— Почему же? — девушка невинно похлопала ресницами. — Вы не говорили…

— Сейчас говорю!

Мари только что заметила, что хозяин замка стоит в неглиже, то есть абсолютном, полном, и даже она, со своим немалым опытом личной жизни, потеряла дар речи, жутко смутившись. Он был хорош, во всех смыслах, пожалуй, кроме характера. Физически отлично развит, в меру волосат, не имел на своём теле ни одной ненужной жиринки, лишь беспрецедентный набор поджарых мышц, сложенных в великолепный узор, будто перед ней сейчас стоял не простой смертный, а какой-нибудь греческий Геракл — как его изображали в учебниках истории.

На то, что находилось у мужчины ниже пояса, она и взглянуть боялась, хотя тому, похоже, на это было совершенно всё равно. Он отжал сырые спутанные волосы, не отрывая от неё янтарных возмущённых и даже злых глаз, и строго произнёс:

— Я запрещаю тебе выходить из замка одной. Рано или поздно это может плохо кончится.

Мари не знала, как на это реагировать. С одной стороны, это было явное проявление заботы. Но с другой…

— Где все люди? Почему на этом пляже так пустынно? Это частная территория? — чтобы не заострять внимание на всплывшей проблеме, произнесла Мари.

— Здесь никого больше нет. Только мы, — довольно-таки уклончиво ответил Албер.

— Но тогда кого мне опасаться? — всё же рискнула спросить девушка.

Герр Нильссон шумно втянуло носом воздух.

— Зверей. Здесь полно… хищников.

— Хищников?

— Да. Голодных, злых хищников, которые только и мечтают о свежем мясе какой-нибудь заблудившейся юной девы.

Звучало вполне зловеще. Но и Мари не была полной дурой, чтобы не сделать определённые выводы.

— Но как же Вы сам? Вы ходите везде, и я не наблюдала при Вас никакого оружия…

Похоже, такая наблюдательность девушки не вполне понравилась Алберу. Нахмурившись, он произнёс.

— Не сравнивай. Я здесь родился и вырос, прожил всю жизнь. Я знаю особенности этой местности и её обитателей. А ты чужая.

Мари пожала плечами — что она могла на это возразить?

— И всё же когда я смогу отправиться домой? — между дел поинтересовалась она.

Албер, приблизившись слишком близко, чтобы в голове у девушки осталась хотя бы ещё одна здравая мысль, захватил в свою широкую ладонь её слегка вздёрнутый подбородок. Она боялась дышать, глядя в янтарные глаза мужчины, а он наслаждался своим звериным обаянием, и не спешил с ответом. Его влажное тело пахло солёным морем, и волна возбуждения прокатилась по коже Мари, однако и страх никуда не делся.

— Ты ещё не поняла? — медленно произнёс он хриплым непонятно от чего голосом. — Никогда. Никто отсюда не уходил живым…

Он отступил на шаг, оставляя девушке не слишком весёлые раздумья насчёт услышанного.

— Иди в замок. Я скоро буду.

Плеск волн вывел Мари из оцепенения. Это герр Нильссон вернулся в водную стихию, более ни разу не повернувшись, чтобы посмотреть в её сторону. А она, ещё ничего не поняв, послушно отправилась к замку, уже не замечая ни красоты раскинувшегося моря, ни свежего солёного воздуха побережья. Ей не хотелось ни плакать, ни выть, словно все желания оставили её разом, поселив в душе щемящую пустоту.

Но самое страшное было в том, что она не понимала, почему это с ней происходит, куда вдруг схлынули все эмоции и почему сейчас ей было наплевать на слова герра Албера. Словно кто-то покопался в её мозгу, выкинув оттуда всё, что показалось ему лишним…

И вот это произошло. Марисоль вздрогнула, когда ладони Чена стиснули её плечи, легонько отодвинув в сторону, и немаленькая фигура хозяина катера протиснулась вперёд, к злосчастному ящику.

— Позвольте, мисс, мне нужно найти одну вещицу…

Ещё не отойдя от шока, услужливо подброшенного ей собственной фантазией, с дико колотящимся сердцем, Марисоль сквозь туман в глазах и вату в ушах, безмолвно наблюдала, как мужчина, пододвинув к себе ящик с оружием, действительно что-то там ищет.

«Не иначе, он ищет что-то подходящее, чтобы убить меня» — Марисоль продолжала себя накручивать на пустом месте, где-то на задворках сознания понимая, какую чушь она сейчас несёт в собственной голове.

— Вот она! — сам с собой продолжал разговор Чен, а после резко обернулся, оказавшись совсем близко к девушке.

И в руках у него был… вчетверо сложенный лист коричневатой от времени бумаги. Марисоль почувствовала, как кровь прилила к занемевшим от страха конечностям, и судорожно сглотнула, растерянно хлопая ресницами, смотря совершенно невидящими сейчас глазами на бумагу в руках мужчины. Однако то, что у их ног до сих пор стоял ящик, до верху наполненный оружием, девушка помнила.

— Что это? — осмелев, а точнее сказать, обезумев, решительно спросила она, указав в нужном направлении.

— Что? — мужчина проследил траекторию её взгляда. — Ах, это… Я, кажется, рассказывал тебе о своём ремесле…

— Ремесле? — растерянно повторила Марисоль.

— Да. Я охочусь на самого страшного и опасного в мире зверя. На оборотней, — гордо произнёс Чен. — Что с тобой, красотка? Ты побледнела. Может, стоит чаще бывать на солнце?

— Но оборотней не существует, — глупо улыбнувшись, произнесла Марисоль, надеясь, что мистер Уокер сейчас рассмеётся и объявить, что всё услышанное выше это шутка.

Чен действительно рассмеялся, но произнёс совсем другое.

— Конечно. Их не будет существовать, если такие как я, будут очень стараться.

И он, держа свёрнутый лист на весу, прошёл мимо, оставляя девушку в страшном недоумении наедине с самой собой.

Отдыхать расхотелось. Да и как тут можно было сомкнуть глаза, после всего услышанного? Кажется, у мистера Уокера не в порядке было с головой, совсем не в порядке. Да, сейчас он не тронул её, но, что, если в следующую минуту Чен решит, что она — одна из тех, на кого он охотится? И что тогда ей делать?

Покосившись ещё раз на ящик с оружием, девушка осторожно осмотрела его содержимое, а после, заприметив небольшой, но внушающий доверие кинжал с оскаленной волчьей мордой на рукояти, достала его. Подумав, куда можно спрятать опасное оружие, решила держать его ближе к телу. Конечно же, одна мысль о том, что им нужно будет воспользоваться, холодила её кровь. Но в сложившихся обстоятельствах любая защита, пусть и чисто психологическая, не помешает.

Мистер Уокер, покачиваясь в такт движениям катера, ведомого автопилотом, стоял на палубе и рассматривал тот самый лист. Только сейчас Марисоль отчётливо поняла, что это была карта, кое где протёртая на сгибах, но всё ещё имевшая право носить определение «в хорошем состоянии». Он так сосредоточенно её изучал, что не сразу обнаружил присутствие Марисоль, с тем же любопытством начавшую рассматривать поистине древнюю реликвию. А когда обнаружил, ничем не выразил своего недовольства или осуждения.

— Ничего не понимаю! — вместо этого пробормотал он. — Или в навигаторе какая-то ошибка, или здесь творится настоящая чертовщина!

— Кажется, Вы охотно верите во всякого рода чертовщину, — не сдержалась девушка.

Но тот, будучи слишком увлечённым, не обратил на её слова никакого внимания.

— Могу я узнать, в чём дело? — на этот раз на полном серьёзе спросила Марисоль.

— Вот смотри, — Чен охотно протянул ей карту, ткнув пальцем в определённую точку на бумаге. — Мне нужно сюда.

Крохотный островок, изображённый скоплением тёмных точек, был подписан неразборчиво и мелко. И как Марисоль не напрягала зрение, прочесть всё равно ничего не смогла.

— И в чём, собственно, проблема?.. — уточнила девушка.

— Навигатор его не видит. А он есть.

— Так это старинная карта, — возразила девушка. — Возможно, что-то уже изменилось.

— Что? Целый остров?! — скептически хмыкнул Чен.

Марисоль пожала плечами. Она не слишком хорошо во всём этом разбиралась, и спорить не собиралась. Но взяв бумагу в руки (мистер Уокер не возражал), вдруг отчётливо увидела, что карта словно стала собственной 3д-моделью.