Шарик был уже почти на середине улицы, когда красный свет в небе внезапно померк. Существо на мгновение подняло голову, затем снова завизжало и отчаянно заковыляло к укрытию.

Затем на землю обрушилась живая тьма, словно кто-то набросил на небо лассо и намотал его на грозовую тучу. Она опустилась, как пикирующий ястреб. По серой туманной поверхности фигуры поползли лица, искаженные голодом, агонией и экстазом одновременно. Он опустился на сгусток, и воздух наполнился знакомым воем. Единственными звуками, которые Гримсби мог расслышать сквозь этот шум, были визжание задыхающегося сгустка. Его крики продолжались всего несколько секунд, прежде чем перейти в мрачную тишину. Вскоре вопли стихли. Облако снова поднялось. Когда это произошло, существо исчезло, и остался только черный котел, опрокинутый на землю, из которого лилась пузырящаяся желтая жижа.

Гримсби почувствовал, как к горлу подступает тошнота, но он сдержался, чтобы желудок не взбунтовался окончательно. Он содрогнулся. Хотя сгусток был далек от человека, он мог сопереживать страху, который он испытывал, и слишком хорошо знал боль от захвата Призраком.

Облако поднялось в небо и исчезло из виду. Хотя Гримсби не был уверен, рассеялся ли он или просто смешался с другими.

Только после того, как Вудж сделал глубокий вдох, Гримсби почувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы дышать самостоятельно.

— Глаза горят — прошептал он — Что эта тварь здесь делала?

— Их привлекает битое стекло — сказал Вудж.

— Почему?

— Разбитое стекло иногда означает разбитое зеркало. Это значит, что вкусные ведьмы пришли поиграть — сказал Вудж, делая пальцами чавкающие движения.

— Тогда что этот Призрак делал в логове Мансграф?

— Сучка заманила его в ловушку. Помогает избавляться от трупов.

— Часто ли у нее возникала такая проблема?

Вудж улыбнулся своей похожей на медвежий капкан улыбкой.

— Достаточно часто.

Гримсби вздрогнул и поискал глазами туман в красном небе, но оно казалось чистым. Он мысленно вернулся к поискам другого выхода.

Скорее всего, он был там, где в реальном мире Когда-то была заправочная станция, хотя теперь это было не совсем похоже на то, что он помнил. Он был совершенно уверен, что на самом деле над ним не возвышалась башня с часами или окна, как в старом соборе. Хотя это были не очень хорошие часы, так как все три стрелки остановились на седьмой цифре, что, возможно, объяснялось просто отсутствием остальных одиннадцати цифр.

Главная проблема, однако, заключалась в том, что заправочная станция находилась через дорогу.

Он смотрел, как из перевернутого котла вытекают последние капли желтой жидкости, и почти слышал крики умирающей капли, когда её уносил в небытие поток воздуха.

— Значит, пока стекло не разобьется, Призрак не появится? — спросил он у Вуджа.

Крошечное существо кивнуло — Они не могут видеть, они чувствуют только вблизи. Пока ничто не привлекает его, ему следует держаться подальше.

Гримсби кивнул. Обычно у него были сомнения в честности Вуджа, но он только что помог ему, в некотором роде. Кроме того, Гримсби все еще был у него в долгу. Вудж не стал бы убивать его, не успев отплатить.

Верно?

Он покачал головой. В любом случае у него не было выбора. Времени оставалось в обрез, и ему нужно было как можно быстрее выбраться из этого места.

Он торопливо перешел улицу, слишком боясь побежать и привлечь к себе внимание, слишком нервничая, чтобы быть медленным и осторожным. Он понимал, что это, возможно, было худшим из двух вариантов, но это был единственный выход, который предлагали ему его трясущиеся ноги.

Вудж не отставал от него, его относительно огромные ноги в кожаных ботинках шлепали по неровному асфальту.

Гримсби почувствовал, как его напряжение перерастает в смесь раздражения и злости.

— Почему ты идешь за мной?

Вудж пожал плечами.

— Скучно.

— Почему бы тебе самому не сходить за ключом, если тебе так скучно?

— Вудж знает, где ключ. Но он не может найти его в одиночку. Вуджу нужен колдун.

— Почему я? Должен же быть какой-то другой колдун , с которым ты мог бы этим заняться.

Вудж пожал плечами.

— Может быть. Но наполовину-ведьмы и так в долгу перед Вуджем. Кроме того, большинство ведьм скучны и умны. Наполовину-ведьмы не являются ни тем, ни другим.

— О, как это любезно с вашей стороны. Благодарю вас, благородный сэр, за ваши слова ободрения.

Вудж нахмурился.

— Наполовину ведьма, это определенно не то и не другое

Проворчал Гримсби. Они прошли мимо упавшего котла с желтой жижей, обойдя растекающуюся лужу, которая просачивалась в трещины мостовой. Вудж обмакнул узловатый палец в жидкость и попробовал её на вкус, но его лицо исказилось от отвращения, и он тут же выплюнул её.

Внезапно пошел дождь. Мелкая морось, от которой холодная земля покрылась слоем маслянистой черной воды. Или, по крайней мере, он подумал, что это была вода. Но когда он увидел жидкость, смешанную с желтой жижей, он понял, что она не черная, а темно— красного оттенка.

— Это что...? — спросил Гримсби, замолкая, когда его ноги захлюпали по растущей алой луже.

— Кровь, да — сказал Вудж, вытирая жидкость со своей серо-зеленой кожи — Будь осторожен с облаками, полукровка. Большинство остается наверху, но только большинство.

Гримсби вырвало, и он натянул на голову свою остроконечную синюю шляпу, подняв глаза к небу и глядя на растущие грозовые тучи. Их было больше, чем раньше, но они, казалось, были довольны тем, что оставались на своей высоте. На данный момент.

— Прогноз погоды гласит: облачно с прояснениями, есть вероятность обрушения — пробормотал он.

Затем часовая башня через дорогу заскрипела и застонала. её циферблат начал поворачиваться, как медленно вращающаяся тарелка, и стрелки вращались вместе с ним. Когда дело доходило до остановки, семерка оказывалась там, где должна была быть восьмерка на обычных часах, и все стрелки стучали, поворачиваясь к ней.

— Семь минут — начал было Вудж, но его прервали.

Позади них, в ККМВД, они услышали звон бьющегося стекла. Мгновение спустя послышался лай собак. Пришли Аудиторы, а за ними и хранители, разбивая при этом свои зеркала.

Над головой клубились облака. Раздались вопли, слишком громкие, чтобы быть одиночным порывом ветра. Они начали опускаться, как будто красное небо раскололось на части и начало падать.

Тем временем Гримсби и Вудж все еще стояли посреди дороги.

Вудж огляделся, широко раскрыв глаза.

— Удачи тебе, полудикарь — сказал он и исчез.

Гримсби был один. По крайней мере, не считая тех тварей, которые хотели его убить.

— Собачьи хвосты — выругался он.

Гримсби пустился наутек, не смея поднять глаз, когда небо обрушилось на него. На дороге стало темнее, как будто внезапное затмение затмило черное солнце, и он почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Позади него все отчетливее слышался лай гончих.

Он рискнул оглянуться через плечо и увидел трех зверей, выбегающих из чужого ККМВД. Они не были похожи на фамильяров, которых он видел в реальном мире, но вместо этого были гладкими, без шерсти, темнокожими гончими, во впадинах пустых глазниц которых горели оранжевые огоньки.

Позади них он увидел Хейвза и Рейн, их лица были скрыты масками, но не их личности. Они посмотрели на темнеющее небо и решили остаться внутри.

Гримсби сосредоточился на убежище в здании впереди. Высокая башня с часами, казалось, склонилась над ним, ухмыляясь, как великан-насмешник, в то время как весь мир надвигался на него.

Шарканье лап по бетону становилось все слышнее, и Гримсби почувствовал, как его охватывает глубокий, инстинктивный страх. От этого по позвоночнику у него побежали сосульки, а ноги загорелись, заставляя его бежать быстрее.

И он побежал быстрее.

Когда он приблизился к зданию, вокруг него воцарилась почти полная темнота. Он поднял глаза и увидел нисходящий Туман, или, возможно, призраки, похожие на клубящийся туман, состоящий из неясных и цепких рук, которые тянулись к нему. Он был всего в дюжине футов от входа, он был почти в безопасности. Он добрался до двери и взялся за ручку, чтобы открыть её.