Женщина снова огляделась, сграбастала купюру и позвала кого-то из своих. К нам подбежал парень-подросток. Цыганка что-то объяснила ему на своём языке, тот кивнул и помчался куда-то за вокзал.

— Жди, молодой господин. Хочешь, погадаю пока? — спросила женщина.

— Сказал же — обойдусь, — покачал головой я.

Парня не было минут двадцать. В голову уже начали лезть мысли о том, что меня надули, но скоро цыганёнок вернулся, держа в руке картонную коробку.

Запыхавшись, он подбежал и замахал коробкой перед моим лицом.

— Хороший! Симка есть, интернет есть! Берёшь?

— Доставай, проверим, — сказал я.

Убедившись, что телефон работает и подключается к сети, я спросил:

— Сколько?

От названной суммы чуть не поперхнулся. Может, я пока что плохо разбираюсь в здешних ценах, но был уверен — за эти деньги можно купить три новых телефона.

— Обалдел, что ли?

— Давай половину хотя бы, — предложил парень.

— Одна пятая от того, что ты назвал, и по рукам.

— Э-эй, я бегал искал для тебя! Четверть давай, — взмолился цыганёнок.

Я лишь покачал головой и решительно направился прочь.

Найти другой вариант вряд ли составит труда. К тому же я понимал: просто так меня не отпустят.

Парень немного постоял, получил пару тычков от своих и побежал за мной.

— Подожди, господин! Ладно, давай, как ты сказал!

Я улыбнулся сам себе и повернулся.

— Скинь ещё немного. А то расстроил ты меня, — сказал я.

— Жадный ты! Давай деньги, — парень протянул руку.

Сделка состоялась. Я забрал коробку и направился прочь.

Выйдя на улицу с названием Вокзальная магистраль, я отыскал ближайший магазин. Там на входе располагались кабинки, где можно было оставить личные вещи. Я поставил свой смартфон в беззвучный режим и оставил его в одной из кабинок. Купил воды, чтобы не привлекать внимания, и вышел.

Лучше, чтобы сигнал моего телефона и этого «левого» не находились в одном месте. Так у тех, кто в этом заинтересован, будет меньше шансов меня вычислить.

Я добрался почти до Императорской площади, а там выбрал уютный дворик и сел на лавочку. Сделав пару глотков воды, достал купленный аппарат и зашёл через него в сеть.

Запросы были осторожными, обходными: «Первичный Хаос», «Энтропийные практики», «Магия уничтожения». Я избегал прямого слова «Пустота».

Информации нашлось немного, и она была весьма обрывочной. Но крупиц хватило, чтобы у меня похолодела спина.

«Магия Пустоты — не инструмент творения или изменения. Она — инструмент Отмены. Обращения в Ничто».

«Маг Пустоты не формирует энергию в заклинания, а является каналом для проявления Великого Ничто, которое предшествовало бытию».

«Любая попытка контролировать Пустоту силой воли обречена. Можно лишь направлять её. Полное слияние с Пустотой ведёт к утрате личности».

«Зафиксированные случаи применения: стирание материи, энергии, заклинаний. Теоретически возможно точечное применение Пустоты — считается, что с её помощью можно, например, разрушить часть межатомных связей в материи и заставить ту утратить некоторые свойства».

Охренеть. Всё это в миллион раз опаснее, чем я мог предположить. Хотя не всей информации из даркнета можно доверять, но в целом она совпадала с данными из официальных источников.

Того, кто владеет силой Пустоты, считают угрозой всему сущему. Поэтому в любой точке мира за это положена смертная казнь — немедленно, без суда и следствия. Будь ты хоть единственным потомком правителя или народным героем.

Скрываться не просто желательно — это вопрос выживания.

Я стёр историю браузера, вынул сим-карту, сломал её и отправил в урну. Сам телефон выбросил в ливневый колодец. Чем меньше следов, тем лучше. Затем вернулся в магазин и забрал свой телефон.

Оставшуюся часть дня я посвятил спокойному, почти туристическому изучению города. Заходил в аптеки, смотрел на ассортимент, цены, упаковку. Посетил несколько магазинов магических товаров, от дорогих бутиков до простых лавок.

Я впитывал всё: что пользуется спросом, какие бренды существуют, как организована торговля. Мозг, привыкший к анализу рынков, автоматически выискивал недоработки и возможности.

Род Серебровых обладает даром исцеления, значит, наше дело — здоровье. Нужно найти свою нишу, для того чтобы возвысить теперь уже мой род. Хотя для начала нужно выбраться из долговой пропасти.

Вечером, вернувшись в поместье, я поужинал с семьёй, поддерживая лёгкий разговор, а затем отправился в свою комнату.

Едва я лёг в постель и закрыл глаза, как в моём сознании раздался знакомый голос.

— Ну что, Юрий? Готов ли ты к ещё одному уроку? — спросил Рагнар.

Боль набросилась на меня, как стая бешеных псов. Но на сей раз я был готов. Я не паниковал и встретил её как неизбежное, но необходимое испытание.

Снова выстроил магический барьер, не позволяя боли полностью захватить себя. Я не мог спать, но мог медитировать, сохраняя самообладание в этом хаосе.

Утром, придя в казарму, я ожидал, что не смогу позаниматься как следует. Но случилось странное. Несмотря на очередную жуткую ночь, моё тело слушалось лучше.

Мышцы, которые вчера горели огнём, сегодня лишь приятно ныли. Я смог сделать на несколько отжиманий больше, пробежать чуть дольше. Выносливость явно возросла.

— Заметный прогресс, ваше благородие. Не ожидал так скоро. Используете магию для закрепления результатов? — спросил капитан.

— Так точно, Демид Сергеевич, — ответил я, не вдаваясь в подробности.

И тут до меня дошло. Боль от Рагнара была не просто пыткой. Это была… прокачка. Жестокая, садистская, но невероятно эффективная. Рагнар, терзая моё тело, каким-то образом ускорял его адаптацию и развитие.

Боль — лишь побочный эффект, попытка сломить мою волю и заставить согласиться на его условия. Но сам процесс ведет к моему укреплению.

Рагнару нужен сильный сосуд. И эти пытки были его извращённым способом тренировки.

Вернувшись в усадьбу, я встал под ледяной душ, и мысли метались в голове хаотичным роем. Оставаться слабым нельзя. Слабость — смертный приговор. Но путь, который предлагал Рагнар, ведёт к потере себя, к превращению в орудие уничтожения.

Вечером я снова принялся за магическую практику, намереваясь укрепить свой источник магии. И снова Рагнар возник в моём сознании. На этот раз он не стал пытать меня, а решил поговорить.

Я оказался в Пустоте, перестав ощущать своё тело. Тьма вокруг сгустилась, приняв приняв знакомые очертания с двумя красными глазами.

Рагнар молчал. Я тоже. Мы смотрели друг на друга, как два соперника, признающие силу оппонента.

— Ты учишься, Юрий, — прозвучал наконец голос Рагнара.

На сей раз без насмешки, а с неким подобием холодного одобрения.

— Ты сопротивляешься. Используешь свои жалкие силы, чтобы смягчить моё прикосновение. И твоя оболочка… крепчает. Ты чувствуешь?

— Чувствую, — ответил я, не видя смысла скрывать.

— Тогда зачем продолжаешь сопротивляться? Я могу дать тебе силу. Могу сделать тебя быстрым, сильным, неуязвимым. Ты сможешь защитить этот жалкий род, который почему-то считаешь своим. Ты сможешь вернуть свои земли. Властвовать. Всё, что тебе нужно — перестать бороться и принять меня, — вкрадчиво предложил Рагнар.

Его слова падали на благодатную почву. Я действительно хотел силы. Хотел защитить этих людей, что приняли меня, как сына. Хотел вновь подняться на вершину.

Но согласиться на условия Рагнара, учитывая всё, что я узнал о мощи Пустоты… Слишком легкомысленно соглашаться на такое.

Я готов рисковать своими ресурсами, временем, даже жизнью. Но ставить на кон существование целого мира? Это чересчур.

— Твой дар способен поглотить всё живое. В чём смысл? Добиться успеха, а потом хоть трава не расти? Это не по мне, — сказал я.

Рагнар рассмеялся, и тёмный силуэт покачал головой.

— Всё сущее стремится к Небытию. Это единственная истина. Жизнь бессмысленна без смерти, и всё когда-нибудь умрёт, включая саму вселенную. Ты можешь стать проводником этого процесса… или его жертвой.