— Да. А также то, что его оправдали. Полностью. И отец не лишил графа титула и наследства.

— Все верно, сэр.

— Покушение на жизнь герцога... — МакЛауд осекся.

— Милорд? — Лилиан вопросительно уставилась на него.

— Лилиан, это вы помогли Хартфорду?!

— Я была просто невестой Френсиса. Пока шло расследование дела. Примерно четыре месяца.

— А когда его оправдали, вы разорвали помолвку?

— Все так, милорд.

— Лилиан...

— Сэр?

— У меня просто слов нет.

После того, как лорд Хартфорд тоже стал пассажиром поезда, атмосфера в нем снова изменилась.

С тайным недоумением мисс Харрис наблюдала за своим нанимателем. Лорд МакЛауд великолепно играл роль влюбленного жениха, но эмоционально совсем закрылся от нее.

Казалось, что дальнейшее поведение МакЛауда, его ежедневные действия стали соответствовать согласно четко продуманному мужчиной плану, и в нем  искренним эмоциям места не осталось.

С утра сэр Родерик обязательно заглядывал в женское купе, желал женщинам доброго утра и приятного аппетита и уходил к себе. Затем в течение дня лорд обедал с невестой и её тетей, в основном беседуя с леди Треверс. А вот ужинал всегда в мужской компании, в которую входили уже не только лорд МакФер, Пол Дабх, но и граф Френсис Хартфорд.

На долгих станциях сэр Родерик по прежнему приглашал Лилиан на прогулку, иногда к ним присоединялись Дабх и леди Треверс, лорды МакФер и Хартфорд. Последние, на взгляд девушки, стали практически неразлучны.

Но в основном остальные путешественники давали «влюбленным» провести время наедине. Как-то Лилиан даже невольно подслушала, как мистер Дабх делился с леди Мэри: «Как только доберемся до Анвенгана, милорд не сможет проводить с леди Лилиан много времени. Он слишком долго отсутствовал, поэтому накопилась куча дел. И все неотложные».

Когда заговорщикам по договору предоставляли время пообщаться на прогулке вдвоем, они особенно старались показать, как привязаны друг к другу и какие нежные чувства испытывают. И последнее у них вполне себе получалось, так как они предусмотрительно внесли некоторые уточнения в свой первоначальный магический договор.

Только вот легкие прикосновения МакЛауда к обнаженной коже руки девушки стали слишком волновать мисс Харрис, в результате чего Лилиан старалась не забывать надевать на прогулку перчатки.

К теплой мужской ладони на своей спине она уже так привыкла, что без нее порой становилось совсем неуютно.

А когда Родерик МакЛауд словно бы безотчетно заправлял за ее ушко непослушный каштановый локон и «случайно» касался нежной кожи скулы, Лилиан в панике осознавала, что эти касания тоже чересчур волнуют её...

В глазах леди Треверс девушка все чаще читала осуждение, иногда даже тетушка позволяла себе замечания следующего характера: «Лилиан, ты что творишь? Разве я не вижу, что происходит между вами? Но этот лорд МакЛауд — темная лошадка! Ни ты, ни я совершенно не знаем, что нас ждет на его родине. Поэтому, прошу тебя, включи уже голову!»

Лорд Хартфорд с каждым днем становился все более задумчивым, а вот по выражению лица лорда МакФера сложно было что-либо прочитать. Рыжий северянин будто бы не обращал на них особого внимания, вот только Лилиан обмануть сложно. Внутреннее чутье подсказывало девушке, что мужчина лишь напускает на себя безразличный вид, а сам наблюдает за ними пристально и постоянно.

Только Пол Дабх, похоже, искренне радовался серьезным изменениям в жизни своего вождя и открыто обожал его невесту.

***

На одной из долгих остановок поезда Лилиан впервые в одиночестве прогуливалась по платформе, чем и воспользовался лорд Френсис Хартфорд.

— Мисс Харрис.

— Милорд.

Лилиан вопросительно уставилась на подошедшего графа, не совсем представляя, о чем тот решился поговорить. Вместе они путешествовали уже целую неделю.

— Неужели я застал вас в гордом одиночестве? — усмехнулся мужчина, с недоверием оглядываясь.

— Как видите, сэр. Сэр Родерик и лорд МакФер отправились в здание вокзала по причине, известной только им. А леди Мэри и мистер Дабх решили пройтись до конца платформы.

— А вы нет?

— А я хотела подумать в одиночестве. — Девушка выразительно уставилась на бывшего нанимателя. Разве он не видит, что она даже специально отошла подальше от других пассажиров поезда?

— Лилиан, к вашему сожалению, я прерву ваше одиночество, так как мне необходимо поговорить с вами.

— Что ж, — мягко улыбнулась девушка. — Я слушаю вас.

— Я очень рад за вас, Лилиан.

— Спасибо, Френсис. — Девушка поняла, что мужчина имел в виду.

— Признаюсь, что когда прочитал в столичной газете известие о вашей помолвке с МакЛаудом, сразу подумал, что у вас новое дело. Когда же от его высочества узнал, что вы уезжаете на родину жениха, решил, что вы... — Граф Хартфорд сделал паузу и выразительно уставился на девушку.

— Сошла с ума? — с пониманием усмехнулась она.

— Да, из-за своей любви к загадкам и тайнам. И я испугался за вас. Закрытая территория. Куча неясных слухов... А вы, такая бесстрашная и отчаянная, но такая нежная, искренняя и ...

— Френсис, не начинайте, — строго прервала мужчину Лилиан.

— Простите.

— И вы решили остановить меня? — Лилиан невольно вскинула бровь: Хартфорд серьезно решил вмешаться в её жизнь?

— Я обязан вам всем, Лилиан, — твердым голосом отозвался сэр Френсис. — Честью. Жизнью. Своим положением. Отношениями с отцом. Кем бы я был, если бы не вы? А разве я неблагодарная сволочь?

— Вы отблагодарили меня, сэр, — упрекнула мужчину мисс Харрис. — Вы хорошо заплатили мне.

— Мне кажется, что я никогда не расплачусь с вами.

— Глупость какая!

— Поэтому для начала я решил убедиться, что вы, действительно, стали настоящей невестой.

— Убедились? — усмехнулась девушка.

— Вполне, — бесстрастно отозвался лорд. — Правда, поверил вам я не сразу. Даже несмотря на демонстрацию вами  и МакЛаудом нежных чувств в нашу первую встречу. Но сейчас я искренне рад за вас обоих. Вашу любовь и то, что между вами происходит, не заметит лишь слепой.