Весь этот разговор был лишь прикрытием.
— Вот почему он не сделал своего любимого замечания, — выдала Изабет. — Ублюдок был занят выцеливанием слабого места.
Штепсель не вставил свой комментарий в происходящее. Его слова все равно ничего не изменят.
После нанесенного ранения Присту оставалось жить считанные мгновения — хирург точно знает куда бить, чтобы обречь разумного на смерть.
— Ах… ах… ты, ублюдок. — в голосе Приста послышались дребезжащие, удивленные нотки. Он скорчился у основания стены, пытаясь остановить кровь руками, но он уже был чересчур слаб, чтобы сдавить как надо. Да и вряд ли бы у него это вышло. — Ты… ты… почему?
С чего-то обреченные на смерть интересовались причинами, по которых их убивают. Как будто это что-то изменит.
— Список слишком длинный. — Гиламар просто наблюдал за Пристом. Судя по записи, Ордо Скирата вообще не шелохнулся, чтобы предотвратить или помочь. Колто говорил, что если бы они не бездействовали, то шанс бы был. — Но я не могу позволить тебе жить. По очень многим причинам.
— Изабет? Исси? Помоги… помоги мне…
Реу его не могла услышать. Никто не услышал бы за тем гулом, что издавал поток.
Но она слышала его сейчас. Судя по тому, как подрагивало оружие в ее руках, безжалостная мандалорианка расчувствовалась.
Неожиданно.
— Шаб, Мидж это надо было сделать? — спросил Скирата.
— Да. — Гиламар присел и взглянул Присту в глаза. — Я не могу позволить вернуться на Мандалор вам подобным. Ты что, не знал этого? Это самое меньшее, что я должен Джанго. И всем тем парням, которых ты искалечил для своего развлечения.
Прист уже задыхался и был почти без сознания, и всё, что ему удалось, это издать какой-то животный стон, который быстро сошел на нет. Кровь щедро разлилась по булыжникам.
Ордо выглянул в арку моста, проверить нет ли заметного следа на воде, но кипящая пена была, как всегда, белой.
Ордо смотрел, как Гиламар, словно доктор, вызванный на дом, проверяет пульс на шее Приста.
— Кэл’буир будет злиться.
Скиратовцев всегда интересовало лишь мнение своего приемного папаши, а не то, что они делают. Одобрит ли папочка, наругает ли…
— Были лучшие мысли, сынок? Этот чакаар тоже прикончил бы нас, как только это ему понадобилось бы.
— Тело лучше скинуть в реку, — помолчав секунду, посоветовал Ордо. Либо он запланировал это с самого начала, либо сработал тот самый разум, что на двадцать пять процентов превышает стандартный человеческий.
— Угу, — Гиламар вытащил что-то из пояса и подержал это у рта Приста. Это выглядело как кусочек полированного дюрастила. Глаза Дреда были полузакрыты. Гиламар кивнул. — Готов. Конец, куда легче чем он заслуживал. Помоги его перевалить. Только следи, чтобы не вымазаться в крови.
Гиламар обыскал Приста и забрал его деку, комлинк, и ИД-чип, затем отстегнул одну из наплечных пластин с ненавистной ему эмблемой «Дозора Смерти» и спрятал её в подсумок.
— Место для убийства было подобрано идеально, — глухо произнесла Реу. — Я помню его. Снаружи гранитную арку никто увидеть не мог. И, в отличие от Имперского Города, на Мандалоре не было и камер наблюдения.
Штепсель снова промолчал.
Он смотрел на голозапись.
Ордо взял Приста за пояс и наспинную пластину, Гиламар ухватился с другой стороны. Клон и мандалорец-медик вдвоем выбросили тело в поток. Они даже не услышали всплеска.
Из-за рева реки вообще никто не услышал бы.
— Он выплывет где-нибудь ниже по течению, — сказал Гиламар, обращаясь к Ордо. — Течение и камни слегка побьют тело, и тут у нас нет Джайлера Обрима или Службы Расследований КСБ, чтобы начать раскапывать этот случай. Пошли. Мне ещё мириться с Кэлом.
Вот и все.
— Интересно кто больше всего начнет шуметь, когда поймут что Прист исчез? — спросил Ордо.
Запись демонстрировала, что клон оглядел себя в поисках крови, прежде чем начать подниматься по ступеням.
— Кроме Реу? — похоже, что Ордо кивнул. — А какая разница? — Гиламар почистил нож под брызгами и стряхнул воду.
— Мы в любом случае под подозрением. А за украденную банту и спертого джакраба вешают одинаково.
На этом голозапись, точнее та часть, которая интересовала Штепселя для привлечения внимания Изабет Реу, завершилась.
Мандалорианка молчаливой статуей стояла посреди коридора, как будто позабыв, что пыталась убить коммандос в черных доспехах для того, чтобы убрать его с дороги. Так уж вышло, что Штепсель прикрывал эвакуацию мандалорианских специалистов со стороны выхода за своей спиной.
Пока они дрались, другие коммандос уже проникли в кубрик, вывели содержащихся там разумных из строя с помощью гранат с усыпляющим газом и без малейших проблем передали безвольные тела пехоте для транспортировки на корабли для эвакуации.
Штепсель с одной стороны, Скалолаз и Следопыт с другой держали оборону, пока не заберут остальных. Благодаря взломанному компьютеру корабля Альфа-17 прекрасно знал где и какие мандалорцы находятся, чтобы противопоставить им подходящих собственных специалистов.
— Я думала, что за убийством Приста стоит Лорка, — сказала Изабет. — Он возглавлял «Дозор» одно время. И у нас были далеко идущие планы по возрождению величия Мандалора, но…
— Зная тебя, сержант, надо полагать, что этот самый Лорка случайно напоролся на твой боевой нож? — спросил Штепсель.
Изабет повернула в его сторону шлем. Коммандос знал, что сейчас она буквально сверлит его своим взглядом.
— Ты работаешь на Трауна? — спросила она.
— Я и другие коммандос служим Доминиону.
— Разве это не одно и то же?
— Говорят, что нет. Но, парни с Кол Аторна всем довольны.
— Мандалорские отбросы с Кол Аторна? — если б было можно, мандалорианка наверняка бы сплюнула на палубу. — Как низко Траун еще падет, чтобы получить себе как можно больше солдат?
— Например, попробует открыть одной садистке глаза, чтобы попробовать переманить ее на свою сторону, — пожал плечами Штепсель. — Знаешь, инструктора с таким большим опытом немало получают. Как говорят…
— Мне наплевать, — женщина убрала оружие в ножны. — Я не собираюсь мараться работой на Трауна, сотрудничающего с отбросами с Кол Аторна. Запись я забираю с собой.
Без лишних слов женщина подошла к оборудованию и открепила его от стены. После чего, посмотрев на Штепселя, фыркнула, сказав:
— Слабаки, — после чего удалилась.
Командир отряда «Н. О. Р. Е.» молча наблюдал за тем, как женщина покидает поле сражения, оставив бесполезное бластерное оружие, сожженное еще до начала рукопашной.
На самом деле он знал, что Реу смотрела не совсем на него. Так уж вышло, что его броня рассказала ему о прибытии товарищей раньше, чем они объявились сами или были замечены мандалорианкой.
В этот момент рядом с ним на пол грохнулись два тела: в серой и фиолетовой броне, а недалеко от них показались два коммандос с белой броне.
Штепсель посмотрел на коллег, на их трофеи.
Особо он заострил внимание на два момента. Первый — это бронзиумное копье, к которым, как и игрушкой, пытался обращаться Скалолаз. Но сноровки и опыта обращения с таким оружием ему не хватало. Поэтому командир «Ионной группы» перестал позориться и бросил копье рядом с трупом его бывшего владельца.
Второе же, что бросалось в глаза — это предмет, торчащий из шеи Вад’э Тай’хааи.
— И на кой хатт вы сюда их притащили? — поинтересовался командир отряда «Н. О. Р. Е.».
— Бескар же, — пнул броню Корда Девина Следопыт, намекая на материал, из которого изготовлена защита мандалорцев. — Оставим — пехота растащит на сувениры.
— А так — достанется нам, — лаконично закончил Скалолаз, сняв шлем со второго трупа. — Шутка. Ну, почти. Поступил приказ — трупы Куэ’валь Дар вывозить вместе с инженерами. Провести перед этим двойное опознание.
А значит — личность убитого должны подтвердить два разных отряда. Для «Ионной группы» Штепсель был ближе всех.
Если Корда Штепселю было не жаль, он всегда был немного твердолобым, то вот Вад’э Тай’хааи мог бы пригодиться Доминиону.