– Мне жаль, леди Софи. Молли была бойкой старушкой.

– Спасибо, Тилли. Ты же знаешь, что магия – штука наследственная?.. – девушка нахмурилась, но промолчала, желая услышать, куда я клоню. – Если у его отца нет и не будет других детей, то твой сын может стать его наследником… Он знает, что у него есть ребёнок?

Девушка побледнела, испуганно взглянув на сына.

– Я не отдам его им… Вы не понимаете, леди, он – чудовище!

– Поверь, я это уже поняла, как и любой житель в этой деревне. Я просто указываю на очевидную деталь, о которой ты не думала…

– Мне это не надо! И сыну – тоже!

– Ваше мнение не важно! Важно только то, что в королевстве для магических семей действует непреложное правило – наследует тот, в ком живёт магия. Если таких наследников много, то тогда действуют принципы законнорожденности и первенства, а если нет… Кто отец твоего ребёнка?

– Ох, леди, лучше вам не знать… – качнула она головой, подходя к ребёнку и беря того на руки. Тот радостно заагукал и ухватил её за прядь волос. Задорная улыбка с парой зубов отразилась на его лице, как и милая ямочка на щеке. Его большие широко распахнутые голубые глаза смотрели на мир с доверием, а золотистые вихри на голове создавали ангельский ореол.

– Ангельская внешность у вашего сына, благословен ребёнок.

– Или проклят… Молюсь богам, чтобы он изменился. Простите, леди Софи, его нужно уложить.

– Конечно, – задумчиво качнула я головой и побрела дальше.

То тут, то там я встречалась с местными жителями, что здоровались со мной, сочувствовали горю, но при этом каждый был занят своим делом. Кто-то полол огород, кто-то кормил курей, мальчишки, что натаскали воды своим матерям, носились по узким улочкам, играя в свои собственные игры. Жизнь продолжалась. И это было её очередным уроком; как бы ни было больно, нужно шагать дальше…

Набрав по пути к поместью букет ароматных трав, я с удовольствием нашла во дворе Лили, что играла с Калебом. Казалось, она купается в его внимании. Радостно пища, девочка вместе с Пэдди убегала от медленно движущегося дракона, что специально давал ей фору, но при этом тонко чувствовал, где должна быть грань, и кидался следом, почти ловя её, вызывая этим новый приступ громкого смеха.

Я не стала рушить идиллию, обнаружив других зрителей этой радостной картины. Полли наблюдала за драконом из окна, а Джимми сидел на старом поваленном дереве, заросшем толстыми лианами. Он поджал колени к груди и сложил на них подбородок. В последнее время черты его лица заострились, а в глазах затаилась тревога. Он с грустью смотрел на веселящихся домочадцев.

– Неужели не позвали? – поинтересовалась я, приблизившись к нему вплотную.

– Я… леди Софи, – вздохнув, он неуютно поежился, – я предпочёл остаться в стороне.

– Ты давно не брал книг… – задала безопасный вопрос, стараясь найти к нему подход, чтобы мальчик спрятал свои колючки.

– Я не дочитал ту, что у меня есть.

– Верно, у тебя есть оправдание. Но я отложила о-очень интересный приключенческий роман для тебя, заходи… Как ты себя чувствуешь?

– Всё хорошо, леди Софи. Вам не стоит обо мне беспокоиться, – всё сильнее закрывался он, а я не находила ответа на вопрос: «Почему?»

– Но я беспокоюсь. Ты знаешь, что я всегда выслушаю тебя и, если надо, дам совет. Что бы ты ни сделал, я помогу найти выход из случившегося.

– Из всего? А если это что-то плохое? – впервые за разговор он посмотрел мне в глаза. В его взоре читалась боль, и я категорически не могла понять, где и что упустила.

– Выход есть всегда, просто он может не всегда нравиться. Но это выбор. Сомневаюсь, что ты можешь совершить по-настоящему плохой поступок, ты ответственный мальчик! Так что не стоит себя мучать. Хочешь – расскажи, и мы с тобой определим, насколько плох твой поступок.

– Не знаю, – волнуясь, он теребил монету, что теперь носил с собой на шнурке, – я…

– Джимми! – окрик Полли прервал наш разговор и разорвал ту хрупкую нить доверия, что стала натягиваться между нами.

– Вы ошибаетесь, леди Софи, зло прячется в тех, в ком мы меньше всего рассчитываем его найти. Вы хорошая и видите мир только через призму своей доброты, – сказал мальчик, после чего натянул лежавшую рядом с ним кепи и поспешил на зов сестры. Я же продолжала смотреть ему вслед даже тогда, когда он скрылся, а потому не заметила, как Калеб сел рядом со мной.

Вытянув ноги, тот с улыбкой наблюдал за играющей с Пэдди Лили.

– Она чудесная девочка…

– Поначалу вы так не думали, – укорила я его.

– О чём это вы? – перевёл он на меня свой взгляд, что моментально стал требовательным.

– Кажется, при первой встрече вы меня осудили.

– Вам кажется. При первой встрече я был удивлён. Девочка – дракон, а если учитывать обстоятельства моего здесь появления, то её отец – мой брат. Думаю, это стоящий повод, чтобы по-настоящему удивиться. Не каждый день узнаёшь, что у тебя, оказывается, есть племянница.

– Извините. Я была неправа, – признавала я свою вину, – неужели вы так с лёгкостью определяете, кто есть кто?

– Я по привычке постоянно пользуюсь магическим зрением, – подмигнул он, – вот ты, к примеру, полнишься магией до краёв, но она не бежит в тебе, а словно стоячая вода. Это наталкивает на мысль, что ты её накапливаешь, но не используешь… Тело Лили от пяток до макушки, – да что там макушки, – у неё даже волосы пронизаны струящейся магией! Она явно не человек. Кто ещё? Но вот этот пацан слабый маг. У него искры магии в области сердца, также я видел их на его пальцах. Если бы занимался, то прокачал бы каналы, а так… ещё немного, и они заглохнут. А ведь, скорее всего, стал бы артефактором.

– Артефактором? Кто, Джимми? – удивлённо вертела я головой, ища скрывшегося парня. – Хотя Полли говорила, что в их отце был талант…

– Ну вот, магия чаще всего передаётся по наследству, хотя у девушки я и не заметил искры. Надо приглядеться, может, пропустил, – хмыкнул дракон.

Разговор затих, но я то и дело кидала на расслабленного дракона испытующие взгляды. Он прикрыл глаза и подставил лицо рассеянным лучам солнца. Они падали через густые листья, оттого не кусали, а нежно касались его кожи, согревая. Мужчина казался умиротворённым и, кажется, вполне счастливым.

– Спрашивай уже, а то, не дай бог, дырку во мне прожжёшь взглядом. Будет обидно: пал не от когтей врагов, а от возмущённо-любопытного взгляда девчонки.

– Какие у вас планы на Лили?

– Сколько тревожных мыслей в твоей очаровательной головке? – качнул он головой, не ожидая при этом ответа. – Самый верный ответ: я собираюсь забрать её к себе.

– Не отдам! – рыкнула я, почувствовав, что во мне поднимает голову гнев. – Вот же! Пригрела на свою голову! Вы – не дракон, а змея, искатель Джонс! – вскочила я, с трудом справляясь со своими руками, что так и требовали его придушить.

– Опять на «вы»… – усмехнулся он, рассматривая меня снизу. Я же только усилием воли держала ладони сцепленными; так и хотелось стереть эту ухмылку с его губ.

– Вам не стыдно?! Она – моя дочь!

– Разве?! Что ты мне можете сделаешь? Как её защитишь? Научишь магии или обороту? Ты никак не вылезешь из проблем; оглянуться не успеешь, как окажешься в долгах… – он с интересом ждал ответа, при этом жарких чувств с его стороны я не наблюдала. Зачем она ему?!

– Я дам ей самое главное – мою любовь! И всё остальное тоже смогу! А вам, может, следует подумать о том, чтобы вновь отчалить в лес? Или ещё куда-нибудь?! – наклонившись в запале, я выдохнула ответ ему в лицо, а после, развернувшись на пятках, полетела в дом, слыша позади себя его довольный смех. Зачем он так?!

– Не сердись! – догнал мужчина меня, когда я уже хотела возмущённо захлопнуть дверь кабинета, куда летела словно фурия; повезло, что он не человек, и реакция у него хорошая, иначе мы бы проверили, что прочнее – его голова или дубовая вековая дверь.

– Вам лучше выйти! Я сейчас не в духе вести с вами разговоры!