— Я уже поражена. Эти скалы впечатляют. — Лилиан бросила многозначительный взгляд на грозные горы и легким движением повернула против часовой стрелки розовый камень на кольце, украшавшем мизинец левой руки. Это был бытовой артефакт, магия которого сразу стала согревать её.

МакЛауд заметил этот жест и хмуро взглянул на очаровательную всадницу.

— Вы мерзнете?

— Уже нет. Действия артефакта хватит на несколько часов.

— Забыл, что вы всего лишь человек, — буркнул лорд. — И легко замерзаете.

— Да, я всего лишь человек, — усмехнулась девушка, отворачиваясь. — И к тому же мерзлячка.

Лилиан почудился за спиной вздох, полный досады, и она решила, что вряд ли ошиблась. Лорд огорчился. Возможно, из-за своих нетактичных слов?

Лилиан и МакЛауд держались немного впереди большой процессии. Их лошади внешне составляли гармоничную пару и явно относились к одной породе: темно-шоколадные, с тонкими крепкими ногами и блестящей белоснежной гривой, они прекрасно знали местность и не ждали, когда всадники их направят мимо скалистых холмов, впечатляющих своими причудливыми очертаниями и чересчур острыми вершинами, резко вздымающимися из земли.

— Наши легенды гласят, что эти эпические скалы — дело рук злых духов, — негромко проговорил МакЛауд. — И раньше такие скалы находились и на месте той тропы, по которой мы едем.

— А на самом деле? — оглянулась на него девушка.

— Кто его знает, — мужчина пожал плечами, бирюзовые глаза загадочно сверкнули.

— Уж вы-то точно должны знать, — усмехнулась  Лилиан, но «жених» сделал вид, что не услышал её.

Не хочет в первый же день пугать её злыми духами?..

Когда скалы остались за спинами всадников, началось путешествие вглубь изумрудного острова, по красочной долине дивной красоты, и Лилиан показалось, что в целом мире никого нет, кроме них и огромного зеленого плато, вдоль тропинок которого вправо и влево торчали чудные черные иглы – мелкие, загадочного происхождения.

— Что это? — поинтересовалась девушка.

— Защита.

— От чего? Или кого? Здесь так красиво, но эти странные тропинки...

— Я расскажу. Но потом. А сейчас держитесь тропинок, не сворачивайте.

Снова потом. Что ж, она подождет. Но все это довольно странно...

Небо больше не было хмурым и низким, а солнце — бледным. Возможно, стало теплее, только артефакт мешал Лилиан Харрис определить так это или нет.

Неожиданно плато закончилось, они резко выехали к побережью. Ясное, чистое небо сливалось с лазурным морем, и Лилиан надолго залюбовалась морским пейзажем, а через время  поймала себя на том, что от переполняющих эмоций восторга у нее перехватывает дыхание.

Она ощущала взгляды оборотней, чувствовала, что тем нравится, как она реагирует на красоту их земель, на странности пейзажей, ловила одобрительный взгляд Дабха, сейчас непохожего на самого себя, задумчивый — «жениха» и остро понимала — остров Скай ей безумно нравится.

Далее они проезжали крохотные городки и деревеньки, расположенные на низменных землях побережья или в горных ущельях, а местные жители угощали путников горячими пряными напитками, не скрывая своего любопытства.

Девушка отмечала, что все отландцы одеты в разные одежды, она внимательно вглядывалась в любопытные лица и с еле сдерживаемым изумлением отмечала характерные черты тех, о ком ранее читала в сказках и легендах Рейдалии и Отландии и видела на книжных иллюстрациях.

— Это же... — шептала она «жениху».

— После, Лилиан, — негромко отвечал МакЛауд. — Не показывайте своего удивления. Улыбайтесь, смейтесь. Общайтесь. Как ни в чем не бывало.

Лилиан так и делала. С легкостью. Ведь владеть эмоциями она давно научилась. Лишь рядом с шестым «женихом» её искусство давало сбой.

Проехавшись немного в глубину острова, они потратили на эту прогулку около трех часов, после чего процессия двинулась в обратный путь по западному побережью острова.

К замку Анвеган. Чтобы «невеста» могла издали полюбоваться родовым гнездом «жениха».

— Анвеган считается самым древним замком Отландии. Почти тысячу лет он является резиденцией нашего клана. — Хотя голос МакЛауда звучал спокойно, Лилиан отчетливо расслышала нотки гордости в словах мужчины.

— И это единственный замок в Отландии, принадлежавший такое долгое время лишь одному клану, — задумчиво пробормотала Лилиан.

— Верно, мисс, — одобрительно улыбнулся мужчина.

— Почему вы решили объединиться с Королевством Фей? Ведь раньше все кланы были равны между собой, не подчинялись королю. Вы поэтому и воевали с Рейдалией, поскольку не желали над собой ничьей власти.

— Во-первых, от таких предложений не отказываются. Откажешь фейри и станешь их врагом на всю жизнь, — мрачно усмехнулся сэр Родерик. — А во-вторых… — МакЛауд сделал небольшую паузу, обвел свои земли задумчивым взглядом. — На протяжении столетий МакЛауды то голодали в периоды войн, неурожаев и политических перемен, то устраивали роскошные пиры. У нас никогда не было стабильности. И не только у нас. Такое положение дел было во всех кланах Отландии. У МакДональдов, Кемпбеллов и остальных. Фейри предложили нам стабильную жизнь, отсутствие войн, богатые урожаи, здоровую скотину, уникальную природу. Магию. И золото для Рейдалии, которое они нам будут передавать. — Щедрое предложение, — признала Лилиан. — Именно. С момента заключения Соглашения об объединении и признания нами власти Короля Фей, все так и происходит. В настоящее время в замке Анвеган живёт ваш покорный слуга, который хранит семейные реликвии и предания, является символом легендарной отландской истории, а его люди живут в достатке и сыты. Каждый день. Никто больше не умирает из-за куска хлеба, не думает, какой будет урожай на земле, где сложно что-либо вырастить.

— Однако кто-то решил нарушить идиллию, и кое-что исчезло. А значит такое положение дел устраивает не всех. Кто-то неизвестный замыслил явно нехорошее против вас. Возможно против всего клана МакЛаудов в целом. Или... — Лилиан глубоко вздохнула, — для того, чтобы нарушить всю эту многолетнюю гармонию между кланами и... фейри.

«Жених» внимательно всмотрелся в серьезное лицо девушки, в её задумчивые глубокие глаза. На мужское лицо с резкими чертами набежала тень, взгляд стал холодным и мрачным.

— Считаете, что цель вора может быть настолько... глобальна?

— К сожалению, да, — кивнула Лилиан и уверенно добавила: — Но я разберусь. Не переживайте.

Далее они ехали вдоль побережья, рядом друг с другом. В полном молчании. Каждый размышлял о своем.

Лилиан Харрис пыталась не думать о том, что ей нравится вот так вот мчаться на лошади рядом с Родериком МакЛаудом, бросать на него косые взгляды из-под ресниц, представлять их парой, а в ответ ловить его взгляды — пусть сдержанные, невозмутимые, но от этого не менее волнительные для нее.

Старалась не думать, но при этом все равно думала. И отмечала, что быстро привыкла к новой, необычной внешности «жениха». И что хищные черты МакЛауда вызывают у нее трепет и восхищение — чувства, которые раньше она не испытывала по отношению ни к одному мужчине. А любопытство о том, как он выглядит во второй ипостаси, довольно ощутимо грызет изнутри.