Но там моя роль всякий раз была чётко определена и ясна для всех. Здесь же, в сопровождении Радецкой, я не знал, какого подвоха ждать от очередного хлыща, крутящегося поблизости. А уж сегодня, на торжественном открытии нового диагностического центра, строительство которого было целиком проспонсировано «Оптимой», разного рода проходимцев хватало в избытке.

Пока Инесса Романовна блистала перед камерами журналистов, старательно делая рекламу своей и без того известной корпорации, я скромно стоял в сторонке, подальше от этой суеты. Но и здесь не удалось укрыться от какого-то незнакомого хрена, который нагловато прихватил меня под локоть:

— Уважаемый, давайте отойдём на пару минут, — не терпящим возражений тоном заявил он.

Я смерил мужчину оценивающим взглядом, и не нашёл в его облике ничего, что меня обязало бы подчиниться. На силовика не похож. На какую-то крупную шишку тоже. А вот на очередного проныру, старающегося замаскировать под нахальным напором истинные намерения — очень даже. Поэтому я и церемониться с ним не стал.

— Грабли убери, — глухо рыкнул я.

— Что? — глупо заморгал незнакомец.

— Со слухом проблемы? Ещё раз ко мне клешни протянешь, я тебе их обломаю, — пообещал я.

— Ну что вы, не надо сердиться, Пётр Евгеньевич, я всего лишь хотел с вами поговорить, — примирительно улыбнулся нежданный собеседник, но руку мою всё же отпустил.

А вот тут я напрягся ещё сильнее. Если этот хмырь и имя моё знает, значит, точно ко мне подвалил не случайно. Как же я ненавижу все эти подковёрные шахматы и корпоративные интриги…

— Ты кто вообще такой? — решил я внести немного ясности в зарождающийся диалог.

— О, это совершенно неважно, — отмахнулся незнакомец. — Для начала, Пётр, скажите, какие у вас отношения с Инессой Радецкой? Что вас связывает? Как давно знакомы? Вы принимаете участие в управлении «Оптима-фарм?» Может, вас…

— Зорин, пришли, пожалуйста, пару ребят, тут возле меня мудак какой-то крутится, работать мешает, — нажал я на кнопку беспроводной гарнитуры, быстро поняв, что мне такие разговоры и в хрен не впились.

— Принял, сейчас, — коротко булькнул наушник.

Мутный тип, кем бы он ни был, поспешно ретировался едва услыхав, что я запросил подмогу. Понял, гадёныш, чем для него это всё пахнет. И следующие полчаса я провёл в относительном спокойствии.

Потом Радецкая объявила, что начинается пресс-конференция, и пригласила всех журналистов в актовый зал. Мы с зоринскими орлами незаметными тенями проследовали за галдящей разномастной толпой, и рассредоточились вдоль стен, не выпуская Инессу Романовну из поля зрения.

Торчать нам тут, судя по всему, ещё долго. Открытие этого диагностического центра было для «Оптимы» значимым событием. Насколько я слышал из разговоров, за участие в этой госпрограмме насмерть грызлись с полдесятка крупнейших корпораций страны.

Цену сбивали так яростно, что стройка не просто стала убыточной, целиком ложилась на бюджет исполнителя. Однако успешное исполнение такого контракта открывало для победителя доступ и к другим весьма жирным правительственным социальным проектам. Поэтому Радецкая сейчас выжимала из ситуации все соки, дабы показать, сколь могуча её компания и как твёрдо стоит на ногах. А это, в свою очередь, должно положительно сказаться на доходах мажоритариев. Ведь после выхода сегодняшних репортажей, акции «Оптима-фарм» гарантированно полетят вверх на всех графиках.

Собственно, Инесса Романовна понимала это всё гораздо лучше меня. А потому с видом безоговорочной победительницы стояла за трибуной, охотно отвечая на вопросы корреспондентов.

— Добрый день, Ксения Левских, бизнес-издание «Дело». Раскройте, пожалуйста, дальнейшие планы «Оптима-фарм» в части сотрудничества с государственными органами. Возможно ли, что финансирование строительства такого высокотехнологичного и современного диагностического центра — это лишь первый шаг к чему-то большему?

— Вы абсолютно верно заметили, спасибо за вопрос, — улыбнулась Радецкая. — Наша корпорация действительно ориентирована на тесное взаимодействие с профильными министерствами и региональными структурами в сфере социального здравоохранения. Мы нацелены на создание комплексной системы персонализированного лечения и цифрового сопровождения. Иными словами, «Оптима-фарм» ставит своей целью не только выпуск препаратов нового поколения, которые спасут миллионы жизней. Мы также хотим сделать передовые медицинские решения доступными для каждого гражданина страны! Мы инвестируем в здоровье целой нации!

Ответ пришёлся публике по душе. По залу прокатилась волна аплодисментов.

— Пожалуйста, следующий вопрос! — объявила Радецкая.

— Здравствуйте, Инесса Романовна. Кирилл Васин, агентство «Тренд». Давно наблюдаю за деятельностью «Оптима-фарм» и не могу не поинтересоваться: ваши препараты нового поколения, особенно в области онкологии и орфанных заболеваний, имеют феноменальную эффективность, но и запредельную стоимость. Какие механизмы кроме государственных квот компания готова предложить, чтобы это лечение стало доступным не для единиц, а для тысяч пациентов?

— Вы подняли очень острую, но важную тему, Кирилл, благодарю, — сдержанно кивнула Инесса Романовна. — К сожалению, я не имею права открыть вам всех подробностей, однако могу заверить, что работа в этом направлении ведётся очень активная. Помимо госзакупок внедряются региональные программы, которые должны помочь снизить финансовую нагрузку на пациентов. Инновации — это, конечно, хорошо. Но какой в них смысл, если они доступны лишь избранным, а не всем нуждающимся?

Эта речь ещё больше понравилась слушателям. На сей раз хлопали значительно дольше и активней. В задних рядах кто-то даже встал со своих мест, выражая всемерную поддержку. И несколько операторов из зала тотчас же поспешили взять удачный кадр.

— Госпожа Радецкая, портал «Эксперт-Медиа» совместно с «Пульс-news». Расскажите о своих новых амбициозных проектах, которые…

Мощнейший зевок едва не вывихнул мне челюсть. Как же я от всего этого далёк. И, будь моя воля, не приближался б на пушечный выстрел. Но, блин, реалии моего положения в этом мире обязывают. Врать не стану, с союзником в виде главы «Оптимы» мне необычайно повезло. Иначе был бы в глазах людей я кем-то вроде городского сумасшедшего, который орёт о нашествии демонов.

Остаток конференции я слушал вполуха. Бла-бла-бла, достигнутые соглашения в области чего-то там. Ля-ля-ля, передовые методики. Бу-бу-бу, международные рынки. Скука смертная. Вообще не представляю, кому это должно быть интересно.

Однако, когда Инесса Романовна объявила, что время подходит к концу и она готова ответить на последний вопрос, в зале без разрешения вскочил один тип. В нём я практически сразу узнал того самого хмыря, что подкатывал ко мне со своими дурацкими вопросами. И оттого невольно напрягся.

Микрофона выскочке никто не дал, но поскольку помещение было не очень большим, его и так все могли прекрасно слышать.

— Госпожа Радецкая, в деловых кругах активно обсуждают, что за последние полтора месяца вы значительно усилили меры личной безопасности, а также неоднократно отменяли или переносили согласованные встречи. Поделитесь, с чем это связано? Вы столкнулись с какими-то конкретными угрозами? Возможно, вы опасаетесь мести от родственников пациентов, погибших во время клинических испытаний в ваших медицинских центрах? Или это просто очередное параноидальное обострение? Ведь вы ранее неоднократно обращались к психиатрам? Как вы оцениваете своё ментальное состояние? Вы уверены, что…

— Достаточно, — строго произнесла Инесса Романовна. — Мы здесь собрались не для того, чтобы обсуждать глупые сплетни и чьи-то домыслы. За самовольное выступление и нарушение порядка проведения конференции, я удаляю вас из зала.

«Кудров, Шимохин, вы чё клювами щёлкаете⁈» — зло зашипел динамик гарнитуры голосом Зорина. — «Быстро вывели этого кренделя! Задержите, выясните, кто такой и откуда!»