Маленькие изображения островов вытянулись вверх, обзаводясь ландшафтом, впадинами и выпуклостями; горные хребты обрели объём, кое-где показались шапки снега; море ожило, и Марисоль отчётливо увидела игриво надувающее пузыри пены волны… Это было похоже на голограмму, и девушка замотала головой, чтобы разрушить видение — должно быть, она перегрелась на солнце, раз ей начало мерещиться такое.

Древняя карта никак не могла выполнять функции какого-нибудь современного гаджета, и это Марисоль отчетливо понимала. Но 3д-картинка никуда не исчезла, даже после нехитрых манипуляций с зажмуриванием и явным отрицанием действительности. К тому же остров, на который в начале их диалога указывал ей мистер Уокер, совершенно неожиданно приобрёл очертания то ли волчьей, то ли собачьей головы! Марисоль коротко вскрикнула, тут же всучив карту назад в руки мужчины, всё это время с интересом наблюдавшего за девушкой.

— Что такое, мисс? Вам нехорошо? — вполне искренне поинтересовался он, скептически поглядывая на неё.

— Нет, всё нормально! — поторопилась Марисоль с ответом. — Просто… солнце. Слишком жарко…

Тот не поверил, но настаивать ни на чём не стал, свернув карту и убрав её в карман.

— Как называется тот остров, который Вы ищете?

Мистер Уокер отчего-то смущённо заулыбался.

— Официальное название мне неизвестно, — уклончиво ответил он. — Но в определённых кругах его называют Сердце Северного Ликана.

— Ах, вот тут в чём дело, — устало вздохнула Марисоль.

Надо сказать, название острова произвело на неё впечатление, пусть оно и не являлось истинным.

— Дайте угадаю, существует легенда, ради которой Вы направляетесь именно туда?

— Существует легенда, что некоторым симпатичным блондиночкам иногда лучше вовсе не открывать рот, — грубовато ответил он, явно обидевшись.

Но Марисоль и впрямь прикусила язык. Надо же, как и впрямь разговорилась! Да ещё с претензиями. Сама от себя такого не ожидала. И всё же этот человек мог вести себя повежливее. И так, надувшись друг на друга, эти двое разошлись в стороны, замолчав. «Скорее бы конец этого «путешествия», — вновь подумала Марисоль. Ей уже просто не терпелось поскорее ступить на твёрдую землю и избавится от общества мистера Уокера. И, главное, разыскать сестру, желательно живой и невредимой. Она уже так по ней успела соскучиться...

— Не нашла, не нашла! — детский смех вынырнул словно из воспоминаний, залитых солнцем листьев больше похожего на лес сада.

Марисоль выглянула из-за ствола толстенной яблони, смешно улыбаясь. Кажется, тогда у неё выпал один из передних зубов и Мари с ужасом и восторгом ждала своего часа. Девочки играли в прятки, и неугомонной сестре сегодня везло. Ну, скажите пожалуйста, как можно так отлично прятаться на столь ограниченном пространстве? Но Марисоль могла, отнюдь, не делясь секретами везения со своей сестрой.

Ещё какое-то время они бегали друг за дружкой, копошась в золотой листве наступающей осени, смеясь и устраивая собственноручно наступающий листопад, а после…

Что-то произошло. Мари смутно помнила детали, но ситуация в общем выглядела следующим образом. Внезапно Марисоль замерла, всматриваясь в одну точку в глубине сада, тревожно нахмурившись, плотно сжав губы.

— Марисоль! — позвала её сестра, но та не отреагировала.

Тогда она подошла ближе и дёрнула её за рукав.

— Эй!

Девочка, словно чего-то испугавшись, с опаской взглянула на сестру, а после указала ей пальцем в… пустоту. Да ничего там не было! И как Мари не напрягала своё отличное зрение, но всё равно не могла ничего разглядеть.

— Что, Марисоль?! — тогда закричала она. — Ты меня пугаешь!..

***

— Ты меня пугаешь!..

Мари показалось, что она кричит. На деле же это было слабое бормотание только что проснувшегося и не успевшего прийти в себя человека. И, как всегда, в таких случаях сердце девушки колотилось с огромной силой, готовое сломать рёбра и выпрыгнуть наружу. А ведь это был сон, просто сон о давнем воспоминании, случившемся когда-то давно, но на самом деле.

Но когда она успела задремать?

Осмотревшись, Мари поняла, что находится всё в той же комнате, из которой ушла утром. Свою утреннюю прогулку она помнила хорошо, а вот возвращение прошло словно во сне — видимо она всё-таки переутомилась. Всё ещё побаливало горло, и, возможно, у неё поднялась температура, но на вскидку она определить не могла, откровенно не понимая, как люди могут почувствовать это.

Мари не была болезненной и слабой, но сейчас она чувствовала себя разбитой и усталой. В единственное окно заглядывали наступающие сумерки, и тревога не желала отступать. И вскоре она поняла. Такие состояния случались с ней, когда что-то приключалось с её сестрой. Марисоль…

Мари, похоже, только сейчас осознала всю глупость своего поступка. Что, если с ней что-то случилось, а она даже не узнает, что?! Как теперь жить с этим? Она решительно покинула комнату, надеясь как можно скорее отыскать герра Нильссона. Выбежав, она заметила тень, мелькнувшую за поворот, и решила, что это хозяин замка. Какая удача!

— Албер! — воскликнула она, но никто не отозвался.

Тогда она настойчиво попыталась его догнать, но… Наткнулась на него уже на лестнице, он поднимался навстречу. Значит, ей померещилось?

— Прошу! Мне нужно домой! — взмолилась девушка без лишних сантиментов. — Я чувствую, что-то там не так…

Мужчина, уже полностью одетый, даже выбритый и причёсанный, смерил её внимательным взглядом и произнёс:

— Я же говорил, это невозможно. Я не шутил. Для всех, кто попал сюда по какой-то несчастливой случайности, путь назад закрыт. Смирись. Мы в ловушке, ибо для всех остальных нас, ровно, как и этого полуострова, больше не существует…

Мари выдохнула. Но ведь так не бывает! В двадцать первом веке есть столько всего, что может помочь отыскать человека! И тут же прикусила губу — с оговоркой, если знать, где искать. А она не потрудилась сообщить родным, куда направляется. Да и сама даже не знала, где в результате оказалась…

— Но должен же быть какой-то выход, — прошептала она.

— Его нет. — отрезал Албер. — Это всё чёртова магия… Она не просто запечатывает здесь, она сводит с ума. Ты скоро сама всё поймешь… почувствуешь. Поэтому наслаждайся пока тем, что есть.

— Но Вы же… не сумасшедший! — выпалила Мари, на самом деле глубоко в этом сомневаясь.

Ответом ей был кривой, даже злой, похожий на звериный оскал на лице герра Нильсонна.

— Возможно, на это есть свои причины, мисс Кларк, — уклончиво пояснил Албер. — Или, возможно, мы оба кое в чём глубоко ошибаемся…

Мари подумала о том, что будь на её месте Марисоль, она бы уж нашла, что ответить этому человеку. С её-то умом и эрудированностью! Но малышка Мари могла лишь растерянно хлопать глазами и обиженно закусывать нижнюю губу. Ох, как ей не хватало сейчас сестры! Как не хватало… Но хозяин замка верно рассудил, что пора менять тему.

— Надеюсь, ты не собиралась сейчас выходить на улицу, за пределы замка? Я предупреждал, это опасно.

— Я помню, — примирительно ответила Мари. — Но чем же тут ещё заняться?

— Замок в твоём распоряжении, — снисходительно предложил Албер.

— Здесь кто-то ещё живёт? — решила уточнить Мари, припомнив мелькнувшую тень.

— Только призраки прошлого и мечты, которым никогда не суждено уже сбыться.

Если это была шутка, то звучала она довольно странно. Но Мари решила не предавать тому особого значения, решив, что её живое воображение в действительности нарисовало ей то, чего быть не может. Мистика была не её коньком, да она попросту не верила в то, что может существовать что-то потусторонее. Но в груди вновь больно кольнуло. Слова «потустороннее» и «Марисоль» звучали в её мозгу почти идентично. Что-то случилось, Мари была в этом просто уверена.

— Ты меня пугаешь, Марисоль… — прошептала она. — Очень пугаешь…