В жар бросило от того, что кровь с каждой новой секундой становилась все горячее — будто, действительно, закипала, бурлила, превращаясь в огненную лаву.

Или рябиновую?! Вокруг резко запахло рябиной — терпкой, горьковатой ягодой, по древней легенде защищающей людей от воздействия фейри. Во рту тоже почудился вяжущий вкус рябинового сока. В глазах потемнело, ноги задрожали, подогнулись, черты застывшего мужского лица стали расплываться и удаляться со стремительной скоростью.

Последнее, что Лилиан Харрис услышала, был хриплый взволнованный мужской шепот, наполненный тревогой. Только звуки шли словно издалека и доносились до нее странно растянутыми и тягучими:

— Ли – ли – ан!

Диковинные звуки проникали в сознание мисс Харрис, заставляли её ворочаться и просыпаться.

Один из них — протяжный, меланхоличный, пронизывающий до глубины души, принадлежал незнакомому музыкальному инструменту и звучал особенно загадочно. Второй — довольно характерный — звук стали о сталь. Знакомый. Будто кто-то сражался на настоящих мечах. Лилиан с трудом распахнула тяжелые веки, скосила сонный взгляд на распахнутые створки окна, из которого и доносились те самые звуки, перевела на потолок, но последний не увидела, — неожиданно взгляд уперся  в балдахин из плотной светлой ткани, украшенной кружевом.

«Где это я?» — Мисс Харрис пока ещё с вялым интересом стала рассматривать окружающую обстановку. Убранство комнаты выглядело довольно простым и всем видом намекало девушке на то, что она находилась в средневековом замке. И явно не в Рейдалии.

В её королевстве уже давно не использовали громоздкие сундуки вместо шкафов для хранения одежды и тяжелые комоды для хранения вещей. Даже в рейдальских замках. В последних мебель выглядела намного изящней и современней, чем та, которую она сейчас разглядывала.

Лилиан обнаружила целых два огромных сундука, один комод из разноцветного дерева, два стула с высокими прямыми спинками и парчовым мягким местом, потолок с явно старинными деревянными вставками, старинные гобелены на стенах. Сама же она располагалась на роскошной кованой кровати со сложными элементами и довольно тяжелым балдахином.

Неужели она уже в Анвенгане?! Но как это произошло?!

Девушка слегка приподнялась и оперлась на локти, чтобы обзор был больше, и в ту же секунду справа раздался судорожный вздох, полный облегчения:

— Лилиан! Слава Пресветлой!

Бледное лицо леди Треверс вдруг нависло над ней. С откровенной радостью женщина всматривалась в её сощуренные глаза.

— Тетя? — прошептала девушка.

— Лилиан, милая! — тихо воскликнула леди Мэри, а в глазах женщины застыло столько нежности и любви, что девушка поразилась и даже смутилась. — Как ты напугала меня!

— А что со мной случилось? — глухо спросила Лилиан.

— Ты совсем ничего не помнишь? — Леди Треверс впилась в бледное лицо племянницы встревоженным взглядом.

Девушка ненадолго задумалась и ответила:

— Помню как мы с лордом МакЛаудом зашли в тоннель, заполненный туманом... и все.

— Ты сутки находилась без сознания! — с упреком воскликнула леди Треверс, голос женщины дрогнул, а дальше уже более спокойно она стала рассказывать: — После того, как мы с мистером Дабхом прошли через тоннель, мы спустились по горной дороге вниз. Примерно через час твой «жених» неожиданно появился у подножия скалы, где я, мистер Дабх и его люди ждали вас. Он вышел словно из ниоткуда. Просто появился. Даже лорд Рид так не появляется. На руках МакЛауд держал тебя. Без сознания. Я тогда тоже от ужаса чуть сознания не лишилась, но лорд успокоил меня: сказал, ты наелась каких-то диких ягод, вызывающих долгий сон.

— Наелась незнакомых ягод? Я? — Лилиан прикрыла глаза и снова попыталась вспомнить, что же с ней произошло после того, как она и Родерик МакЛауд вышли из туманного тоннеля. К словам тети она отнеслась с большим скепсисом.

И вдруг в памяти возник смутный образ знакомого незнакомца. Жесткие черты лица, темные волосы до плеч, новый взгляд — холодный, непроницаемый, твердый подбородок с ямочкой и... выглядывающие среди густых волос заостренные кончики необычных ушей. А ещё загадочные слова о том, что магия везде...

— Лорд МакЛауд... он фейри?!

— Дикарь он, а не фейри, — резко отозвалась леди Треверс и поджала тонкие губы, после чего понизила голос и добавила: — Оборотень он. Все они тут оборотни. Волки, медведи, рыси... Попали мы с тобой, девочка, в ту ещё историю. Кто бы сказал, не поверила никогда. Знаешь, кто такой на самом деле... наш милый и услужливый мистер Пол Дабх?

— Тетя, а мой... э-э... лорд МакЛауд кто? — От волнения в горле Лилиан так сильно пересохло, что она еле выдавила из себя этот короткий вопрос.

— Волк. Горный. Пресветлая богиня, помоги нам! А мистер Дабх... тролль! — сухо отчеканила леди Мэри. — Все это время во время путешествия я общалась с троллем. Гуляла с ним, разговаривала, рассказывала о себе, своем муже, своей жизни!

— Все когда-то бывает в первый раз, тетя, — задумчиво прошептала Лилиан. Значит, МакЛауд волк? А как же характерные для фейри уши? Наверняка у них произошло объяснение, когда они вышли из тоннеля. Почему тогда она ничего не помнит? А тетя, значит, не видела острые кончики его ушей?

— Что же касается оборотней, — тихим голосом продолжила Лилиан, — то вспомните Кеннета Дарлина, опыт общения с подобными... э-э... людьми... ох, надо разобраться, как правильно говорить и думать... у нас с вами имеется.

— Что ты называешь опытом? — бровь леди Треверс возмущённо взлетела. — Он явно не самый лучший. В тот раз Кеннет Дарлин обернулся монстром, разрушил храм  и чуть не убил человека!

— Не монстром, тетя, — резко возразила Лилиан. — Не говорите так. Особенно здесь. Оборотнем. А того мужчину сложно назвать человеком. Он обыкновенный подлец.

— Думаешь, я не понимаю, как надо говорить? — с горечью усмехнулась леди Мэри и присела на кровать. — Это я с тобой откровенничаю, с ними я сама любезность, невозмутимость и вежливость. Я совсем не хочу, чтобы мне откусили голову!

— Тетя! — с упреком буркнула Лилиан, не сдержав нервный смешок, и вновь прислушалась к затянувшейся грустно-боевой музыке за окном.

— А что это за звуки? Такие необычные. Проникают прямо в сердце.

— В сердце? Скажешь тоже! Это играют их странные инструменты, похожие на мешки с дудками. Под них люди твоего «жениха» тренируются с мечами. Практически обнаженные. Уже несколько часов! Говорю же, дикари! — Леди Мэри тяжело вздохнула.

— Обнаженные? — Глаза девушки вспыхнули любопытством, бледные щеки порозовели.

— Лилиан! — с упреком фыркнула леди Мэри. — Я сказала: «практически».

— И что же это означает? — с невинным видом поинтересовалась Лилиан, внимательно прислушиваясь к себе, чтобы разобраться с тем, вернулись к ней силы или нет.

— Что на всех оборотнях эти их странные шерстяные юбки в клетку. Забыла, как они называются. Отландцы носили их ещё триста лет назад. Не думала, что они до сих пор их носят, ведь это пережиток прошлого. А кроме них ничего нет. Даже обуви.

Щеки леди Мэри вдруг тоже порозовели. Женщина поднялась, подошла к открытому окну, из которого пока еще доносились негромкие пронзительные звуки отландского музыкального инструмента и звуки стали о сталь.

— Магия — тоже пережиток прошлого, тетя. Однако здесь, по словам лорда МакЛауда, она везде, — вздохнула девушка.