходил вокруг, настороженно, стараясь не принюхиваться — хвост нервно подрагивал.

— Хозяйка-ау, — протянул он вполголоса. — Похожи они на тех де-е-емонов, что в лавке закупались недавно.

Лили нахмурилась.

Громкие хлопки раздались неожиданно, резко разрезав тишину.

По спине Лили пробежали мурашки. Она замерла и медленно повернула голову туда, откуда доносился звук.

Из бокового проулка вышел Алистер.

Свет из ближайшего окна скользнул по его лицу, зацепив уголок губ. Улыбка была, но не та, что раньше — без привычной легкости, почти формальная.

Он подошел ближе, остановился, окинул быстрым взглядом улицу, лежащих наемников и только потом протянул ей руку.

— Я в тебе не сомневался, Лилиана.

Она посмотрела на его ладонь, как на что-то опасное, и поднялась сама.

Алистер спокойно опустил руку.

— Быстро же ты среагировала.

Носком сапога он слегка поддел одного из мужчин. Тот шумно выдохнул, но не очнулся.

Лили молчала. Двое у ее ног дышали ровно — снотворное сработало безупречно.

— Это мои люди, — сказал Алистер.

— Зачем?

Он ответил не сразу, будто отсекая лишнее.

— Я послал их за тобой.

Граф фыркнул.

— О, великолепно. Похищение как форма приглашения. Какой изысканный вкус.

Лили едва заметно повела бровью, но взгляд с Алистера не отвела.

— И зачем именно я понадобилась твоим людям?

— Мне нужна твоя помощь, — сказал он ровно. — И ты уже знаешь, чем я занимаюсь.

Граф тихо фыркнул.

— Да-да. Тайные дела, темные ритуалы и прочая сомнительная компания.

— И ты решил начать с ментального воздействия… а потом и похищения? — спокойно уточнила Лили. — После этого ты правда рассчитываешь, что я поверю хоть одному твоему слову?

Алистер провел пальцами по брови. Когда он снова посмотрел на нее, в его взгляде не осталось ни прежней легкости, ни попытки сгладить углы.

— Нет. Я не рассчитываю на доверие. Мне нужно, чтобы ты выслушала. Воздействие не планировалось — артефакт дал сбой, и я не должен был его использовать. Теперь он не сработает ни на тебе, ни на ком-либо еще. С этими я разберусь. Если откажешься — тебя не тронут. Но если согласишься, я объясню все до конца.

— Допустим, — сказала Лили. — Но это все еще не ответ. Почему я должна доверять тебе сейчас?

Алистер медленно оглядел улицу, словно проверяя, кто еще может их слышать, и только потом вернул взгляд к ней.

— Такие разговоры не ведут в переулках. И потому что, если бы я хотел тебе навредить, ты бы уже не стояла здесь.