Лилиан давно привыкла к подобному отношению, и ранее оно не задевало её. Но сейчас девушке хотелось, чтобы северный лорд восхищался ею.

— За время нашего общения вы ни разу не использовали магию, как и магические артефакты. — Мисс Харрис провела стилусом по тонкому белому листу, рисуя черту, под ней девушка нарисовала красивую «единицу» с острой верхушкой, рядом с цифрой написала «магия» и подняла взгляд.

Если бы сейчас она внимательно не наблюдала бы за мужчиной, то и не заметила бы, что после её слов тот насторожился — на крепкой мужской шее вдруг напряглись жилы. Глаза девушки лишь мимолетно скользнули по ним.

— Когда вам необходимо, вы словно бы невзначай предлагаете активировать мои артефакты. Например, как сейчас. Вроде бы ничего особенного, но... наталкивает на определенные размышления. — Девушка многозначительно замолчала и вывела на белом листе аккуратную «двойку», напротив которой написала «артефакты».

— Замечательное наблюдение, — без эмоций прокомментировал МакЛауд. — Это все? Вам не приходила в голову мысль, что возможно у меня просто нет желания пользоваться магией?

— Приходила, — не стала отрицать мисс Харрис. — Не претендую на истину в последней инстанции. Но лорд МакФер отчего-то на мою провокацию тоже никак не отреагировал магией.

Лилиан слегка наклонилась, нарисовала под «двойкой» жирную «тройку» и написала «лорд МакФер».

— Стиф не воюет с женщинами, — медленно проронил МакЛауд, внимательно наблюдая, как девушка пишет в книжке. Холодные глаза мужчины чуть сощурились.

— Угу. Я заметила, — усмехнулась Лилиан, из-под ресниц остро отслеживая реакцию мужчины. — Словесно очень даже воюет. А что касается магии...  Мой трюк с артефактом для вашего земляка стал полной неожиданностью. Из-за этого должен был сработать рефлекс, а он что-то должен был совершить. Пусть не в отношении меня. В отношении себя. Например, поддержать себя магией. Чтобы не упасть. Ведь если бы не трость, ваш друг опустился бы передо мной на колени. Однако лорд МакФер ничего не предпринял.

— И что это по-вашему означает?

— То, что, согласно тому самому таинственному, давнему договору вашим предкам и, видимо, всем потомкам этих предков запрещено использовать магию. И магические артефакты. На нашей территории.

В этот раз ни один мускул не дрогнул на лице мужчины, однако жилы  продолжали напоминать тонкие стальные канаты. Каким-то шестым чувством Лилиан ощутила безмерное удивление и напряжение жениха.

— Это не все мои выводы, — тихо добавила девушка.

Сэр Родерик перевел взгляд на леди Треверс. Женщина слушала племянницу внимательно, с явным любопытством и удовольствием, но без особого удивления. Леди Мэри сделала глоток чая, когда встретила мужской взгляд, уголки её тонких губ чуть заметно дрогнули — женщина догадалась, что шестой жених племянницы находится под явным впечатлением.

— От вашей наблюдательности... мне, право слово, как-то даже неловко за многих моих знакомых, — негромко пробормотал сэр Родерик, снова всматриваясь в нежное лицо Лилиан.

В горчично-медовых глазах девушки застыло удовлетворение.

— То есть я права?

Довольные ямочки мелькнули на гладких щеках, блеснула жемчужной белизной улыбка.

— Что касается магии и артефактов, то частично, — усмехнулся МакЛауд.

— Частично? — Лилиан нахмурила тонкие каштановые брови и задумалась. — Ах, да! — вдруг тихо воскликнула она. — Как я могла забыть! Есть одно «но»! И оно как раз и относится к вашему «частично».

— Я весь внимание.

— Не так давно вы согласились на магический поединок с лордом Патриком Бересфордом. Значит, ограничение магии имеет и некоторые исключения. Одно из них — магические дуэли. Но, возможно, есть и другие.

— Возможно, — медленно отозвался МакЛауд, сильные пальцы забарабанили по столешнице. — Вы, действительно, необычайно наблюдательны, мисс Харрис. Я искренне восхищен.

Мужчина откинулся на мягкую спинку сиденья, изучающе уставившись на девушку.

— Спасибо, — скромно поблагодарила Лилиан. — На самом деле я ничего особенного не совершила, сделать эти выводы не сложно. Нужно просто чуть больше внимания к мелочам и деталям.

— Собственно, мы подошли к тому, почему ты считаешь, что с артефактами возникнут сложности, — задумчиво вставила леди Треверс.

— Пока у меня лишь догадки. Предполагаю, что на территории отландских кланов проживают по большей части сильнейшие маги. В отличие от Рейдалии, у которой каждый маг на вес золота. Поэтому мои артефакты столкнутся с более мощной силой. Или, второй вариант тоже вероятен, нам объявят, что рейдальцам запрещено использовать артефакты.

Сэр Родерик три раза негромко хлопнул в ладоши. Леди Треверс от неожиданности вздрогнула, а Лилиан довольно фыркнула.

— Ваша первая догадка удивительно интересная, — усмехнулся мужчина, а Лилиан догадалась, что означает эта фраза.

— Уверен, что вы все равно меня удивите. И с нетерпением буду ждать сюрприза. — Сэр Родерик не удержался от того, чтобы немного не съязвить.

— А теперь ваша очередь, — вкрадчиво заявила Лилиан.

— Очередь чего?

— Рассказывать. Мне и тете Мэри. Полагаю, самое подходящее время.

Лилиан очаровательно улыбнулась. Золотисто-карие глаза хитро и с предвкушением сверкнули. Девушка немного подалась вперед, положила узкие ладони на столешницу, рядом с чашкой и записной книжкой. Вся её поза означала сосредоточенное  внимание.

— Можете начать с договора. Этот тайный и загадочный документ заинтриговал меня.

Однако выражение глаз МакЛауда насторожило девушку.

— Милорд, надеюсь, вы не давали магическую клятву о неразглашении его условий?

— Меня удивляет, что подобное развитие событий вы упустили из вида, — широко улыбнулся мужчина.

— Хм! — разочарованно протянула мисс Харрис.

— Но на ваши догадки и размышления никто не запретил мне ни жестами, ни репликами выражать восхищение вашей сообразительностью.

— То есть я должна сама догадаться обо всех пунктах?

— А зачем вам знать все пункты засекреченного международного документа?  — Мужчина тихо искренне рассмеялся и покачал головой. — Ваше любопытство не знает границ.

— Никогда не знаешь, какие именно знания пригодятся, — проникновенно проговорила Лилиан, тяжело вздохнула и поинтересовалась: — Наложение иллюзии производится в рамках древнего договора? Когда пересечем границу, ваша иллюзия останется или развеется?

В купе наступила тишина. Тяжелая, вязкая,холодная. Родерик МакЛауд застыл мраморным изваянием, черты лица заледенели, улыбку будто смазали с лица мужчины.

— Иллюзия? — переспросил он севшим голосом.

И столько ярких эмоций смешалось в одном этом слове, что Лилиан удивленно вздрогнула. Она, конечно, умышленно, хотя словно бы невзначай упомянула об иллюзии на мужчине, но совсем не ожидала в ответ такой странной реакции. Ждала усмешки, отрицания, признания, но не вот этого застывшего взгляда.