Недалеко от места я мысленно толкнул своего невидимого спутника.

«Шёпот, просыпайся. Надо разведать обстановку. Видишь кафе с единорогом на вывеске? Осмотри всё вокруг него, обрати внимание на подозрительных людей», – мысленно велел я к питомцу.

«Сделаю!» – откликнулся тот и умчался вперёд.

Я замедлил шаг, делая вид, что рассматриваю витрины. Через несколько минут Шёпот вернулся.

«Там в кафе твоя девица! Сидит за столиком у окна, чай пьёт. Надела другое платье, розовое! Милашка она, конечно, жаль, что шпионка…»

«Я просил тебя не оценивать её внешность, а искать что‑то подозрительное».

«А, ну да. Там рядом с кафе, на улице, за углом, стоит какой‑то! От него воняет той самой магией!» – доложил шёпот.

«Какой той самой?» – уточнил я, хотя догадывался.

«Следы которой я вчера слопал возле руки девчонки», – ответил дух, подтвердив мои догадки.

Ага. Значит, вот как. Это может быть ловушка.

Интересно, что готовит Мессинг? Хочет напасть на меня прямо здесь, на людной улице? Вряд ли. Слишком шумно, слишком много свидетелей. Скорее, он хочет вынудить меня как‑то использовать дар.

Может, этот маг снова нанесёт кому‑то травму? Или на меня самого нападёт, чтобы я вынужден был защищаться магией, раскрыв свою силу?

«Шёпот, слушай внимательно. Будь рядом с этим магом. Если он начнёт творить заклинание – любое, даже самое слабое – ты его сразу сожри. Съешь всё, что он выпустит. Но самого его не трогай, понял?»

«Понял! Такое задание по мне!» – обрадовался питомец.

Шёпот снова умчался. Я глубоко вздохнул и направился ко входу в кафе.

Посмотрим, что приготовил мне Мессинг‑младший…

Российская империя, город Приморск

Некоторое время назад

Станислав Измайлов вылетел из лекционного зала, не разбирая дороги. Его лицо горело от унижения. Он нёсся по коридорам, пока не оказался на улице. Парень отошёл в сторону, сел на лавочку в тени и до хруста стиснул кулаки и зубы.

Проклятый Серебров. Проклятый старик Бархатов. Проклятые все!

– Станислав Владимирович? – раздавшийся рядом робкий голос заставил его вздрогнуть.

Это был его слуга, Филипп, бледный как полотно. Он держал в трясущихся руках телефон.

– Что⁈ – рявкнул Измайлов, оборачиваясь.

– Ваш батюшка… Граф Владимир Анатольевич. Требует немедленно с вами побеседовать, – слуга настойчиво протягивал телефон.

Сердце Станислава упало куда‑то в сапоги. Как отец так быстро узнал? Может, сам Филипп ему доложил? Или…

Вот дерьмо. Наверняка же кто‑то снимал это всё на телефон. И вполне мог сразу выложить. В интернете новости разлетаются удивительно быстро.

Он вырвал телефон из рук слуги.

– Слушаю, отец.

– Ты. Полный. Идиот! – неумолимо прозвучало в трубке.

Станислав сглотнул, не находя слов. Честно признаться, сейчас он мог бы согласиться со словами отца.

– Я запретил тебе действовать без моего ведома. Я просил найти слабое место и бить точно. И что ты сделал? Устроил цирк, сам полез на рожон и был публично уничтожен! Ты выставил наш род на посмешище!

– Отец, он… всё подстроил! – попытался спорить Станислав.

– Заткнись! Как он мог подстроить то, что ты переборщишь с энергией и убьешь эту несчастную крысу? Нет, Серебров здесь ни при чём. Это твоя вина! После истории с наёмником я думал, что ты хоть чему‑то научился. Ошибся, – вздохнул Измайлов‑старший.

Станислав только молча открыл рот, чувствуя, как всё тело от страха покрывается мурашками. Выходит, отец знал про Шрама, просто не стал до поры до времени поднимать эту тему. Возможно, именно он и вытащил бандита из камеры. А может, и нет, как знать.

– Слушай сюда. Ты снова подвёл семью и ответишь за это. Но Серебров, похоже, возомнил о себе невесть что… Я не могу позволить, чтобы столь жалкий род доминировал над нашим! Раз уж ты своей клоунадой публично сделал нас соперниками, мне придётся вмешаться. А ты будешь вести себя тихо и ждать моего решения относительно твоего будущего. Понял?

– Понял, – прошептал Станислав.

Связь прервалась. Он медленно опустил руку с телефоном. Унижение разрывало его изнутри, смешиваясь со страхом перед отцом. Но сквозь этот клубок эмоций пробилось чувство удовлетворения.

Да, он проиграл. Но всё‑таки добился своего. Раскачал лодку. Отец теперь лично обратит внимание на Сереброва. А когда Владимир Анатольевич брался за кого‑то… тому оставалось недолго.

Российская империя, город Приморск, кафе «Единорог»

Заведение оказалось очень уютным, с кружевными занавесками и светлым интерьером. В воздухе стоял приятный аромат кофе и свежей выпечки. Идеальное место для неспешной беседы или романтического свидания.

Алиса сидела у окна. Увидев меня, она улыбнулась и помахала мне здоровой рукой.

Я подошёл, извинился за небольшую задержку и сел напротив.

– Как рука? – начал я с любезной банальности.

– Уже почти не беспокоит, спасибо! Я рада, что всё обошлось. Вы не представляете, как я вам благодарна. Я чувствовала себя такой беспомощной…

Первые минуты прошли в необязательных разговорах о ярмарке, впечатлениях от съезда. Я вел себя ровно так, как делал это в прошлой жизни с подобными «подставными» дамами: вежливо, внимательно, не забывая о том, что это игра.

И тут Шёпот внезапно закричал у меня в сознании:

«Он выпускает что‑то! Тонкое‑тонкое, как ниточка!»

«Съедай!» – мысленно скомандовал я, сохраняя на лице вежливую улыбку для Алисы.

Я ничего не почувствовал. Но Шёпот в моей голове взвизгнул от удовольствия:

«Готово! В этот раз вкусненькое такое, острое… Хотело к тебе прилипнуть, в голову забраться! Но я его схавал! Он теперь злится, тот человек, не понимает ничего!» – отчитался дух.

Интересно, что это было за заклинание? Возможно, попытка ослабления воли или какой‑то способ забраться ко мне в голову и что‑нибудь выяснить?

«Заставь его уйти. Придумай что‑нибудь, только не причиняй вреда», – велел я Шёпоту.

«Ну… Могу штаны ему порвать. Вряд ли он останется здесь с голой задницей», – предложил мой питомец и захихикал.

«Делай», – дал добро я.

Буквально через минуту мимо окна кафе быстрым шагом прошёл мужчина, одной рукой придерживая штаны, а второй пытаясь повязать на пояс кофту. Я мельком посмотрел на него и усмехнулся.

Пока Алиса рассказывала что‑то о конных прогулках в своём поместье, мой взгляд невзначай скользнул по залу. Кроме нас и пары в дальнем углу, было ещё три посетителя. Пожилая дама с книгой, студент с ноутбуком и мужчина лет тридцати, сидевший за столиком у стены с видом на вход.

Он пил эспрессо и что‑то смотрел в телефоне. Но его взгляд слишком часто, хоть и на долю секунды, перемещался на нас с Алисой.

Наблюдатель. Или подстраховка.

Я мысленно обратился к Шёпоту:

«Лети сюда. Видишь мужчину у стены?»

«Вижу. Сломать ему что‑нибудь? Чашку, телефон, позвоночник?», – предложил дух.

«Откуда такая кровожадность? Давай без членовредительства. Вселись в его стул и сломай ножку. Только выбери момент, чтобы он откинулся на спинку или что‑то вроде того. Чтобы выглядело естественно», – проинструктировал я.

«Сделаю!» – в голосе Шёпота послышалась радость. Он всегда оставался доволен, когда я позволял сделать какую‑нибудь пакость.

Я вернул внимание к Алисе, сделав вид, что слушаю её с интересом.

– … поэтому папа всегда говорит, что нет лучше психолога, чем лошадь, – закончила она свою историю.

– Мне кажется, зоотерапию недооценивают. Уже ведь доказано, что аура домашних животных положительно влияет на человеческую, – добавил я.

В этот момент раздался громкий хруст, а следом грохот. Все в кафе повернулись на звук. Тот самый мужчина лежал на полу, а чашка с остатками горячего кофе опрокинулась ему на брюки.

– Твою мать! – вырвалось у наблюдателя.

Он зашипел, попытался вскочить, но споткнулся о сломанный стул и снова упал.